Василий Лазарев – И пришел Лесник! 21 (страница 23)

— Отдам, после допроса, — я прошептал ей на ухо. — Он сейчас всё расскажет, чтобы живым остаться.

— Не обманешь? — она взглянула на меня своим золотым глазом. — Вижу, не обманешь. Хорошо, давай, потроши.

— Возможно тебе повезёт, и ты останешься живой, если всё расскажешь, — подошёл я к нему. Вот сейчас его проняло и выгнутый как бублик он начал страдать.

— Давай… быстрее, — прохрипел он. — Больно, очень… сука ты, садист!

— Кто вас сюда поставил?

— Терентий. Мы всех валим, кто в замок заходит. Потом долю наверх засылаем. Работаем пятьдесят на пятьдесят.

— Давно в стабе не был?

— Месяц уже, завтра хотели идти. Собрали всё. В мешках товар, это доля наверх.

— Не врёт, барахла у них много. Одних воротников десять штук и артефакты разные, — вылез из схрона папаша Кац. — и себя они не обидели. Каждый в воротнике жемчужину носит. Ой, чуть не забыл. Гражданин не дёргайтесь! — Папаша Кац обзавёлся ножницами и ловко отчекрыжил воротник бородатого. — Вот так вам лучше будет!

— Сколько вы здесь промышляете?

— Полгода почти, завтра меняемся… хотели меняться.

— Вот видишь, как мы удачно зашли, — обрадовалась Ирка. — Вы насосали, а мы подрезали. Понимать надо! — Декламировала она Петровича по всей видимости. Лиана засмеялась, постучав стволом по башке мордатому.

— Где Терентий? — спросил я, достав нож якобы разрезать верёвку. — Ну?

— Он в замке на три башни сидит. Там Туранчокс склад устроил. Подобные группы как наша туда всё тащат. Оттуда в синюю рванём.

— У вас есть портал? — оживилась Маргарита.

— Нет, но найдём когда-нибудь.

— Где тот замок? Отвечай, а то в стазис сыграешь сейчас же!

— Отпустишь? — его глаза налились кровью, на лбу пульсировала вена от напряжения.

— Да.

— Три башни… две открыты, а в третьей ментал, но он не может сам выбраться. Мы там устроили главную базу. Это от магазина, через город, два километра к одинокому дубу. Портал в овраге, надо идти всё время по правой стороне, в скале портал, — он начал задыхаться. — Режь…!

— Я знаю, где это, Лесник! — торжествующе произнёс Зомби.

— Всё забрали? — спросил я Зомби, раскладывающему на траве рюкзаки из схрона.

— Да, Лесник. Пустой схрон, но он не пропадёт пока там эти лежат. Недели через две в нём могут новые артефакты появиться.

— Вам мало что ли? — спросила Ирка. — Или вы хотите, чтобы здесь очередные упыри поселились?

— Она права, притон закрывается, — я подошёл к лазу и дистанционно пожелал, чтобы они все сдохли без следа. Трупы тут же покрылись изморозью, я выдернул катану и повесил себе за спину. Лепестки схрона тотчас захлопнулись. — А теперь, ты!

Выставив указательный палец, я провёл по основанию уха мордатого с серьгой. На удивление лёд легко отделил его, сам же бывший владелец органа даже не заметил. Замороженное место не передало боли в мозг. Я завернул ухо в носовой платок и положил в карман. Серьга приметная, а вместе с ухом уже доказательство смерти. Пригодится при разговоре с Терентием, то, что он состоится, я уже не сомневался. Мордатый умоляюще смотрел на меня ожидая освобождения.

— Ну так, чё, начальник. Я всё рассказал, отпусти, — прохрипел мордатый.

— У неё ещё вопросы есть к тебе, — я кивнул на Марго.

— Больно тебе? — она подошла ближе к его задранной в небо голове.

— Очень, — прохрипел пират.

— Это здорово. Ты даже не представляешь каково было мне все эти годы. И то, что Стриж от меня шарахнулся, когда вернулся из рейда. И что ушёл без меня. И то, что вы все надо мной ржали постоянно и даже кликуху мне придумали. Спасибо только тебе надо говорить. Спасибо! — она посмотрела на него, и пират тут же окутался полупрозрачным коконом. Мордатый застыл в нём дико вращая глазами, ну и смерть! Врагу не пожелаешь. Маргарита мстительно улыбнулась и посмотрела на папашу Каца. — А день то задался, Изя!

— Жень, с этими что делаем? — Ирка обратила моё внимание на двенадцать пиратов уткнувшихся носом в землю. Я поднял руку и стряхнул крупные горошины града с пальцев. Они попали на ближайшего и тут же пробежались по всем телам заморозив их.

— Сами напросились. Зомби, пошли домой!

Глава 13

Piece By Piece

Я прирождённый садист! Из уст папаши Каца это прозвучало как похвала, а кто скажите мне на милость здесь не садист? Особенно когда речь заходит о безжалостных врагах, работающих на пару с монстрами. Вам рассказывают прилизанные истории о войне, а вы верите. Нет, там всё намного хуже. Представьте себе то самое «хуже», а теперь умножьте на десять. В Ядре же можно смело умножать на сто. Здесь добродетели могут жить только в границах твоей группы, все остальные потенциальные убийцы, которых можно и нужно ликвидировать. Но главное не стрелять! В стабе любят тишину, но что же желание главы закон, мы расправились с ними тихо. Почти без выстрелов, но обо всём по порядку.

— Вот чем надо заниматься, Женя, — благодушно проворчал папаша Кац. — Хлопнул кубышку и отдыхай.

— Хотелось бы услышать полный список, — взглянула на Изю Марго. — Смотрю, вас так и распирает на части.

— А то! Начнём с белых жемчужин. Десять они приготовили наверх, у самих было двенадцать в воротниках, то есть тринадцать, — считал папаша Кац. — И ещё три мордатый заныкал в свой санный матрас, говнюк. Их теперь дезинфицировать надо. Ко всему прочему он ещё и крыса. Итого двадцать шесть белых жемчужин! Невероятно это два с половиной огромных скреббера или тринадцать маленьких. Мне уже их жалко, скоро они в Красную книгу попадут.

— Мне нравится твоя система счисления, Кац. В скребберах, — кивнула Лиана, поощряя знахаря.

— Половину из них они настреляли за полгода. Как минимум одна на группу точно была. Вы помните сколько там черепов лежало вдоль стен? Дальше, мы нашли «невидимки», наших шесть и ещё восемь нашли. Можно барыжить ими, нам то они вряд ли пригодятся вне Ядра.

— Скорее всего за пределами Ядра они не работают, иначе бы их Жид отсюда тоннами таскал, — согласилась Лиана. — Белые, да. Сгодятся. Жень, может он отсюда оружие таскал?

— Возможно, но ты видела какие здесь крутыши по пантере из «Максима» лепить. Если он и доставал такое оружие, то только из фиолетовой зоны.

— Тогда и всё остальное имеет ценность и хождение только в Ядре. Ещё у нас есть два «очага» и два «ковра». Я бы их обязательно пропылесосил после этого сброда. Модификация на оружие, увеличивает дальность стрельбы по словам пирата, две штуки тоже. Три автомата модифицированные и один гранатомёт. Один «холодильник» и один «козлёнок».

— Что за зверь? — спросил я. Так вот что они засунули в эту сумку. Автоматы и конечно повесили их на меня как на самого сильного.

— Артефакт позволяющий сбросить преследование, — пояснил Зомби. — Козлёнок, потому что охотники его привязывают к дереву и ждут тигра. На него реагируют элитные заражённые и сами заходят в ловушку. «Козлёнок» также может привлечь на себя движущиеся аномалии. Например «крот», эта сволочь крайне прилипчивая, а так она повернёт к «козлёнку», а мы сможем уйти. Через час его можно будет безопасно забрать.

— А говорите зря сходили, — расслабился я. — Сколько добра нашли.

— Меня больше радует, что я нашла своего обидчика. Вы, наверное, не представляете, что такое жить изгоем и всеобщим посмешищем. А я ведь по своей профессии вынуждена принимать всех подряд. Я уже увидела, как люди с первых секунд меняются в лице увидев меня. Как на их мордах возникает брезгливость, как они спешат покинуть мой дом. Избу бабы Яги.

— Ты чего, Марго! Ты очень даже красивая, Изя Кац зря стойку не сделает, — засмеялась Ирка. — Он всё может, грудь вернуть лет на десять назад. Ты ей орехи колоть будешь.

— Всё это сейчас, после его рук. А до этого? Три тысячи человек, что сейчас в стабе, все прошли через меня и каждый морщил носик. Только вы почему-то отнеслись ко мне по-человечески, — она реально страдала всё это время, вынуждена была безвылазно сидеть в своём доме прячась за рядами цветов.

— Мы и сами побывали в твоей шкуре, — заверила её Лиана. — Предлагаю отпраздновать в салуне всё сразу. Сегодня наш день.

— Поддерживаю, — потирая руки сразу согласился папаша Кац.

— Опять будет драка? — тоскливо сказал я. — У меня скоро рвотный рефлекс ко всем общественным местам выработается. Как общепит, так заваруха. Другого места потише у вас нет?

— Есть пару забегаловок, но там совсем грустно. В основном своими группами живут. Мы скромно себя будем вести, — пообещала Маргарита. — Ко мне и так никто не подойдёт.

Почему к ней никто не подойдёт я не спросил, а надо было бы. Я так понял, что сейчас её чураются, потому что многие раньше издевались над ней. А она затаила обиду и могла запросто засадить любого в стазис. В салун мы пришли сразу после обеда. Обычно в стабе в это время наступал тихий час. В основном в Ядре бурлила ночная жизнь и народ начинал вылезать на промысел после восьми часов. Залезть к кому-нибудь по потайному входу и взорваться. Или порезать кого-то в тёмном месте с последующим облегчением от материальных ценностей. И правильно, зачем они там в райских кущах. Голые пришли, голые уйдём.

На этот раз мы заняли самые козырные места в малом зале попросту арендовав его полностью. Мало того, он ещё и отгораживался ото всех тростниковой завесой. На голубом тростнике какой-то умелец нарисовал цапель, лебедей и озеро на фоне горы и восходящего солнца. Вот такое занавеска отделяла нас от прочих «плебеев» в общем зале. Большой стол, мягкие диваны, приглушённый свет. Здесь можно сидеть неделями и бухать. Чем мы и занялись сразу. В Ядре пьянели ещё медленнее, чем в остальном Улье, но мы стартовали серьёзно и через три часа я почувствовал опьянение.