Василий Лазарев – И пришел Лесник! 20 (страница 31)

— Уже уходишь? — голос такой ласковый. Манящий. Что если я немного задержусь? Посижу просто на краешке кровати? Ведь ничего страшного не произойдёт? Почему и нет, не изнасилует же она меня. Тем более вроде нечем? Я присмотрелся к ней между ног. Вообще ничего не вижу, уф… пронесло. Обычная картина, ничего предосудительного. Просто робот нарядился на радостях увидев своего командира.

— Ну какой же я тебе робот, дорогой? — надула губки Астра. — Мы, между прочим, уже были близки. У нас есть общий ребёнок.

— Ты уверена? — поднял я левую бровь.

— Конечно. Астра здесь, — она постучала себя по лбу. Иди ко мне, Женя. Я хочу стать окончательно человеком. Сделай меня женщиной! Все тематические пособия я освоила, не бойся.

— Когда я баб боялся… то есть женщин, — расхрабрился я.

— Правильно, мы не страшные, — она подошла ко мне обдав знакомым ароматом. — Духи Лианы, она не заподозрит, милый.

Астра обвила мне шею руками, я совершенно не чувствовал тяжесть литона. Она прижалась ко мне и потёрлась своими каменными сосками об мою грудь. Я почувствовал нечто иное, ещё мгновение и мои штаны треснут по швам. Всё, попал.

— Но куда это делать? — стесняясь спросил я.

— Как куда? — улыбнулась Астра. — У женщин есть три общепринятых отверстия и вообще я пролистала накануне Камасутру. Можно между стоп, в ушные раковины, между груди, руками наконец. — Я сразу понял, что она основательно подготовилась. Вот это всё и плюс литон, который может сделать такое…

— Ловушка? Это была ловушка и Маша с Жоржем заманили меня! — осенило меня.

— Называй как хочешь, но отсюда ты уже не выйдешь милый. Помидоры действуют и на меня.

— Так что же нам делать? — растерялся я.

— Да что хочешь то и делай со мной. Я полностью твоя. О выносливости литонового тела ходят легенды, — она взяла мою ладонь и поместила себе между ног. Я почувствовал тепло, влагу и желание взорвалось гранатой у меня в голове. Астра нежно поцеловала меня в губы. Живая! Моя! Безотказная! Просто сон какой-то. Часа три у меня есть…

Глава 18

Астра

Где она научилась так эротично стонать? Ну и вопрос, мы же в борделе, здесь все так умеют, но всё же какое глубокое проникновенное контральто. С каждым стоном мне хотелось проткнуть её насквозь, согреть, обнять, защитить накрыв своим крылом. Она была такая жаркая, нежная, доверчивая и смотрела на новый мир широко распахнутыми глазами. Не думаю, что она играла со мной, она сейчас испытывала новые для неё чувства и ощущения. Астра умела быть благодарной и страстной, отдаваясь без остатка. Жалко нельзя добавить её в свой цветник. Два часа прошло незаметно, Астра уже давно выключила ароматизатор с парами помидоров, и мы пришли в себя, но от объятий так и не освободились. Мне хотелось её отпускать, вот так бы и лежал как одно целое.

— Ты как? — она погладила меня по щеке. Невероятно, я совершенно забыл, что ниже шеи у неё литон. Полное и стопроцентное подражание живой плоти. У Астры даже имелись родинки и небольшое пигментное пятно на внутренней стороне бедра. Само собой литон ничем не отличался от строения женского тела и полностью копировал его строение.

— Большего восторга я давно не испытывал. Ты отдаёшься как в последний раз, такого от наших дамочек вряд ли добиться даже под угрозой расстрела. Хотя под помидорами…

— Вот именно. Под ними, но я старалась, — на её щеках образовались ямочки и в глазах вспыхнул плотоядный огонь.

— Ты очень способная ученица. Но мы сможем встречаться только тайно, — я предостерёг её от необдуманных действий.

— Я всё понимаю, милый. Можно я буду называть тебя так?

— Конечно, дорогая, только не по общей связи. Договорились? — ну мало ли, что ей взбредёт в голову.

— Конечно, — звонко рассмеялась она. — Наедине! Ты по-прежнему будешь приходить к Жоржу, но ждать тебя буду я.

— Боюсь, что это будет нечасто.

— Ничего страшного. Я буду ждать. Ты знаешь, что это были чёрные помидоры? — внезапно спросила она. — Они сильнее. Алистер лично потчевал ими своих наложниц. Позже они стали телепатами.

— А я всё думаю, почему нет такой животной страсти, затмевающей разум как в первый раз. Когда мы с Иркой впервые попробовали плоды в гроте, нас просто сорвало с резьбы. Мы бросились, друг на друга стараясь разорвать. Сегодня не было такой безудержной страсти.

— Я какая была?

— Ты сама что скажешь?

— Мягкая, добрая, с грустинкой и обожанием перерастающая в преданность и готовность к самопожертвованию. Я чувствовала себя щепкой в бурлящем весеннем ручье. Ты меня крутил как хотел, а я отдавалась тебе полностью и ещё чуть-чуть. На все сто сорок шесть процентов, милый!

— Ты помнишь эту Викину шутку, — я погладил её по волосам. — Где Алистер брал чёрные? В туннеле?

— Я всё помню, хотя и наполовину машина, — по её щеке скользнула слеза. — Нет не в туннеле, они растут на южной оконечности озера. На мелководье прилепившись к таким же чёрным скалам. — Астра подняла мокрые глаза на меня и добавила. — Хотя моё сердце из литона, я всё равно могу любить!

— Астра, ты самая человечная женщина. У некоторых вообще сердце изо льда. Ты прекрасна. Я хотел спросить… — замялся я.

— О чём, милый? — она перевернулась со спины на бок ко мне и два внушительных холма плавно стекли на мою сторону. Я тут же забыл о чём, хотел спросить и уткнулся ей в грудь. Она гладила меня по голове прижимая к себе. В какой-то миг в моём мозгу сверкнула мысль, что захоти она сейчас, то запросто раздавит мою голову как перезрелый плод. Но нет. Тело её пылало и на ощупь казалось бархатистым и мягким. Кожа пахла ландышем и вообще всё тело было настолько проработанным. Каждый волосок, каждая пора на коже, цвет, форма, строение. Передо мной лежала не игрушка, а пышущая молодостью красивая девушка в самом расцвете лет.

— А? Да. Кем ты себя ощущаешь? — сейчас опять обидится, подумал я.

— Ты хочешь знать кто царит в моей голове сейчас? Астра, без всяких примесей. Абсолютно точно. Твоя Астра полностью вернулась из небытия, милый. Я вспомнила то время, как мы жили вместе. Тогда давно, под землёй, в корабле и медицинской капсуле.

— На самом деле?

— Да. Я помню, как пересадила Виктора в куб для дозревания. Я счастлива, Женя. Я видела своего сына. Императором! Кто бы мог подумать, что так произойдёт. Я также помню свои последние мгновения и без раздумий снова отдам жизнь за тебя.

— За всех людей, — поправил я её.

— Нет, милый. За тебя. Я хоть и капитан разведчика дальнего космоса, но жизнь свою отдала за вас с Виктором. И вот я наконец вернулась, — она поцеловала меня в губы.

— Я рад, — пролепетал я.

— Скорее ты огорошен и ещё не совсем понял. Но это детали, Женя. Я так давно пребывала в небытие, что стала забывать, каково это быть человеком. Хотела спросить тебя, ты слышишь голоса в голове? И вообще это норма?

— Голоса? — опешил я. Ещё не хватало. — Что они говорят? Что-нибудь осознанное?

— Голос всего один. Донельзя знакомый, но вспомнить чей он, я не могу. В моей голове как будто стоит отсекатель, стоит мне всего лишь задуматься… — она замолчала и потёрла рукой висок. — Голова страшно болит. Пронзает от макушки до пяток. С тобой такое бывает?

— Со мной много чего, бывало, но такого точно нет. У тебя стоит искусственный блок на эти воспоминания?

— Очень близко к смыслу, но как ты понимаешь сама себе проверить я не могу.

— Тебе обязательно надо показаться папаше Кацу. Он в этих делах академик. И что говорит голос?

— Немного. Только одно моя имя. Он возникает без всякой закономерности и произносит только: «Астра, Астра, Астра». Это так страшно, когда ты не контролируешь себя!

— Да ладно, чего там страшного? Может это безобидные последствия твоего возвращения. Просто ты слышишь собственное имя. Наверняка пройдёт со временем.

— Да… просто, если бы это повторяла я сама, но когда кто-то другой говорит это, то поверь мне, Женя, это чудовищно. Ну как можно делить с кем-то свою голову? — я задумался над сказанным и у меня по загривку пробежал холодок. Как сказал бы вождь мирового пролетариата: «Это пиздец, товарищи».

— Жутко, согласен.

— Понял, да? Мне тоже не по себе. Но я тебя по-прежнему люблю, Женечка! — улыбнулась она.

— Когда успела? — вырвалось у меня.

— Тогда ещё, когда вы вытащили меня из анабиоза. Ты снился мне все те годы, что я провела в капсуле.

— Гонишь! Как такое возможно?

— Не твоё лицо конкретно, но образ, аура, хабитус, как хочешь назови. Твой набор ДНК, твои глупые ужимки и твоя рязанская морда, вонючка! — она обняла меня заключив в железные объятия. Я слегка крякнул, Астра в избытке чувств чуть не оставила группу без командира. Нечто подобное со мной случилось, когда меня прижал к стене трактором диверсант-парашютист. Но тогда мне удалось выскользнуть и накидать здоровенному амбалу по печени. Сейчас же я только охнул, и Астра тут же ослабила хватку. — Извини, милый.

— Ничего, я понял, насколько крепко ты меня любишь.

— А ты? Ты любишь меня? — как вы думаете, что я ответил?

— Больше жизни, любовь моя. Больше жизни, — не скажу, что я сошёл с ума от помидоров, но мысль, что она робот по-прежнему не отпускала меня. Может стоит расспросить её о том, как она жила до полёта? Робот вряд ли складно придумает. — Ты ещё что-нибудь помнишь? Детство, юность?

— Как я была ребёнком слишком смутно. Почти нет.