Василий Лазарев – И пришел Лесник! 19 (страница 12)

— Заедим. Когда он в следующий раз уходит на перезагрузку? — пообещал я.

— Через неделю. Так, казино по тридцатый этаж включительно. Выше двадцать этажей отданы под аппартаменты и жилье для девочек и персонала. На пятьдесят первом и втором у нас рестораны. Они также есть на сороковом и двадцать восьмом. Выше находятся всякие развлечения вроде массажных салонов, фитнесса и прочего до шестидесятого. Следующие три этажа отданы под бани.

— Ого! — оживился Сиплый. — Люблю баню.

— Там есть семейные номера и для больших компаний. Обслуживание по высшему разряду, — заверила меня Маша.

— Мы со своим, — я мстительно дёрнул за руку Лиану.

— А где же нам разместиться? — вырвалось у Лианы.

— В вашем распоряжении пентхаус и пять верхних этажей. Все отделаны для самых дорогих гостей. Вип номера и обслуживание.

— Там раньше мы с Адвокатом жили, — пояснила Вера. — Там есть всё, что нам доступно в Улье.

— А сейчас ты где живёшь? — спросил папаша Кац.

— Там же. На семьдесят первом этаже. На восьмидесятом есть собственный банкетный зал, ниже бассейн. Верхние три этажа отданы под хозяйственные помещения. Так что в вашем распоряжении почти десять верхних. Мало?

— Нет, хватит. Мы то больше привыкли спать, где придётся, если не считать виллы в Вавилоне. Но, я смотрю, вы здесь неплохо устроились. Маша, сколько же всего персонала у вас в башне? — спросил я.

— Девочек человек пятьдесят, все работают, если вы понимаете, о чём я, — смутилась Маша. Ну дела, она ещё умудрилась покраснеть! — Мужчин по хозяйству человек двадцать, старший у них Петрович.

— Петровичи неистребимы, — прокаркал папаша Кац. — В каждой жо… башне!

— Как и вы, — заметила Лиана.

— Кто это мы? — взорвался папаша Кац. — Что за грязные намёки! Имеешь что-то против евреев? Сам Ной был евреем! Вы все обязаны нам своей жизнью! Аз-ох-н вей!

— Успокойся, академик. Маша, кстати запомни этого субъекта и передай девочкам. Особо опасен! Не давать! — папаша Кац побледнел от такого заявления.

— Ок, я поняла, — стрельнула в Изю глазками Маша.

— Заговор! Лесник, нам готовят заговор! Того гляди будут и погромы!

— Потом, Изя, потом. С персоналом понятно, а как себя клиенты ведут? Охрана у вас есть или девочкам всё же порой достаётся? Маша, можешь мне рассказать всё как на духу.

— О, да. Видела бы ты, что они с Цыганом сделали, — шмыгнула носом Вера.

— Что? — Маша распахнула свои голубые глазки. — Сделали?

— Его уже нет с нами. Он уехал в Сочи, — не буду пока вдаваться в подробности. Сами узнают.

— Он со своими подпевалами часто беспредельничал в башне. Одна команда так вообще в банях прописалась и не платят, — Маша чуть не плакала.

— Да ну? — оживился Сиплый. — И где они сейчас?

— Изволят принимать баню, — злорадно ответила Маша.

— С девочками?

— А то, они нам выкатили за «охрану» три субботника в неделю, — Маша побледнела от злости.

— Вах! — только и произнёс папаша Кац. — Лесник, это беспредельно!

— Согласен. Проводишь? — Маша кивнула и пошла к лифтам. Их в башне было четыре, и они работали без дизеля в кабине, а как обычные. Маша объяснила это тем, что они не экономили на горючке и у них всегда было электричество. Я себя мысленно поздравил с приобретением, в других башнях лифты поднимались на пердячем паре. Маша нажала кнопку, и мы довольно быстро стали подниматься на шестьдесят первый этаж.

— Грузоподъёмность десять человек. Но иногда пьяных набивается больше. У нас так уже три электромотора сгорели.

— Сиплый, похоже тебе придётся заняться домиком всерьёз. Возьмёшься?

— Уже записываю, начальник. Внизу поставим пост, больше десяти не пустит в лифт.

— Так они и будут вас слушать. Здесь такие уроды попадаются, — сказала Маша. Вера промолчала уже предвосхищая скорое насилие над уголовным элементом.

— Без ушей останутся значит, — хихикнула Вика.

— Там окна открываются на этаже? — спросил я пока мы поднимались на лифте.

— Да, мы хоть и устроили баню, но с вентиляцией ещё есть проблемы, — пожаловалась она, сделав скорбное личико. Сейчас она была похоже на Мальвину, только совсем развратную и блондинку.

— Записал, проблема! — постучал себе по лбу пальцем Сиплый.

— Приехали. Они вооружены, кстати! — прошептала Маша.

— В следующий раз будут сдавать оружие на входе, — отрезал я.

— В натуре, начальник, — поддакнул Сиплый.

Мне понравилось. Коридор покрыт толстым ковром. Светильники на стенах давали рассеянный тёплый свет. Обои в спокойных тонах. Наслаждайся, но не забывай платить. Нас встретила заплаканная девочка с синяком под глазом. Ничего кроме коротенького халата на ней не было.

— Маша! Не ходи туда! Они там Светку уже третий час мурыжат!

— И не собиралась, вот новые хозяева разберутся, — она кивнула на нас.

— Их там двенадцать человек!

— Отличная цифра, — улыбнулся я. — Вера, сколько у вас всего негодяев из команды Цыгана?

— Ну, — она закатила глаза в потолок. — Семерых вы уже того… — Маша и девочка вскрикнули. — Здесь двенадцать. Ещё человека три где-то спрятались, но мы их сами. Можно? У нас тоже накопились вопросики к ним.

— Да, пожалуйста, мы не жадные, — прокаркал папаша Кац.

— Можно я войду к ним первая, а вы подождите чуток? — Вера спросила меня. Чего это она такая добренькая стала вдруг?

— Можно, — кивнул я.

— Вера, держи, — Сиплый сунул ей в руки прозрачный пакет с чём-то чёрным внутри. Она взяла в руки и брезгливо поморщилась. — Две минуты.

Маша уже ждала её и открыла дверь своим мастер-ключом. Из двери повалил пар и Вера, распахнув дверь ударом ноги зашла в апартаменты. Мы не вмешивались и только подглядывали из-за угла. В центре большой комнаты стоял длинный стол, скорее всего это были кабинеты для больших компаний. За ним сидели несколько человек. Пятеро с одной стороны и пятеро с другой, где были ещё двое мы не увидели. На стене на крючках висела одежда и оружие, в основном автоматы. Я перевёл взгляд на стол и нервно сглотнул. Перед распаренными мужиками, завёрнутыми в простыни, стоял натурально таз крупных креветок и в другом таком же лежали варёные раки. Ну и так всякой закуски по мелочи, не считая множества всяких бутылок. Чтобы я так жил! Последний месяц питались мы из рук вон плохо. Повара у муров надо было сразу пристрелить.

— О, Верунчик! На субботник пожаловала? А то Светик совсем выдохлась! Сейчас до кондиции доведут, да и выбросят в окно, — за столом виднелись две двери и одно большое окно в торце.

— На, Гнедой, посмотри, что тебя ждёт, — она бросила на стол пакет сбив несколько бутылок. Синие заинтересовались содержимым пакета и раскрыли его, брезгливо вытащив из него скальп Цыгана. Когда только Сиплый успел снять его, подумал я.

— Это то, что я думаю? — угрожающе спросил самый мордатый, которого Вера назвала Гнедым.

— Да, скальп Цыгана. У тебя два варианта. Первый, ты сам прыгаешь в окно. Второй я тебя расстреляю и потом опять же выкину в окно.

— В натуре ботва Цыгана, вот у него и прядка седая была. Красил он её, — заржал пьяный собутыльник Гнедого.

— А третьего, где я тебя трахну в жопу нет? — Гнедой встал из-за стола и шатаясь пошёл к Вере.

— Второй вариант! — у Веры в руки оказался пистолет она двумя выстрелами прострелила Гнедому колени. Тот упал, завизжав как суслик. Остальные повскакали с мест и бросились к оружию… и сами того не ожидая отлетели к окну.

В комнату вошла Вика и держала всех любителей коммунистических субботников, прижатыми к стене. За ней в бане оказались и мы. В дверях остались две девушки, на их лицах сверкала радость.

— Где ещё двое? — тихо спросил Сиплый. Все молчали, и только Гнедой визжал, рассматривая свои развороченные колени, боясь, пошевелить ногами. Сиплый молча подошёл к нему и воткнул нож в сердце. В комнате наконец-то стало тихо. Один из синих показал пальцем на дверь. Сиплый моментально оказался возле неё. Внутри мы увидели двух отдыхавших мужичков. Они вообще никак не отреагировали на выстрелы и визг, скорее всего уже привыкли к такому. В углу комнаты на полу натянув на себя грязную простынь забилась заплаканная девушка. Всё лицо её было в побоях, руки тоже в синяках.

— Чего тебе? — лениво произнёс жирный как слон мужик. Сиплый взял его за волосы и потащил вон из комнаты. Я сгрёб второго. Папаша Кац уже предусмотрительно открыл окно. Всех остальных Вика «задвинула» к противоположной стене. Сиплый, не напрягаясь подхватил жирного подмышки и резким движением выкинул в окно. На улице раздался резкий крик ужаса, но на удивление быстро затихший. Второй любовничек последовал за ним чуть погодя. Пришлось сперва переломать ему руки, а то он ими размахивал, пытаясь зацепиться за раму. Этот орал дольше.

— Что с этими делать? — спросила Вика.

— Туда же их. Нельзя оставлять, иначе опять вырастет, — спокойно сказал Сиплый. Я с ним был полностью согласен. Маша подбежала к одному из них плюнула ему в рожу. Вика подтолкнула первого к Сиплому стоявшему у окна. Тот заорал что-то неразборчивое, но тут же улетел догонять остальных. Через десять минут никого из двенадцати не осталось.

— Устроили здесь, понимаешь, тайную вечерю, шлимазлы, — проворчал папаша Кац.

— Вы их в озере ловите? — Лиана подцепила ножом огромную креветку и показала Вере.