Василий Лазарев – И пришел Лесник! 16 (S-T-I-K-S) (страница 36)

— Не надо по себе судить, внучка! Я хотел сказать, Лесник, можно сменять транспорт у проходящего каравана, например на автоматы внешников, — выпалил знахарь. — И Вику им в нагрузку отдать.

— Вот, светлая голова! — похлопала Изю по плечу Чума.

— Правильно, отче. Разблокированные автоматы с удовольствием возьмут, только Вику не тронь. Она нам самим нужна, — кивнул Сиплый.

— К тому же их в Вавилоне можно хорошо продать, — напомнила улыбающаяся Лиана. — Я имею в виду автоматы, а не Вику.

— Вот видите, пять минут и мы уже знаем, где взять транспорт, — расслабился я.

— До трассы пятьдесят километров, не забывай, — напомнила Чума.

— И потом кого мы здесь оставим? — спросил папаша Кац.

— Да, Жень, не Пышку же за консоль сажать? — возмутилась Лиана.

— Понял, давайте считать. Грузовик в расчёт не берём, он мне нужен для другого. Пятьдесят километров по лесу и степи пешком. С грузом на плечах…

— Начальник, послушай. То, что ты предлагаешь нереально. Ты дойдёшь, ну может ещё я и всё. Остальные по пути сдохнут, — покачал головой Сиплый. — Предлагаю взять броневик у атомитов и в уже скафандрах поехать на трассу.

— Где ты его возьмёшь? Вшестером базу их штурмовать предлагаешь? А ну-ка там эти упыри оранжевые? — не согласилась с ним Лиана.

— Да вы что, в очи долбитесь? — вспыхнул всегда спокойный Сиплый. — Изя, дай-ка оптику на то место, где пушки атомитов стояли. Знахарь немного поколдовал, и мы увидели расплавленные пушки. — Правее возьми! Видали! БТР, перевёрнутый на боку?

— Фига себе, как я его не заметила, — пробормотала Лиана. — Жень, он не повреждённый совсем. Его взрывной волной перевернуло.

— Ну да. А мы как его назад на колёса поставим? Пупок не развяжется? — недовольно проскрипел папаша Кац.

— Эх ты, физик-теоретик. В скафандрах внешников есть мускульные усилители, — укоризненно сказала Чума.

— Думаешь?

— Думаю!

— Вот и славно, но перед этим мы заглянем на место падения челнока, — сообщил я. — На нашем грузовике. Есть у меня нехорошее предчувствие, надо снять с него бомбы. Хайзенберг потерял почти весь свой выводок и в отчаянии может нас взорвать.

— У него нет взрывателей, Женя. Они у нас! — сказала Чума.

— Он физик-ядерщик, что ему стоит сделать нечто подобное, — проскрипел папаша Кац. — Легко сможет взорвать, скинет у подножья хотя бы одну и всё. Твой подштанники сгорят в ядерном пламени.

— Поехали, — стукнул я себя по коленкам вставая со стула. — Не будем откладывать.

Грузовик долго не заводился, словно предчувствовал свою скорую кончину. Конечно, ЗиЛ-130 машина хорошая, но без должного ухода, увы не бессмертная. А здесь ни масла машинного не достать, ни свечей. Тормозов у него, по-моему, никогда не было, шланги тормозные пробиты и висели лохмотьями. И бензина осталось километров на сорок, а то и меньше. Я рассчитывал на нём доехать до челнока и вернуться назад с грузом, а потом уже отправить его на заслуженный отдых. Тем более у нас наклёвывался вариант с трассой. Грузовик можно взять на трос как тележку и забить кузов продуктами. Потом уже придумаем что-нибудь с караванами. Я не смог удержаться и улыбнулся, представив себе как Изя будет стоять с вытянутой рукой на обочине трассы и путанить. Пока я рассуждал, Лиана всё-таки сделала невозможное и завела старичка. Кстати, выходить на улицу нам пришлось через ангар внешников, где мы ещё зависли на час.

Два белоснежных восьмиколёсных броневика, казалось, кричали нам, возьми меня. Но дело упиралось в таинственный ключ, который улетел на Орбиту и благополучно сгорел вместе со всем при падении в атмосфере. А ещё в ангаре стояла десятиколёсная платформа, трансформирующаяся по всей видимости в дом на колёсах. Мы не успокоились пока не облазили весь ангар в поисках ключа. За это время Лиана завела грузовик, и мы с понурыми лицами отправились в путешествие к челноку. Туда добрались без происшествий, на дороге нам встретился непуганый топтун, но получив из автомата с визгом помчался залечивать задницу. Никаких засад или ловушек, а также муров или атомитов. Красота! Через два часа были на месте. Третья передача на грузовике уже не втыкалась, и Лиана ползла на второй все десять километров. Челнок стоял на месте, вот только бомб, подвешенных под обломанными крыльями, не было. Вместо них мы увидели множество следов от колёсной техники атомитов.

— Атомиты, больше некому, — заключил папаша Кац. — Подонки и мрази! Однозначно!

— То, что бомбы попали к ним, это может быть как-то связано с оранжевыми глазами? Сталкер сказал, что раньше атомиты такими изысками не страдали, — спросила его Чума.

— Чёрт его знает. Бомбы они спёрли, зуб даю, — кивнул папаша Кац.

— Н-де, — я почесал макушку. — Жди теперь подарок. Ладно, делать нечего, поехали назад БТР переворачивать.

Стоило нам всем усесться назад, как грузовичок отдал Богу душу. Все последующие реанимационные действия к успеху не привели. Чертыхаясь, мы отправились пешком. Расстояние не ахти какое, но день был полностью потерян. Я предложил заглянуть на место бывшей засады атомитов с целью разжиться чем-нибудь интересным. Оружие если и было, то всё жутко деформировано. Одежда нам их была не нужна, короче опять в холостую. И тут позади меня раздался громкий вскрик. Шлемов мы пока не надевали, откуда здесь взяться медузам, поэтому я сразу определил направление. Подбежав к яме оставшейся от удара Вики, я увидел внизу копошившегося Изю Каца.

— Лесник, я провалился куда-то, — крикнул он снизу. — Здесь ещё туннель… виднеется. — Папаша Кац включил фонарь на плече скафандра.

После «шлепков» Вики образовывались колодцы глубиной до десяти метров, но этот был всего чуть больше трёх. При желании папашу Каца можно было вытащить просто подав ремень от автомата. Связав между собой обломки от брёвен в накате блиндажа мы получили импровизированную лестницу, по которой уже можно было подняться. Опустив её в колодец, я спустился к Изе. Не соврал, в стене чернело большое отверстие, переходящее дальше в широкий туннель. Луч света выхватывал первые метры под землёй, а направление туннеля меня очень заинтересовало. Он уходил в сторону мёртвого черного кластера ныряя глубоко под землю, даже отсюда был виден ощутимый уклон. Нечто подобное мы уже встречали, и я понимал, что туннель может пересекать черноту на достаточной глубине. После небольшого брифинга решено было исследовать подземный ход.

Под ногами вместо земли мы увидели прорезиненное покрытие. Стены были из такого же материала, сам туннель имел значительный уклон в сторону чёрного кластера. Что подтверждало мою догадку и подземный ход нырял под черноту. С нашей стороны подземного хода если присмотреться, то можно было увидеть на горизонте удивительные строения. Вероятность того, что туннель оканчивался на той стороне была весьма велика. Вика в порыве ярости расплющила немало атомитов и заодно пробила потолок туннеля. Мы осторожно выдвинулись в направлении загадочного города, всем в Улье было известно, что на чёрном кластере жизнь невозможна ни для кого. Мертвые кластеры избегали даже самые отъявленные чудовища. А ещё мы понимали, что за мёртвым кластером находится Пекло. Что это такое напоминать никому тоже было не нужно. Все мы хорошо ознакомились с обитателями того чудесного элитного района, и почти любая встреча с выходцами из Пекла могла окончиться для нас печально.

Пройдя километр мы достигли конца туннеля. Нас никто не заметил, благо он выходил на поверхность в каких-то развалинах. Материал, из которого было построено здание напоминал пластик, но он обладал дополнительными свойствами. Например, «пластик» легко гнулся в одну сторону, в другую же был твёрд как камень. Если кусок «пластика» приложить к руке, то становился тёплым и ворсистым с одной стороны и оставался прежним снаружи. Его не пробивал заряд автомата внешника. Из него спокойно можно было делать бронежилет, вот только каким инструментом его обрабатывать? Он не промокал и не пропускал ветер, чудо, а не материал. Но всё-таки что разрушило дом? Мы вылезли из-под земли и оказались в чаше из такого материала. Решётчатые стены были частично разрушены и кое-где закругляясь поднимались у нас над головой в надежде образовать сферу. Я посмотрел назад в оптику скафандра и увидел вдалеке высокие деревья на нашей стороне. Да, мы благополучно миновали черноту и нашли путь в Пекло, но почему мне так безрадостно?

— Вроде никого! — папаша Кац постучал по прозрачному стеклу шлема. Чувствительные микрофоны скафандра ничего кроме звуков, издаваемых нами и завывания ветра, не фиксировали.

— Сам знаешь, как здесь умеют прятаться, — прошептала Чума. — Я, к примеру вижу множественные цели в километре на запад отсюда.

— Движутся? — спросил я.

— Нет. Я могу посмотреть поближе, — предложила Чума.

— Как? — удивился Сиплый.

— Даром, как же ещё. Раскаченный сенсор может генерировать своё альтер-эго, второе «я». В нашем случае прозрачная эфемерная субстанция. Я смогу видеть её глазами и рассказать всем, что вижу.

— Попробуй, интересно, — поддержала её Лиана. — А мы тебя здесь покараулим.

— Я могу вернуться в тело мгновенно если что, — добавила Чума.

— Отлично, далеко это эго бегает? — спросил Сиплый.

— Туда достанет, а вообще на восемь километров. Максимальный радиус для сенсора, — пояснила Чума.