Василий Кузищин – История Древнего Рима (страница 92)

Прилавок винной лавки в Помпеях. I в. н. э.

Таким образом, в I—II вв. происходят серьезные изменения в структуре римского рабства. Суть их состояла в том, что в римском мире I—II вв. рабство включается в правовое поле общества, инкорпорируется в общую систему римского права, становится его органической частью. Раб теперь рассматривается в определенной степени как субъект права, законодательство создает новые возможности для более активного участия рабов в хозяйственной, интеллектуальной и даже политической жизни римского общества. Еще большее значение для повышения социальной роли рабов имело самое широкое развитие вольноотпущенничества. Отпуск рабов на свободу в эпоху Республики был довольно редким явлением и затруднялся необходимостью проведения сложных обрядов. В I—II вв. отпущенничество приобретает массовый характер, появляются новые способы отпуска рабов на свободу: простое заявление господина в кругу своих друзей об отпуске раба, составление письма, где уведомлялось об отпуске раба, и др. Как правило, на волю рабов отпускали после 10—15 лет пребывания в, рабстве, когда наиболее плодотворные годы жизни раба были проведены в напряженном труде на своего господина. Господину было выгодно отпускать утратившего былую работоспособность раба, поскольку, получив свободу, тот должен был сам обеспечивать свое существование. Возможность получения свободы при массовом характере отпущенничества несколько смягчала недовольство рабов своим положением и ослабляла общую напряженность в социальных отношениях. В I—II вв. отпущенники составили довольно многочисленный слой римского общества и стали играть заметную роль во многих сферах производства, политической и культурной жизни.

Если распространение классического рабства во всех областях Средиземноморья в I—II вв. н. э. означало распространение рабовладельческих отношений вширь, то некоторое улучшение бытового и юридического положения рабов и создание у них стимулов к труду означали реализацию наиболее глубоких потенций рабовладельческой системы как таковой.

Свободные земледельцы и колоны, ремесленники и отпущенники. Свободное крестьянство никогда не исчезало даже в Италии, в стране наиболее зрелых рабовладельческих отношений. В западных, дунайских и африканских провинциях, которые в момент присоединения к Римской империи переживали разложение общинных порядков, роль мелких земледельцев-общинников была довольно высока. Земледельческое население Империи постоянно пополнялось за счет поселения в разных провинциях отслуживших ветеранов. Крестьяне — римские граждане — были собственниками небольших земельных наделов и, возделывая их, применяли иногда труд одного или нескольких рабов, вели в ряде случаев своего рода полурабовладельческое хозяйство. Существовали, и их было, видимо, большинство, хозяйства и без рабов. Вздорожание и уменьшение притока рабов раньше всего ударили по таким маломощным полурабовладельческим хозяйствам и приводили их к разорению, превращению в замкнутый натуральный мирок, в котором крестьянин и его семья с трудом сводили концы с концами.

Римский торговый корабль (приблизительно 1000 т водоизмещения). Реконструкция по материалам мозаик из Остии. I в. н. э.

Для II в. н. э. характерно довольно активное внедрение арендных отношений и распространение колоната. Колон стал столь же заметной фигурой средиземноморской деревни, как и раб, и свободный крестьянин. Юридически колон — свободный человек, имеющий право уйти от землевладельца после истечения срока договора, обычно заключаемого на 5 лет. Однако, как правило, колон за пятилетний срок настолько опутывался различными долговыми и другими обязательствами, что практически не мог оставить свое место и продолжал возделывать арендованный участок долгие годы. Во многих поместьях колоны жили в течение нескольких поколений и превратились в пожизненных арендаторов. Это было выгодно землевладельцу, так как обеспечивало обработку его земель и избавляло от необходимости искать новых арендаторов. Живущий в течение длительного времени в имении, колон крепко был привязан к его владельцу, а землевладелец превращался в его господина: он давал ему земельный участок, некоторые орудия труда, покупал его продукцию, разбирал споры колонов между собой, их жалобы на поместную администрацию. Господская вилла постепенно заменила колону и городские власти, и императорскую администрацию, и из человека свободного и равноправного с землевладельцем колон превратился в зависимого от его воли.

Кто арендовал землю и превращался в колона? Им мог быть свободный и потерявший свою землю крестьянин, и бывший поденщик, и вольноотпущенник, и городской плебей, вернувшийся в деревню. Превращение этих людей в арендаторов-колонов приводило в конечном счете к постепенному понижению их социального статуса, потере некоторых прав свободной личности и к превращению юридически в зависимого от воли землевладельца человека.

Колонами становились и посаженные на землю рабы. Такая практика известна со времен Веспасиана. Как уже говорилось, землевладельцы были вынуждены в ряде случаев давать рабам в пекулий землю, скот, хижину. Положение такого раба, живущего отдельным хозяйством, обрабатывающего клочок земли и вносившего определенную плату за нее господину, фактически мало отличалось от положения свободного арендатора-колона. Римские юристы иногда называют таких посаженных на землю рабов квазиколонами, т. е. почти колонами. Квазиколоны сидели на участках относительно прочно. Они уже не смешивались с остальными рабами, живущими на вилле, их не вносили в инвентарные книги имения, не передавали по завещанию, т. е. посаженные на землю рабы занимали более высокое положение, чем прочие рабы.

Одним из источников колоната были поселения пленных варваров в пограничных провинциях, особенно в северных и северо-западных. Многие области пограничных провинций были опустошены многочисленными набегами варваров. Для того чтобы ввести их в сельскохозяйственный оборот, римские императоры (широко применял эту меру Марк Аврелий) селили здесь побежденные «варварские» племена при условии небольшой платы за пользование землей и некоторых отработок (при проведении дорог, предоставлении транспортных средств и т. п.). Формирование колоната как специального института было тесно связано с распространением громадных латифундий второго типа (т. е. латифундий с колонами) и упадком рабовладельческих вилл. В последующие столетия колоны превращаются в основную массу сельских работников, в то время как роль рабского труда все более и более снижается.

Городские ремесленники, торговцы. Процветание многих ремесел во всех провинциях Римской империи привело к повышению удельного веса ремесленников в социальной жизни средиземноморского общества. Хотя в большинстве случаев ремесленная деятельность была организована в средних или крупных мастерских, в которых основными работниками были рабы, однако существовали также многочисленные мастерские, где работал сам мастер-хозяин, члены его семьи и один-два раба. В I—II вв. н. э. участились случаи выделения в пекулий рабам небольшой мастерской, часть дохода от которой шла господину. Многие рабы, получившие такой пекулий, впоследствии выкупались на свободу, становились уже владельцами мастерской. Значительная часть ремесленных мастерских и лавок в римских городах II в. н э. принадлежала таким вольноотпущенникам или их потомкам. Эти трудолюбивые и бережливые люди, обязанные достигнутым положением своему труду, обеспечили процветание многих видов римского ремесла. Дошедшие до нас надгробные памятники на их скромных могилах носят надписи, где трогательно прославляются профессии гончаров, сукновалов или кожевников.

Наряду с ремесленниками и торговцами в городах жили люди, которых можно назвать люмпен-пролетариями. Особенно много их было в Риме и в таких крупных центрах Империи, как Александрия, Антиохия и др. Римский люмпен-пролетариат представлял собой паразитическую прослойку: люмпены нигде не работали и жили за счет подачек государства, городских властей и частных лиц. Особенно хорошо было организовано их снабжение в Риме. Около 150—200 тыс. человек (мужчин, у которых были семьи) получали раз в месяц по 5 модиев зерна, немного масла и мяса. При провозглашении нового императора, праздновании юбилейных дат, побед в крупных войнах раздавались подарки и деньги. Для развлечения этой беспокойной и буйной толпы, которая представляла определенную политическую силу, устраивались гладиаторские бои и травли зверей, потешные морские сражения, ристания колесниц. Эта деклассированная масса, требовавшая «хлеба и зрелищ», была готова поддержать любого императора или авантюриста, который бы подкармливал и развлекал ее. Если по каким-либо причинам снабжение плебса оказывалось под угрозой, начинались волнения и погромы, которые представляли опасность для властей. Поэтому все императоры заботливо охраняли привилегии этой прослойки населения, принимали все зависящие от них меры для снабжения ее продовольствием и организации развлечений.

Римская армия в I—II вв. Римская императорская армия была не только военной силой, важнейшей частью государственной организации, но и особой социальной прослойкой. Довольно разнородная еще в I в., армия во II в. переживает консолидацию, в ней укрепляются корпоративные связи и постепенно возрастает ее социально-политическая роль в жизни Империи.