Василий Кузищин – История Древнего Рима (страница 77)

ДИНАСТИЯ ЮЛИЕВ—КЛАВДИЕВ (30 г. до из. — 68 г. н.э.)

Чтобы подкрепить юридический авторитет принцепса материальной силой, Тиберий провел реорганизацию преторианской гвардии, самой привилегированной и боеспособной части огромной римской армии. Если при Августе только 3 когорты преторианцев (3 тыс. воинов) были размещены в Риме, а остальные несли охрану Италии, то Тиберий сосредоточил в Риме все 9 преторианских когорт и построил для них постоянный лагерь пребывания. Теперь в руках принцепса была сосредоточена мощная вооруженная группировка в 20 тыс. воинов (9 преторианских когорт, 7 когорт вигилов и 4 городские когорты), которая в любой момент могла быть использована для подкрепления авторитета верховной власти.

Весьма целесообразной была политика в области финансов. Кто эффективно контролирует финансы, тот и располагает реальной властью. Уже основатели принципата это прекрасно понимали. Август располагал огромными материальными средствами, из которых он финансировал армию, проводил денежные раздачи плебсу, вел обширное строительство. Однако и сенат располагал значительными ресурсами: прежняя республиканская казна — эрарий — была в руках сената. При Тиберии наблюдается дальнейшая концентрация финансовых средств в руках принцепса. Теперь уже практически все налоги из провинций, как императорских, так и сенатских, поступают в распоряжение императора. Сосредоточение финансов Империи проводилось Тиберием в процессе упорядочения провинциального управления.

Тиберий продолжил политику Августа по ужесточению контроля за деятельностью провинциальной администрации, и прежде всего сенатских провинций. Именно Тиберию принадлежат ставшие крылатыми слова о том, что хороший пастух стрижет своих овец, но не сдирает с них шкуру. Было организовано несколько процессов против злоупотреблений властью со стороны наместников, а виновные строго наказаны. Продолжался отказ от остатков откупной системы сбора провинциальных налогов и переход к их прямому сбору представителями центральной власти, что не могло не улучшить финансовое положение в провинциях.

Тиберий проводил строгую экономию в расходовании государственных средств за счет сокращения денежных раздач плебсу, пышных театральных представлений. Благодаря расчетливой финансовой политике он сосредоточил в своих руках огромные суммы (около 2,7 млрд. сестерциев). Это был мощный рычаг высшей власти, которым Тиберий умело пользовался при различных обстоятельствах. Так, благодаря срочно принятым мерам ему удалось справиться с серьезным финансовым кризисом в 33 г. Кризис был вызван стремлением центральной власти несколько приструнить римских ростовщиков и применить против них древние законы, ограничивающие проценты на занятый капитал. Понимая серьезность намерений правительства, ростовщики потребовали от своих должников возвращения долговых сумм, что вызвало нехватку звонкой монеты. Не имея наличных денег, должники, а среди них были представители среднего и крупного землевладения, стали продавать землю. От большого предложения цены на землю стали падать. В столице сложилась напряженная финансовая ситуация, грозившая социальными осложнениями. Изучив обстановку, Тиберий передал в меняльные конторы 100 млн. сестерциев и тем самым восстановил равновесие на денежном рынке. Энергичное и своевременное вмешательство принцепса в финансовые дела, как правило, ранее слабо контролируемые республиканскими магистратами и сенатом, показало возросшие властные полномочия формирующейся Империи.

В области внешней политики Тиберий продолжал общую линию Августа — укрепление границ, использование преимущественно дипломатических средств вместо военных действий, чем в целом удавалось поддерживать равновесие на растянутых границах Империи. Правда, в первые годы правления при дворе Тиберия получила преобладание партия его племянника Германика, бывшего сторонником более активной военной политики. Германик был назначен командующим рейнской военной группировкой и предпринял несколько удачных походов на территорию так называемой свободной Германии на правом берегу Рейна. Однако эти походы не дали ощутимых результатов, на правом берегу Рейна так и не удалось закрепиться, в то же время войны с германцами требовали больших средств. Проанализировав военно-политическую ситуацию на Рейне, Тиберий принял решение стратегического характера: отказаться от приобретения территорий на правом берегу Рейна. Государственной границей Рима на долгие столетия стала река Рейн, хотя эпизодические походы римских войск на правую сторону Рейна имели место. Воинственный Германик был отозван с германского фронта в 16 г., а в следующем году был направлен в другой горячий регион Империи — на Восток, где осложнилась внешнеполитическая обстановка. Германику удалось улучшить общую ситуацию на Востоке, он договорился о спорных проблемах (главным образом, по армянскому вопросу) с парфянским царем Артабаном, к Империи были присоединены в качестве новых провинций Каппадокия и Коммагена.

Однако Германик вскоре умер, и после его смерти во внешней политике Тиберия наступил период известной стабилизации. Он был тем более необходим, что внутри Империи в ряде провинций вспыхнули восстания местного населения. Так, в провинции Нумидия местный аристократ Такфаринат смог организовать настоящую повстанческую армию и противостоять регулярным римским войскам в течение 7 лет (17—24 гг.). В 21 г. начались волнения среди галльских племен эдуев и треверов, недовольных тяжелым налоговым гнетом. Антиримские выступления в том же году происходили во Фракии, находившейся на положении зависимого от Рима государства. Однако в целом внешнеполитическое положение Империи в 20—30-х годах было относительно стабильным.

Аллегорическое изображение побежденной Галлии. I в. н. э.

За 23 года правления Тиберия принципат как монархическая система стал общепризнанным государственным строем и в римском обществе уже не существовало иллюзий о возвращении старого республиканского устройства. Это ярко проявилось в событиях после смерти Тиберия. Тиберий умер в 37 г. и не оставил преемника. Однако образовавшийся вакуум высшей власти сенат и не пытался заполнить возрождением республиканских магистратур. Сенат, преторианская гвардия при поддержке римского плебса провозгласили принцепсом Империи 25-летнего внучатого племянника Тиберия, сына Германика, Калигулу.

Гай Юлий Цезарь Калигула (таково было его полное имя) правил неполных 4 года (37—41 гг.). Опьяненный огромной властью, доставшейся ему неожиданно, Калигула стал рассматривать себя как неограниченного монарха по образцу эллинистических или древневосточных царей. Он распорядился величать себя «господином и богом» (dominus et deus). В отличие от скромных в быту Августа и Тиберия, Калигула установил пышный придворный церемониал, включающий низкие поклоны, целование ног. Желая продемонстрировать свою неограниченную власть и презрение к сенату, юридически считавшемуся соучастником высшей власти, Калигула, помимо унизительного третирования многих сенаторов, открыто, по словам Светония, говорил о том, что он хочет назначить римским консулом своего любимого коня. Императорский дворец стал местом оргий, кощунственных святотатств, чудовищных преступлений. Унижая сенаторов, попирая высокий авторитет сената, Калигула вместе с тем раздавал щедрые подарки преторианцам, воинам легионов и городскому плебсу, и это позволяло ему держаться у власти несколько лет. Чтобы предупредить сопротивление сенаторов и всех недовольных, Калигула еще более расширил применение закона об оскорблении величества и всячески поощрял доносы. Его правление показало негативные стороны родившейся императорской власти во всей ее полноте, выявило воочию важнейшие опоры императорской власти — армию, рождающийся государственный аппарат.

Вместе с тем правление Калигулы показало, насколько важное значение в условиях единоличного правления приобретает личный фактор, личность царствующего императора и как это влияет на общий режим власти. Конечно, безумства Калигулы не могли продолжаться долго. Уже в первые годы его правления были составлены два заговора. Третий заговор организовали сами же преторианцы, постоянные свидетели и исполнители чудовищных злоупотреблений Калигулы. В январе 41 г. он был убит. Деспотическое правление Калигулы подорвало веру среди части сенатской аристократии в благодетельность монархической власти. Вот почему сразу же после убийства Калигулы в сенате развернулись дебаты о возможности восстановить республиканский строй и не выбирать принцепса. Выдвигались проекты избрать принцепса из состава сената, а не продолжать династию Августа. Однако в династические споры вмешалась новая влиятельная сила — преторианская гвардия, несущая охрану Рима и императорского дворца. Преторианская гвардия, созданная Августом и Тиберием, не могла рисковать своим привилегированным положением при новом положении дел. Преторианцы обратились к дяде Калигулы и племяннику Тиберия Клавдию с предложением верховной власти, доставили его в свой укрепленный лагерь и провозгласили принцепсом. Сенат был вынужден уступить вооруженной силе и утвердил этот выбор. Обстоятельства провозглашения Клавдия принцепсом обусловили известную напряженность в отношениях между сенатом и ним. В 42 г. в Далмации против Клавдия вспыхнул мятеж провинциальной армии, численностью в 2 легиона, которой командовал наместник Камилл Скрибониан, но мятеж вскоре был подавлен.