Василий Криптонов – Железный человек (страница 48)

Знака возле нужного кладбища у нас не было. Переместились на охотничий камень, оттуда двинули пешком. Пока добрались, начало темнеть. Осень, зима на носу. Дни всё короче.

У ворот кладбища мы нарвались на сторожа.

— А вы это — чего? — обалдел тот, увидев лопаты.

— Мы с добром. — Я показал руку в перчатке.

— А-а-а… Вурдалаков бить? Неужто опять у нас тут нечисть завелась?

— Ещё как завелась. Ты бы шёл домой, отец. Нынче мы тут присмотрим. Мало ли.

— И то верно…

Действительно — мало ли. Всё может выйти из-под контроля в любой момент, и чем меньше гражданских окажется в зоне боевых действий, тем лучше для всех. В первую очередь — для гражданских.

К нужной могиле нас уверенно подвёл Захар.

Показал:

— Вот.

— Эпично, — кивнул я, посмотрев на холмик. — Ройте.

Парни взялись рыть, но как-то вяло, без огонька. Я ходил вокруг, грустя, что не взял с собой раскладного стульчика. Это ж рехнёшься, столько времени на ногах.

— Ух, — сказал в какой-то момент Неофит и, опершись на лопату, вытер пот со лба.

— Имей в виду, — приступил я к педагогическому внушению, — охотник — это не только тварей рубить налево направо. Охотник — это иногда ещё и нудная, тяжёлая, кропотливая работа.

— Ага, — согласился пацан и вновь взялся за лопату.

Смеркалось. А к тому времени, как лопаты застучали по крышке гроба, вообще стемнело. Я запустил светляков.

— Хорошо, хоть не зима, — простонал Захар.

Неофит, судя по пыхтению, был с ним полностью согласен.

— Знаете. Есть в этом всё-таки великая мудрость, — сказал я, подойдя к краю ямы.

— Какая?

— Разрывая могилу, задалбываешься так, что страх перед покойником уходит на десятый план сознания. И гроб уже вскрываешь с мыслью: «Да когда ж это всё наконец закончится». Повторяю: гроб. Вскрываешь. С мыслью.

Парни заворчали, но дополнительных вопросов не последовало. Принялись лопатами отковыривать крышку с гроба.

— Дыхание задержите, — посоветовал я. — А как откроете, вылезайте сразу. Пусть чутка проветрится. Я руку подам.

Я, конечно, не специалист, но что-то мне подсказывает, что в крепком ящике, в условиях ограниченного доступа кислорода естественные процессы могли растянуться и на год. Хотя, может, и ошибаюсь. Всегда рад ошибиться в лучшую сторону.

Гвозди натужно, со скрипом поддались. Крышку гроба отвалили в сторону. Неофит закашлялся. Захар молча, с надутыми щеками, подсадил его наверх. Я вытащил пацана, протянул руку Захару.

И тут неведомая сила долбанула меня в бок. Да так, что я кувырком улетел за надгробие. Тут же, впрочем, вскочил на ноги — злой, как сто чертей.

— Ах ты, сука! Вот так, значит? Я к тебе, значит, со всем уважением, драгоценности возвращаю. А ты меня — бить⁈

Вскрикнул Неофит, заматерился Захар — у которого без помощи не получалось выбраться из зловонной могилы.

Я прикрылся Доспехами. Призрак обрушился на меня. Вновь вцепился в горло, страшно завывая.

— Да проходили ж мы это уже! — Я кастанул Удар и почувствовал облегчение. — Ну что за…

Я сотворил Свет Истины. В небо ударил зелёный фейерверк, рассыпался на множество огоньков, которые стали медленно и красиво опадать. В их свете стала видна фигура призрака. Она металась — пытаясь, видимо, уйти с траектории потенциальной атаки.

Вот фигура исчезла, а миг спустя появилась рядом со мной. Меня вновь швырнуло. На этот раз менее удачно — я погнул металлический крест на соседней могиле.

— Где сокровища⁈ — услышал вопль Неофита.

Это он про драгоценности так.

Я отцепил мешок с пояса и швырнул на голос, сам стараясь не выпускать из виду призрачную фигуру.

Ну-ка, как тебе Знак Меч? Ага, не нравится! Вон как шарахнулась, старая. Аж на три могилы от меня отнесло. Впрочем, призрак тут же телепортнулся, оказался рядом.

— Да мать-то твою так! — Я выхватил настоящий меч. — Ну, ладно, не хочешь по-хорошему…

Вблизи своей могилы призрак, кажется, стал сильнее, чем был в особняке. На светящийся меч кидался, как полный отморозок. Я его бил, чувствовал, как наношу удары, но толку от этого было мало. Призрак либо отскакивал, либо исчезал и вновь появлялся с самой неожиданной стороны.

Я уже подумывал о том, чтобы кастануть Защитный круг и перекурить, обдумать ситуацию, когда всё неожиданно закончилось.

Призрак вдруг вспыхнул. Так ярко, что захотелось зажмуриться. Раздался протяжный женский вопль, и на мгновение я увидел пожилую даму. Она не обращала на меня внимания. Смотрела в небо и сгорала.

Ну, собственно и сгорела — я глазом моргнуть не успел.

— То-то же, — буркнул я и повернулся к могиле.

Там горел огонь.

— Не понял…

Я подошёл ближе. Огонь горел непосредственно в могиле, Захар ухитрился-таки выбраться из неё. Он и Неофит стояли рядом. Любовались пламенем.

— Вы чего творите? — поинтересовался я. — «Звоните ноль-двенадцать» не устроите тут?

— Чтобы избавиться от призрака, нужно останки усопшего и то, к чему призрак привязан, посыпать солью и сжечь, — сказал Неофит. — Этому меня ещё господин Троекуров научил.

— Серьёзно? — я вновь посмотрел в могилу. — И ты даже взял с собой соль?

— В кухне, тётка Наталья дала.

— Эм… Так ты, выходит, нас, типа, спас?

— А то нет! Призрак бы вас укокошил. А вы меня ещё брать не хотели.

— Н-да… Никогда ещё братья Винчестеры не были так близки к провалу…

— Чего?

— Ничего. Прогорит — закапываем и валим отсюда. Ты, Неофит, отдыхай, за лопату сам возьмусь.

— Ясное дело, закапывать-то легче!

— Поговори мне ещё, салага…

И тут огня вдруг стало больше. Гораздо больше! Нас окружило огненное кольцо радиусом метров десять.

— Ах, вы, с-сволочи!

Я повернулся и увидел племянницу госпожи Воздвиженской. С распущенными волосами и сияющими глазами она выглядела настоящей демоницей. Платье на груди вздымалось, того гляди корсет лопнет.

— Вы — ничтожес-ства! Подс-сунули с-своего градоначальника, украли и уничтожили мои драгоценности! Я что — зря убила Абрамова? Зря призывала Огненного з-змея⁈ Умрите!

Ведьма швырнула в нас Ударом. Тот разбился о Защитный круг — это было первое, чем я озаботился, едва увидев огонь. Ведьма взвыла от досады.

А Неофит восторженно взвизгнул.

— Ведьма! Настоящая!

— Самая что ни на есть, — кивнул я. — Свежак, недавно обернулась.