Василий Криптонов – Тень врага (страница 52)

Мне пришлось подпрыгнуть, чтобы поймать её.

Тем временем Кристина умудрилась за что-то уцепиться и остановить своё триумфальное падение — метрах в трёх от конца спуска. Встала на колени, начала подниматься. На неё налетело сразу две твари, утробно воя и вытягивая лапы.

Кристина, сжав кулаки, сделала обманное движение, как будто хотела напасть. Сама же, поднырнув под лапу твари слева, вышла на финишную прямую. Она неслась, не оборачиваясь, к трещине. А цвета в этой трещине, как мне показалось, стали сменять друг друга быстрее. Значит ли это, что скоро лавочка закроется? Аналогия с быстро мигающим зелёным сигналом светофора мне совсем не нравилась.

Я отвлёкся, чтобы отсечь мечом голову очередной сущности, а когда вновь увидел Кристину — та стояла возле самой трещины и смотрела на меня.

— Пошла! — заорал я.

Кристина не пошевелилась.

Ну что за идиотка! Какой смысл пропадать тут обоим? Можно подумать, я успею оценить радость от компании за то время, пока нас будут жрать. Живьём. Твари с Изнанки.

Может, конечно, Кристина знает что-то, о чём не говорила. Например, что с Изнанки можно выбраться только вдвоём, потому что, когда выйдет один — трещина тут же затянется.

В любом случае, мешкать мне никаких резонов не было. Терзала меня такая беспокойная мыслишка, что если я помру здесь — никакой голос больше меня не позовёт в другой мир. И звать-то будет некого. Потому что тело капитана Чейна уже наверняка превратилось в пепел в моём родном мире. Если, конечно, мои соратники не решили меня мумифицировать на память — это был бы предельно идиотский поступок, хотя вполне возможный.

Значит, то, что есть у меня сейчас — не тело. Аватар? Проекция? Иллюзия? А может, просто и незамысловато, — душа?

Когда убивают душу, переселяться уже нечему.

Орудуя цепью и мечом, я добрался до конца холма. С расстояния метров пять бросил меч. Кристина поймала его, а в следующий миг я оказался рядом с ней.

— Ну что там? — выдохнул я. — Заклинание нужно читать?

Кристина схватила меня за руку и бросилась вперёд. Я оттолкнулся ногами, буквально прыгнул вслед за нею в это сияющее нечто.

И что-то, видимо, пошло не так. Из глаз полетели искры. Удар пришёлся по всему телу, как будто я плашмя с большой высоты ударился о водную поверхность.

В который уже раз за этот проклятый день меня настигло чувство дезориентации. Мгновение я не мог сообразить, где я и что со мной. Но как только в спину ударила привычная уже «зыбкая твёрдость», всё встало на свои места.

Я — на Изнанке, всё по-прежнему. От трещины меня отшвырнуло на пару-тройку метров, и сейчас я лежу на спине.

А со всех сторон слышится утробное рычание.

— Я не понимаю! — Голос Кристины раздался рядом, и в нём отчётливо слышалась паника. — Почему нас не выпустили?

— Может, ей нужны предварительные ласки? — прокряхтел я, поднимаясь. — Или нам от неё — информированное согласие?

— В той дыре, откуда ты вылез, нет вообще никаких понятий о нравственности? — рявкнула Кристина, вскочив рядом со мной.

Меча она не выпустила и тут же наотмашь ударила подбежавшую тварь.

— В той дыре, откуда я вылез, нравственность продаётся очень плохо, — сказал я. — Как следствие, мало кому нужна.

Ещё одна сущность прыгнула на меня. Я решил попробовать другие фокусы, освоенные в мире аристократии. Мысленно сконцентрировался и выпалил чёрной магией.

Сущность буквально развоплотило в воздухе. Невидимый «поезд» с моей чёрной энергией улетел дальше, походя зацепив ещё пару сущностей. У одной оторвало голову, вторую просто опрокинуло.

Неплохо, весьма и весьма. Да только я так очень быстро истощу себя, а сущностей этих тут — конца-краю не видно. Не похоже, что у них в принципе может быть какой-то предел. Их рожала сама Изнанка, и она же поглощала убитых, чтобы те стали субстратом для новых.

Чутьё бывалого воина говорило: победить здесь нельзя. Отсюда надо бежать.

Я повернул голову к непонятной трещине, и у меня язык к нёбу присох.

Буднично, как так и надо, безо всяких зловещих звуков рядом с нею прорезалась ещё одна трещина. Повыше и пошире. И то, что из неё вышло, могло называться только одним словом.

— Дьявол! — выдохнула Кристина.

И я был с ней согласен на все сто процентов. Подтвердил:

— А вот и кукловод пожаловал.

Глава 27

Безумный день

Дьявол был в полтора раза выше меня. Но когда он повернул ко мне голову, я с облегчением выдохнул.

— Это шлем, — сказал я, оборвав неразборчивое бормотание Кристины, которая, кажется, затеяла читать молитву.

— Что? — спросила она.

— Шлем, — повторил я. — У него на голове.

Ошибка была простительна. Освещение здесь, на Изнанке, было таким себе. Я вообще не мог определить источника света — уж не солнце так точно. Поэтому, при появлении рогатой фигуры, с учётом общего антуража, первая мысль просто обязана была быть такой: дьявол.

Но теперь я разглядел, что это всего лишь шлем с металлическими рогами, наподобие апуло-коринфского. С полоской, защищающей нос, и заострёнными по краям отверстиями для глаз.

Только вот вместо глаз под шлемом клубилась тьма.

Доспехи «дьявола» были под стать Изнанке. Серое клубящееся нечто, с которого буквально соскальзывал взгляд. Зато в правой руке он держал весьма конкретное оружие — гипертрофированную многолопастную булаву. И она светилась — так, как всегда светится в руках хозяина личное оружие.

В мгновение ока вся маскировка «дьявола» перестала иметь для меня значение. Я понял, что, сказав о кукловоде, не ошибся. И улыбнулся:

— Мсье Локонте, полагаю? Спасибо, что нашли время зайти. Очень рад познакомиться с вами лично.

Мне показалось, несмотря на то, что лица не было видно, что «дьявол» смешался. Он явно ждал не такой реакции от человека, которого выбросило на Изнанку. А может…

А может, он просто ожидал увидеть совершенно другого человека. Точнее, других людей. Пацана семнадцати лет и такую же девчонку.

Но «дьявол» быстро справился со своим замешательством.

— Я зашёл попрощаться, clochard, — прогремел он нечеловеческим голосом. — С вами обоими.

— Уже уходишь? — Я притворился расстроенным.

Но «дьявол» не собирался продолжать обмен любезностями. Он сделал шаг, неуловимо превратившийся в прыжок. Взвился к серому небу. Булава вспыхнула так, будто в этом нечеловеческом небе загорелось солнце.

— Щит! — закричала Кристина не своим голосом.

Щит — это, наверное, первое, что приходило в голову белому магу в такой ситуации. Даже минуя голову — просто инстинктивная реакция. И нападавший не мог этого не знать.

Будь рядом Мишель, я бы положился на его Щит. Но сам в обороне играл хуже, чем в нападении.

И рискнул.

Белое зеркало!

«Дьявол» приземлился с грохотом, по изнаночной земле пробежала дрожь, от которой у меня подкосились ноги. Кристина вцепилась мне в плечо, к счастью, не мешая движению руки.

Булава обрушилась на спешно выставленную защиту.

Удар я почувствовал. Как будто вновь проходил тестирование на определение магического уровня — меня всего словно бы переполнила чужая энергия. И тут же она хлынула обратно.

Булава взмыла к небу. «Дьявол», пытаясь её удержать, попятился, взмахнул левой рукой.

— Ну?! — повернулся я к Кристине.

Она быстро взяла себя в руки. Мои контуры ещё приходили в себя после такой мощной атаки, но её, не тратившие энергию — были готовы.

Кристина подняла правую руку, и с неба в грудь «дьявола» полетели чёрные стрелы. Гравитация победила. Гигант рухнул на землю, в очередной раз вызвав дрожь.

— Вы! — заревел он, как огромный обиженный ребёнок. — Как вы посмели… Вы сгниёте здесь!

«Дьявол» оперся на локоть, приподнялся, и тут произошло нечто неожиданное. На грудь ему запрыгнула сущность. Нисколько не смущаясь ростом и могуществом противника, она запустила лапы в прорези для глаз, в темноту. И «дьявол» заорал от боли вполне человеческим голосом.

А на него уже запрыгнула вторая сущность, третья, четвёртая. На нас они не обращали внимания.

Догадка пришла быстро. Изнанке было плевать на правых и виноватых. Ей было всё равно, кто тут охотник, а кто жертва, кто кого и с какой целью сюда вытолкнул. Изнанка пожирала всех нарушителей её личного пространства. И, видимо, в первую очередь — тех, кто проявлял себя более активно. А «дьявол» не стеснялся расплёскивать магию, он весь был ею окутан и пронизан. Изнанке это не понравилось, и она в штатном режиме устраняла помеху.