Василий Криптонов – Сансара. Оборот второй. И пришел творец (страница 16)

И стоило ей так сказать, как в дверь постучали. Я, шёпотом матерясь, пошёл открывать. Как и накануне, там обнаружился Гримуэль с мальчиком-лифтёром. Этот, похоже, вообще забросил лифт ради возможности лицезреть Фиону.

Фиона как раз ковыляла к ванной, слегка пошатываясь.

— Здравствуйте! — робко обратился к ней мальчик-лифтёр. — А я вам пива принёс.

На тележке и вправду стоял глиняный кувшинчик.

Фиона остановилась, медленно повернула голову и смерила тяжёлым взглядом сперва кувшин, а затем и самого мальчика.

— Алкоголь… Да ты знаешь, что от спиртного в год умирает полмиллиона человек?!

У-у-у… Понеслось. Самый унылый тип алкоголиков — это те, которые поутру трезвенники. Я не горел желанием ни участвовать в этой сцене, ни смотреть на неё, поэтому, взяв Гримуэля за рукав, втащил его внутрь номера и спросил:

— Ты чего такой довольный?

Он и в самом деле сиял, как прожектор перестройки, посох так и вертел в руке.

— Настоятель ворона прислал! — воскликнул он. — Ритуал готовы провести уже сегодня. Поздравляю вас, госпожа богиня! Можем собираться.

Гримуэль поклонился Диане. Та лениво махнула рукой в ответ. Я тоже не совсем понимал, что нам даст этот ритуал. В храм переедем? Так нас, как говорится, и в «Пятизвёздочном» неплохо кормят. Я ещё даже телевизор в окно выбросить не успел.

— Вы станете подтверждённой богиней! — сказал Гримуэль, увидев, что мы не воспылали энтузиазмом. — Единственным божеством, ходящим по земле. Да после этого весь мир изменится!

Вот тут у Дианы в глазах что-то сверкнуло. Мне померещились значки доллара, но это, наверное, обман зрения, с похмелюги.

— Костя, — сказала она. — У меня для тебя исключительно хорошие новости. После ритуала, если всё пойдёт хорошо, расколдуем твою большую любовь.

— Что за любовь? О чём речь? — насторожился Гримуэль.

— А, — отмахнулась Диана. — Этот вчера познакомился с какой-то. Говорит, никому не даст, пока сестра-покойница не разрешит.

— Она не так говорила, — буркнул я.

— Угу, но ты так услышал.

Диана соскочила с кровати и пошла в ванную переодеваться. Я повернулся к Фионе, которую как-то выпустил из виду, и увидел картину маслом. Фиона сидела на диване рядом с мальчишкой, положив руку ему на плечо и сжимая в другой руке кружку.

— В общем, не начинай пить, — услышал я слова, произнесённые тусклым, безжизненным тоном. — Не повторяй моих ошибок, юноша. Я-то уже человек конченый, а у тебя всё впереди.

— Ты вовсе не конченый человек! — горячо возразил юноша. — У тебя… У тебя вон хвост какой красивый!

— Любовь, — вполголоса протянул я. — Любовь — она повсюду…

К храму в этот раз ехали как белые люди, в карете с откидным верхом. Мне пришлось надевать агентскую рубашку не первой свежести. На Диану я при этом затаил злобу чёрную, но решил до поры её не светить. Вот чего ей далась моя футболка? Действительно, стерва так стерва.

Справедливости ради стоит задуматься, зачем я-то на это пари дурацкое согласился? Тоже вопрос хороший. События вчерашнего вечера в голове как-то перепутались, выжрал-то немало. Вот, например, упорно кажется, что про сестру-близняшку — это я сначала выдумал, чтоб перед Дианой отбрехаться, а уже потом услышал от Элегии. Нет, ну это ж бред! Наверняка всё было наоборот. Услышал, забыл, а потом показалось, что придумал.

Вообще, Фиона права. Бухать надо завязывать. Сегодня — ни-ни! Надо удивить противника: пойду на свидание трезвым. А, да, у нас с Элегией же свидание сегодня. Ну, на самом деле не то чтобы прям свидание… Я ей Диану притащить обещал. Она, мол, у меня как дрессированная мартышка. Скажу — сестру вызовет, а скажу — станцует. Господи, вот нажрался-то… Кажется, я ей ещё про гонки чего-то рассказывал.

— А почему Диана — богиня всякой швали, но у неё такой крутой храм? — спросил я Гримуэля, чтобы отвлечься от стыдных мыслей.

— Так сокровища же, — ответил Гримуэль.

— А с этого момента поподробней, — попросила Диана.

— Ну… Служителям культа Дианы, как они говорят, сам Творец оставил несметные сокровища, но запретил использовать их ради личного обогащения. Это — деньги, принадлежащие богине.

— Чертовски правильно! — воодушевилась Диана. — Денег много? Как скоро соберём?

Гримуэль подвис. Такого поворота он явно не ожидал.

— Ну, это… Я, конечно, присягал культу… Но меня там не особо любят. Я с настоятелем в скверных отношениях. Он меня служителем не берёт, скотина злая. А я ему в отместку ворона ругаться научил.

— Ясно, — вздохнула Диана. — Спросим у настоятеля. На будущее: «не знаю» произносится вот так вот: «не зна-ю». Не надо ездить по моим божественным ушам.

Встречали нас не в пример более торжественно, чем в прошлый раз. Настоятель был в красивой накидке, расшитой буквами «Д». Слева от него стояли три девушки в подобных накидках, справа — три парня, одетые, как девушки.

— Приветствую вас, богиня! — провозгласил настоятель, и все семеро поклонились. — Прошу, проследуйте за своими смиренными служительницами. Они помогут вам переодеться к ритуалу.

— А сокровищницу можно посмотреть? — деловито осведомилась Диана.

— Сокровищницу? — переспросил настоятель.

— Ну да. Там, деньги всякие, богатства несметные. Мои.

— Вы, разумеется, сможете… Сможете всё, что угодно. После ритуала.

— Ясно. Так чего ждём? Служительницы! Бегом меня наряжать! Богиня в нетерпении.

Диана пощёлкала пальцами. Две девушки осторожно приблизились к ней с двух сторон и с поклоном предложили идти. Третья открыла дверь и держала, пока Диана поднималась по ступенькам крыльца. Даже не обернулась, стерва.

Как только дверь за ней закрылась, настоятель сосредоточился на нас.

— Так, — сказал он резко изменившимся тоном. — А вы, собственно, кто будете?

— Мы — свита, — сказал я.

— Свита? — переспросил настоятель.

— Свита. Меня Фаготом зовут, а это — кот Бегемот, — показал я на Фиону.

— Сам бегемот! — возмутилась она. — Я стройненькая!

Ох уж эти бесценные моменты, когда из-под покрова Филеаса прорывается настоящая неко-тян!

— Бегемот — это фамилия такая, — терпеливо возразил я. — Как Матроскин. Ну, в общем, мы, типа, друзья богини, во.

— Про друзей в пророчестве ничего не было, — пробормотал настоятель.

— Так оно ж старое, небось, — предположил я.

— Древнейшее пророчество!

— Ну вот. Обновляться надо было. Всё уже триста раз поменялось, богиня теперь без свиты никуда! А если хотите — я вам столько мифов про неё понарасскажу — обалдеете!

Я бы вынес настоятелю мозг совершенно, окончательно и бесповоротно, но меня прервали. По лицу скользнула тень, и на плечо настоятеля опустился хорошо знакомый чёрный ворон.

— Сррррражение! — каркнул он. — Штурррррм!

— Какой штурм? Ты о чём? — спросил побледневший настоятель.

Ворон, который, выполнив долг, уже начал было чистить перья, прервался, укоризненно посмотрел на туповатого хозяина и внёс ясность:

— Вррррррата! Врррррраги! Пид@рррррасы!

Глава 12

Грохот взрывов слышался аж от самого храма, который находился за тридевять земель от атакуемой стены. Из-за этого торжественность церемонии оказалась чуток подпорченной.

— Вот интересно до жути — чего они там взрывают? Как мотивируют? — поделился я терзавшими меня мыслями с Фионой, пока нас вели в церемониальный зал.

Фиона только плечами пожала. Она вообще от взрывов и принесённых вороном вестей как-то напряглась. Хвост, будто палка, поднялся вверх и стоял, не двигаясь. Кошка насторожилась.

— Да тебе-то чего бояться? — толкнул я её кулаком в плечо. — Девчонок на войну не берут. Да же, Гримуэль?

— Конечно, — тут же подтвердил маг. — Их потом насилуют, когда город захватывают.

Фиона содрогнулась и, кажется, попыталась зашипеть, но быстро взяла себя в руки. Я тоже заволновался: