Василий Криптонов – Сансара. Оборот первый (страница 30)

— Водитель меня узнает, и будет скандал.

Я развёл руками:

— Ну, тогда сорян. Живи дальше девственницей.

Принцесса вскочила и топнула ножкой:

— Я уже не успею выбрать кого-то другого, как вы не понимаете?! Завтра женихи отбывают на полигон, где проводятся состязания, жить они будут в гостинице рядом с полигоном. Через три дня во дворец вернётся только один из них, победитель!

— Н-да, — согласился я, — с победителем — это как-то странно получится. Сперва дать, а потом сказать, что замуж не пойдёшь, потому что дала… Даже для женской логики перебор. В общем, хочешь не хочешь, а придётся меня в космопорт везти.

Тут принцесса чуть не разрыдалась:

— Да не умею я машину водить!

— Ладно, — сжалился я, — я умею. Давай машину.

Жуть, оказывается, какой геморрой — быть принцессой. Самой рулить ей не полагалось, только с шофёром ездила. Своей машины, соответственно, у неё тоже не было — нафига козе баян? Ну, хоть знала, где гараж, и то хлеб.

До подземных парковок в этом мире пока не додумались. К гаражу мы шли по крытой галерее, расположенной, если я правильно сориентировался, где-то на задах дворца — крадучись и шарахаясь от каждой тени.

До сих пор я местных автомобилей не видел. От космопорта до дворца шёл пешком, сопровождаемый толпой разряженного в пух и прах, дудящего в дудки народа. По ощущениям, мы километров десять прошагали. Кто в этой толпе встречающие, а кто такие же женихи, как я, в тот момент не вникал, слишком уж вокруг вопили. Дорога была вымощена булыжником, но тогда я решил, что это для красоты, у нас с пешеходными улицами тоже изгаляются, как могут. А сейчас, увидев местный автопарк, подумал, что дорога вполне под стать ему. И весьма вероятно, что улица, по которой мы шли, нифига не пешеходная.

Старинные велосипеды видели на картинках?.. Сзади огромное колесо, спереди маленькое?.. Вот, здесь на похожих машинах ездили.

Между двух огромных колёс кабина, спереди два маленьких колеса, и сзади ещё два маленьких. Для устойчивости, наверное. Залезать в этого монстра полагалось, встав на закреплённую на оси ступеньку и перемахнув через колесо. Н-да, недалеко у них прогресс ушёл, и вообще, кажется, не в ту сторону.

В кабине я, увидев руль, аж рот открыл. Чуть поменьше колеса. Того, которое не маленькое. Бархатная обивка салона и изобилие всяких золочёных примочек глаз, безусловно, радовали, но удобства водительскому сиденью не добавляли. Понятно теперь, почему они с шофёрами ездят. Такое колесище крутить только за зарплату и согласишься.

— А сколько у вас шофёры получают? — с грехом пополам втиснувшись на водительское сиденье и трогая руль, спросил я у принцессы.

Та недоуменно пожала плечами.

Ну да, конечно. Не царское это дело, такой фигней интересоваться. Сама-то расселась, как на троне, ей ничего не мешает. Плевать они хотели на страдания пролетариата, эксплуататоры хреновы… Так, ладно. Права качать потом буду, сейчас надо разобраться, как этот тарантас вообще ездит.

В гараже, когда мы туда пришли, людей не было. Только три машины — две золотых, одна серебряная, да доска на стене, украшенная вензелями. Из доски, будто вколоченные, торчали металлические цилиндрики сантиметров трёх в диаметре и десяти — в высоту. Принцесса уверенно выдернула из гнезда самый правый и протянула мне. Ключ от машины, стало быть, вряд ли интим-игрушка.

Оказавшись за рулём, я осмотрел панель под ним. Гнездо для ключа увидел сразу. Уверенно, как будто каждый день так делаю, воткнул туда цилиндр. Машина благородно заурчала. Так, ну уже хорошо. И педали на месте — тоже радует. Педалей две — значит, газ и тормоз. Коробка автоматическая, получается. Ну, или они тут до какого-то другого механизма додумались. А ручник?.. Гхм.

Из того места между сиденьями, где располагался ручник у нас, торчала крестовина на ножке. Я за неё потянул. Пофиг, не реагирует. Как каменная. Я потянул сильнее.

— Ни в коем случае не собираюсь давать советы, — недоуменно наблюдая за моими действиями, вмешалась принцесса, — но мне кажется, эту штуку поворачивают.

— Охренеть конструкция. То есть, я знаю, что поворачивают, забыл просто.

Я с натугой крутанул крестовину. Ногой привычно держал левую педаль — тормоз. Кто ж, блин, знал, что это газ! Машина с места в карьер скаканула вперёд, хорошо хоть в ворота не врезалась — я успел сообразить, в чём дело, и, матерясь, надавил на тормоз.

Переведя дыхание, объяснил принцессе:

— У нас маленько по-другому. Открывай ворота, чего сидишь?

— Я?! — Глаза у неё стали размером с руль.

— А кто, я? Я сюда и так насилу втиснулся, второй раз не факт, что сумею.

Принцесса обиженно попыхтела, но из кабины всё-таки вылезла. Ворота она явно открывала впервые в жизни, долго не могла сладить с задвижками. Усевшись обратно на сиденье, сказала:

— Только, пожалуйста, уезжайте побыстрее. Дворец я знаю, как свои пять пальцев, и сумела провести вас мимо охраны, а на открытом пространстве ничем помочь не смогу.

— Понял, не дурак. Пристег… А. — Ремней безопасности в кабине не было. — То есть, говорю, держись покрепче, с ветерком поедем.

В этот раз я нажал правильную педаль. Мы выкатились из гаража.

Глава 22

Пока ехали по въездной аллее, образованной двумя рядами аккуратно подстриженных деревьев и утыканной низкими фонариками, я прилаживался к педалям и рулю. Неудобно, конечно, адски, и долго я в этом кресле не просижу, ну да космопорт вроде недалеко.

Ажурные металлические ворота в конце аллеи оказались распахнутыми настежь. Охраны возле них не наблюдалось.

— Они открылись автоматически, — объяснила принцесса, — в момент, когда я открыла ворота гаража. Новейшее изобретение! Удобно, правда?

Я пожал плечами. На охране они тут явно экономят.

Стражник в тюрьме — дедулька-язвенник, в гараже ни души, у въезда во дворец никого… Может, им просто бояться нечего? Говорил ведь Шарль, что здешний король — не правитель, а одно название. Так и от кого их с дочерью охранять, спрашивается? Живут себе спокойно, единственный раз в год напрягаются.

— Сколько до космпорта-то ехать? — спросил я, дождавшись, пока принцесса закроет ажурные ворота и снова усядется рядом со мной.

— Если дороги пустые, не более получаса. — Принцесса посмотрела на браслет на руке. — А… то, чем мы собираемся заняться, это долго?

— Да как пойдёт. Если разогнаться, и до утра можно… Ладно, ладно, — это я увидел округлившиеся глаза принцессы, — помню, что торопишься. Быстрее кроликов управимся, пять минут — и прощай, невинность. Ну, с раздеться-одеться минут двадцать получится.

— А… вы уже придумали, где мы будем это делать?

Я оглядел бархатный салон машины.

— Да можно прямо здесь. Чего далеко ходить? У тебя сиденье откидывается?

— Нет, — удивилась принцесса.

— Плохо. При случае намекни конструкторам, чтобы подсуетились.

— Но… здесь же окна! Всё видно!

— Ну, приткнемся куда-нибудь в тёмный угол, подумаешь. И шторки задвинем.

Окна машины украшали шторы, похожие на театральный занавес — тяжёлые, бархатные, с золотыми кистями.

— Я почему-то думала, что это делают лёжа, — растерянно пробормотала принцесса.

— Можно и лёжа, — кивнул я, — но это так, банальщина. Лайт-вариант для слабаков, пенсионеров и многодетных.

— Многодетных?

— Ну да. Чтобы полежать-прикинуть успели, надо им оно вообще?

Принцесса смотрела так серьёзно, что я не выдержал — заржал.

— Слушай, ну ты чего? То есть, про невинность всё понимаю, у каждого свои загоны. Но ты ж не слепая, всё-таки. Никогда порнуху не смотрела, что ли?

— Порнуху? — Она удивлённо подняла брови.

— Ну, не порнуху, ладно — эротику.

Для девчонок почему-то очень важно, как ты это обзовёшь. Порнуха — «фу» и «как тебе не стыдно», а эротика — совсем другое дело. Объяснить, в чём разница, мне ни одна подруга так и не смогла. А принцесса смотрела по-прежнему непонимающе.

— Да, блин! У вас даже мультиков восемнадцать плюс нету, что ли?

— Мул-ты-коф? — выговорила она. И покачала головой: — Я не знаю это слово. Вероятно, оно характерно только для вашего мира.

— Вероятно, — проворчал я. — Ладно, что с вас взять, средневековья. Машины есть, и на том спасибо. Хотя… — Мы как раз выкатились на широкую улицу, вымощенную брусчаткой, и кабину затрясло, как отбойный молоток, — над амортизаторами поработать не мешало бы. А на чём оно ездит, кстати?

— Кто?

— Ну, машина. — Я постучал по рулю. — На чём работает двигатель? Это ведь точно не бензин. Газ какой-то, что ли?

— Газ? — удивилась принцесса.

— Ну да. У нас, например, движки на пропане работают.