Василий Криптонов – Операция "Кронштадт" (страница 42)

— Что ты задумал, Костя? — вмешался Серж.

— Проще будет показать, чем рассказывать. Афанасий?

Боровиков, взглянув на Сержа, пожал плечами. Поднял руку.

В следующую секунду в стену туннеля ударил порыв ветра. Штукатурка посыпалась на землю.

— Ещё, — приказал я.

Но Боровиков и сам уже понял, что от него требуется. В этот раз ураган ударил мощнее и прицельнее. И вскоре стало видно, что в том месте, где Серж прислонялся к стене, каменная кладка отсутствует. Вместо неё — деревянный щит, задекорированный под камень.

Элина ахнула.

Сверкнула молния — до Шнайдера тоже дошло, что происходит. Он присоединился к Боровикову.

Щит будто пробило навылет пушечным ядром. За проёмом, ещё дымящимся по краям, мы увидели новый коридор.

— Туда! — с энтузиазмом воскликнул Боровиков. — Лезем!

— Стой, — я поймал его за руку.

— Что? — удивился он.

— И правда, Костя? — спросила Элина. — Это же коридор! Выход!

— Этот коридор — если, конечно, предположение Николая о том, в какой точке мы находились изначально, верно, — не приведёт нас к флагу, — медленно проговорил Серж. — Костя прав. Это, несомненно, выход. Но — не тот, который нам нужен. Этот коридор выведет нас наружу, за пределы форта. А мы должны оказаться внутри него.

— И что же делать?

— Искать другой коридор.

— Есть предположения, где? — фыркнул Шнайдер.

— Есть.

Я двинулся вдоль стены, противоположной той, где мы только что обнаружили выход. Повёл по ней пальцами.

— Если коридор должен вести внутрь форта, логично, что начинается он где-то здесь.

Я повернулся к Боровикову.

— Афанасий. Ветер — сюда!

Боровиков кивнул. По коридору снова пронесся порыв ветра. И скоро мы обнаружили ещё один задекорированный щит.

Шнайдер пробил его молнией.

— Идём! — скомандовал Серж. — Первым — я, за мной — Николай, дальше — девушки и Костя. Последним — Афанасий.

Мы пролезли через пробитое Шнайдером отверстие в щите. Оказались в коридоре, на вид ничем не отличающемся от того, из которого только что выбрались. Но далеко уйти не успели.

Первой их заметила Кристина. Завизжала так пронзительно, что у меня заложило уши.

Я машинально схватил её за руку, сместился так, чтобы загородить собой.

— Что?! — крикнул Серж. Он, идущий первым, остановился.

— Т-там, — всхлипнула Кристина.

Она дрожащей рукой показывала в ту сторону, откуда мы пришли. Элина обернулась и тоже взвизгнула.

Сначала мне показалось, что пол и стены туннеля шевелятся. И лишь потом я понял, что по ним ползут пауки. Огромные, величиной с ладонь, они приближались к нам.

Первым опомнился Боровиков. По туннелю пронёсся ветер. Часть насекомых сдуло, но остальные, казалось, только прибавили скорости. Мы пошли быстрее, потом побежали. Не помогло. Пауки догоняли. Расстояние между нами стремительно сокращалось.

Шнайдер метнул пучок молний. Они прочертили по полу и стенам огненные дорожки, но пауков гибель товарищей не остановила.

Кристина попыталась вырвать у меня свою руку. Я понял, что в следующую секунду она в панике кинется прочь. Бросив нас, убежит далеко в темноту туннеля. Прикрикнул:

— Успокойся! Это всего лишь пауки! Они даже не кусаются. Ну, подумаешь, догонят...

— Я их до смерти боюсь, — чуть слышно прошептала Кристина. Губы у неё дрожали. — Понимаешь, до смерти!

Я остановился. Кристина расценила это по-своему. Прижалась ко мне и спрятала лицо у меня на груди.

Н-да. Вот уж чего я не ожидал от отважной контрразведчицы — так это детских страхов... Ладно. С фобиями будем разбираться позже.

— Не бойся, — сказал я Кристине. — Одной рукой обнял её, другую вытянул вперёд.

Щит.

Пауки, наткнувшись на невидимую стену, остановились.

— Видишь? — сказал я Кристине. — Я их держу. Дальше не пропущу. Уходи... Все уходите! — Я обернулся к Сержу и остальным.

— А ты? — крикнул Серж.

— Выдавлю эту дрянь из туннеля и догоню. Раз уж наши барышни наотрез отказываются путешествовать вместе...

Я сделал шаг вперёд. Пауки пытались ползти дальше, но натыкались на магические искры Щита и осыпались на пол.

— Тебе хватит ресурса? — прокричал Серж.

— Надеюсь. В любом случае, кроме меня, кандидатов нет. Элина — тоже белый маг, но она на эту дрянь даже смотреть спокойно не может. А ты — капитан, ты должен вести команду.

Отвечая Сержу, я шаг за шагом продвигался вперёд. Скоро дохлых пауков под ногами стало так много, что раздался хруст. Кристина снова вскрикнула.

— Кристина! Сюда! — позвал Серж. — Афанасий, уведи её!

— Идём, — услышал я голос Боровикова.

Не оборачиваясь, приказал Кристине:

— Уходи с ним.

— Но...

— Я сказал, уходи! Мне ты ничем не поможешь.

Больше Кристина не спорила. Скоро за спиной всё стихло.

Я продолжил продвигаться вперёд. Усилив Щит, пошёл быстрее. Серж опасался напрасно. Магического ресурса у меня было ещё достаточно.

Я добрался почти до конца коридора. Дохлые пауки уже устилали пол так, что этот мерзкий ковёр доставал мне до щиколоток. Они лезли и лезли, но я теснил тварей.

А потом картина вдруг резко поменялась. Пауки остановились. И, словно внезапно передумав, бросились прочь.

Я, помедлив, опустил Щит. В нём больше не было надобности. Пауки убегали от меня так же стремительно, как незадолго перед этим пытались нас догнать. Я увидел, как их поток сквозь отверстие, пробитое Шнайдером, вытек в основной коридор. Как пересёк его и двинулся дальше — в тот туннель, куда не пошли мы.

Шевелящаяся лента просачивалась сквозь пробитый щит и исчезала в темноте.

Ну, и что это значит? Противник, столкнувшись с превосходящими силами, принял решение отступать? Возможно... Но я не привык оставлять за спиной угрозу. Тем более — исходящую от врага, чьи намерения не ясны. Паукам ничто не мешает в следующую секунду «передумать» ещё раз и снова устремиться вслед за нами.

Решили скрыться в тоннеле? Отлично. Там-то я вас и закупорю.

Я быстро выбрался в основной коридор. Сквозь отверстие в щите проник в тот, где скрылись пауки. Пробежал десяток шагов, следуя за шевелящейся лентой — которая всё быстрее и быстрее втягивалась в темноту.

План был прост: устроить в тоннеле небольшой обвал. Мне ведь не запрещено применять магию. Оттого, что из кладки вывалится полсотни камней, коридор не обрушится. А пауки, намертво замурованные в нём, помехой нам уже точно больше не станут.