Василий Криптонов – Операция "Кронштадт" (страница 16)

— Держи! — прошипел ему я. — Не сдавайся! Держи молнию!

Треск. Оглушительный звук удара.

Земля под нами содрогнулась — молния, пробив стену, вылетела с противоположной стороны и разбилась о каменные плиты дорожки.

Глава 9. Отражения

— Победа, господа! — крикнул Серж. — За мной!

В пробоину он пролез первым. Следом мы подсадили девчонок, за ними полез Шнайдер. Перед тем, как исчезнуть с той стороны, он обернулся ко мне. Прошипел:

— Что это было, Барятинский?

— Цепь. Так выглядит моё личное оружие, если ты не понял.

— Я в состоянии отличить личное оружие от корзинки для фруктов, благодарю! Я спрашиваю — как ты это сделал? Ты — белый маг! Ты не мог!

— Значит, не мог, — согласился я. — Тебе почудилось.

— Поторапливайся, Николай, — крикнул с той стороны Серж. — Пробоина быстро затягивается!

Шнайдер яростно засопел, но больше вопросов не задавал. Скрылся с другой стороны стены.

Через две минуты мы стояли на дорожке, все шестеро.

— Смотрите, — ахнула Кристина.

Мы обернулись. Стена за нашими спинами начала таять. Она в буквальном смысле слова растворялась в воздухе — вместе с пробоиной и дымом. Позади неё так же быстро истаивали другие преграды. И снова откуда-то появились вороны. Расселись на дорожке и с невозмутимым видом принялись тыкать клювами между плит.

— Так всегда бывает, госпожа Алмазова, — снисходительно разъяснил Шнайдер. — После того, как локация пройдена, она уничтожается — насколько мне известно, из соображений экономии. Поддержание локации — это немалый расход магической энергии. На всех Играх, в коих я имел удовольствие участвовать, было так.

— Благодарю, — холодно обронила Кристина.

— Не стоит благодарности. Обращайтесь, если угодно. Для вашего покорного слуги эта Игра станет уже пятой по счету. На сегодняшний день я — абсолютный рекордсмен Академии по участию в Играх.

— А ещё — по скромности, — вздохнула Элина. — Какой же ты хвастун, Николай! Что дальше, господа? Серж?

— Дальше — нужна подсказка. — Серж оглядывался по сторонам. Сюда мы бежали вслед за птицами. Теперь ищем нечто, что сможет указать нам дальнейший путь. Ваши предположения? — он взглянул на Боровикова.

— Никаких, — буркнул тот. — Я по части догадок не силён, сам знаешь.

— Знаем, — фыркнул Шнайдер.

Серж повернулся к нему.

— Твои предположения?

— Я пока думаю. — Шнайдер надменно вскинул голову. — Я только что выложился почти полностью, дай мне хоть немного прийти в себя!

— Элина?

Девушка виновато покачала головой.

— Кристина? Костя?

Кристина развела руками.

А я смотрел на сидящих на дорожке ворон. Пошарил рукой в траве, нащупал камешек и бросил в их сторону.

— Какое высокоинтеллектуальное занятие! — восхитился Шнайдер. Издевательски зааплодировал. — Продолжай, Барятинский, у тебя отлично получается!

Я, проигнорировав этого идиота, повернулся к Сержу.

— Видишь?

— Да, — кивнул тот. — Ни одна из ворон не шелохнулась, как клевали что-то, так и клюют... Это подсказка, господа! Спасибо, Костя.

— Подсказка? — удивился Боровиков.

Поднял руку.

От порыва ветра, который вдруг налетел на ворон, едва успевшие проклюнуться на газоне травинки прибило к земле. Птицы же продолжили невозмутимо тюкать клювами дорожку. Взлететь не попыталась ни одна. Ураганный ветер они будто вовсе не заметили.

— Действительно, подсказка, — пробормотала Элина. — И что она означает?

Мы подошли ближе к воронам.

— Вороньё как вороньё, — буркнул Шнайдер.

Присел на корточки. Брезгливо скривив губы, протянул руку к одной из птиц. Попытался до неё дотронуться. И тут же вскрикнул — крепкий клюв тюкнул его по тыльной стороне ладони.

— Серьезные птички, — хмыкнул Боровиков. — Голыми руками не возьмешь.

— А может, их и не надо брать? — задумчиво проговорила Элина. — Обратите внимание, господа! Посмотрите, как они сидят!

— Как? — удивился Боровиков. — Ну, сидят. Нахохлились...

— Я имею в виду порядок.

Элина шевельнула ладонью. На тёмной плите дорожки перед ней появились точки — как будто оставленные мелом.

— Видите? — указала на точки Элина. — Четыре птицы сели как будто по углам квадрата. Пятая находится в центре. — Она обозначила на рисунке центральную точку.

— И правда! — восхитился Серж. — Действительно, квадрат. Браво!

— И что это, по-твоему, значит? — проворчал Шнайдер.

Элина пожала плечами:

— Пока не понимаю. Но что-то это определенно должно означать.

Она, в задумчивости, снова повела рукой над рисунком. Меловые точки соединили между собой пунктирные линии.

— Пирамида! — вдруг сказала Кристина. — Так может выглядеть правильная пирамида, если мы посмотрим на неё сверху.

— Так может выглядеть что угодно, — буркнул Шнайдер.

Этот парень, похоже, не терпел конкуренции ни в чём.

— Пирамида! — воскликнул Серж. — Верно! Умница, Кристина! Бежим, господа! — И первым сорвался с места.

Уже на бегу я вспомнил, что одна из беседок Царского Села называется пирамидой. Как утверждал путеводитель, это гранитное сооружение формой копировало своих знаменитых египетских собратьев.

Собратья, кажется, существовали и в моём мире... Хотя, возможно, я ошибался. Никогда не интересовался древностями.

Пирамида, на фоне других построек Царского Села, казалась небольшой — в основании её лежал квадрат со стороной едва ли три метра. Я засомневался, что мы вшестером вообще сумеем поместиться внутри Пирамиды, но вовремя вспомнил про магию. И не ошибся.

Первым в Пирамиду, активировав личное оружие, заглянул Серж.

— Всё в порядке, — крикнул он. — Здесь — ступени вниз, спуск в подземную локацию.

Мы, один за другим, забрались внутрь пирамиды. В центре небольшого зала, облицованного мраморными плитами и украшенного по периметру статуэтками собак и кошек, я увидел ступени, уходящие вниз.

— Следуем тем же порядком, — приказал Серж. — Я, Николай, Элина, Кристина, Костя, последним — Афанасий. Будьте настороже, господа! Активируйте оружие. Помните, что было на прошлой Игре.

— А что было на прошлой Игре? — спросил я у Боровикова, который спускался вслед за мной.

Заметил, что Кристина тоже прислушалась.