Василий Криптонов – Непогашенная свеча (страница 33)

Чья-то длинная рука медленно, почти нежно обхватила меня, прижав руки к туловищу. Не успел я дернуться, как горла коснулось лезвие ножа, острого, как бритва.

— Спокойнее, сэр Мортегар, — произнес тихий, ласковый мужской голос. — Вы не успели бы ничего сделать, даже если бы были магом десятого ранга. Просто слушайте, а когда я попрошу — отвечайте. Коротко и внятно. И никто из нас не останется разочарованным встречей. Как вам такое предложение?

Глава 17

— Что вам нужно? — спросил я сдавленным шепотом, боясь лишний раз пошевелить кадыком. — Денег? У меня есть…

— Оставьте ваши деньги при себе, они меня не интересуют. — Мой собеседник, судя по голосу, поморщился. — Если только… Если вы хотите нанять меня, тогда мы встретимся с вами ещё раз и обсудим цену и сроки.

— Н-н-нанять? — заикаясь, переспросил я.

Ножом мне угрожали не в первый раз. Был один случай в школе, с пацаном из параллельного класса, когда я отказался таскать ему деньги. Но там даже я чувствовал, что парень ничего не сделает, просто захотел попредставляться. Сейчас же дело было другое. Я попал в лапы к самой смерти и даже не сомневался, что он легко, одним движением перережет мне глотку до кости, а через минуту возьмет бокал вина и забудет о моем существовании навсегда.

— Ну да, нанять. — В голосе человека зазвучал азарт. — Есть ведь люди, которые вам мешают. Задаток, контракт. Несколько звонких монет и росчерк пера — больше вам ничего не придется делать, а жизнь станет гораздо легче. Как насчет ментора Герлима? Это будет недорого. Или господин Тарлинис. Он рыцарь в отставке, с ним может получиться непросто, тут придется раскошелиться. Господин Искар?

Он сделал какое-то едва заметное движение ножом, и я рефлекторно дернул головой. Вновь увидел лоджию, на которой продолжали беседовать две фигуры.

— Здесь он уязвимее, чем на Материке, но все равно его защищает множество рун и заклинаний. Закажете прямо сейчас — четыре тысячи золотых. Когда он вернется к себе, цена резко возрастет.

Мне как-то внезапно захотелось в туалет. Однако я понимал, что это не тот случай, когда можно поднять руку и попроситься выйти, потому терпел. Всё выпитое, что шумело в голове, улеглось, оставив щемящую пустоту и ужас.

— Вы из Ордена Убийц…

— Вас это смущает?

— Не больше, чем нож.

— О, нож… — Убийца усмехнулся. — Нож — это просто инструмент ведения успешных переговоров. Когда человек осознаёт, что балансирует на тонкой грани между жизнью и смертью, он принимает правильные решения, потому что думает только о главном, о том, что ценит превыше всего. Я бы мог сейчас предоставить вам выбор, кто умрет этой ночью: вы, или Натсэ. И мы оба знаем, что вы ответили бы.

— Да ну? — Я почувствовал, что у меня напряглись мышцы рук, внутри что-то заклокотало. — Точно знаете?

— Точно, сэр Мортегар. Вы свою жизнь ни во что не ставите, когда на другой чаше весов — жизнь прекрасной дамы. Настоящий рыцарь, похвально. Но иногда рыцари начинают создавать проблемы. И вот мы постепенно переходим к цели моего визита.

Лезвие начало путешествовать по моему горлу вверх-вниз, как будто меня пытались побрить опасной бритвой. Я закрыл глаза и стиснул зубы. Приходилось напоминать себе, что нужно дышать.

— Некоторое время назад вы удачно прикупили рабыню. И той же ночью отправились с ней в дом Герлима, где положили с полсотни охранников и сына уважаемого ментора. Оставили живого свидетеля. Нашалили с Огнем. И вот по городу идут слухи.

Лезвие замерло посередине горла и вдавилось в кожу. Я задержал дыхание…

— Люди говорят: работал Орден. Люди боятся и восторгаются. Простые, бедные люди. Это ещё не проблема, сэр Мортегар, хотя мы никогда не ставили своей целью сделаться ночной страшилкой для детей. Мы работаем. Мы зарабатываем себе на жизнь тем, что умеем делать лучше всего на свете, и вкладываем душу в работу. Но ладно. Толки приходят и уходят, ветер приносит слова — ветер их и унесет. А вот что действительно плохо, о благороднейший из рыцарей, так это когда крупный заказчик смотрит на тебя с недоверием и говорит: «Мне посоветовали обратиться к вам, но после той грязной истории я не уверен, что могу доверить вашему Ордену деликатное дело. Вы просите большие деньги, а в итоге устраиваете бойню, которая поднимает на уши весь город». Понимаете меня, сэр Мортегар? Ре-пу-та-ци-я! Она строится десятилетиями, а рушится от одного щелчка.

Он знал обо мне, кажется, всё. Все мои похождения, всех моих врагов, как настоящих, так и мнимых. Знал даже то, что я — маг Огня. Возможно, и моё происхождение из другого мира для него не тайна.

— Вот что я вам скажу, сэр Мортегар, облекая свою мысль в оболочку, понятную юноше вашего возраста: так делать нельзя. Вы купили прекрасную рабыню, мои поздравления. Вы назначили ее своим телохранителем — и это прекрасно. Если кто-то бросится на вас с ножом… — Тут он тихонько засмеялся. — Она его убьёт, и тут не будет никаких неприятностей. Остановитесь на этом, сэр Мортегар. Не геройствуйте. Не нужно совершать секретные вылазки, спасать рабынь, защищать честь знатных дам такими методами. Натсэ — не благородный воин, она — убийца, но убийца, которая не имеет больше отношения к Ордену. Ещё одно грязное пятно на нашу репутацию, и… Натсэ умрёт. Она, а не вы, сэр Мортегар. Вот в чём заключается цель моего визита. Многие из наших говорили: «Просто убей его, и она тоже умрёт». Но таких, кто помнит Натсэ и любит её, тоже было немало, и поэтому мы решили поговорить. Вы всё ещё живы только благодаря ей. Ну разве она не прекрасный телохранитель?

Убийца опять рассмеялся, и нож исчез. Исчезла и его рука. Я судорожно схватился за горло, поднес ладони к рукам. Крови не было.

— Запомните наш разговор, сэр Мортегар, — прошелестело сзади. — Запомните его смысл, но забудьте эту встречу. Меня нет и никогда не было. Я — всего лишь игра теней у вас за спиной.

Подул ветер. Я медленно обернулся и никого не увидел. Я один стоял на лоджии, освещаемой светом из зала, проходящим через полупрозрачные занавески.

Страшное напряжение ушло. Я весь будто обмяк и затрясся, как желе. Чтобы не упасть, облокотился на перила, глядел вниз и дышал широко раскрытым ртом. В глазах темнело.

Постепенно я приходил в себя. Убийца был прав: на грани между жизнью и смертью становится не до надуманных условностей. Всё делается кристально прозрачным. Жизнь — одна, и каждый шанс может быть последним. Я посмотрел на беседующую наверху пару и стиснул зубы.

Пусть будет еще один шанс. Больше я не сваляю такого дурака, ни за что. В Огонь все мои комплексы и умопостроения. Я — человек, и значит, имею право сражаться за своё счастье всеми доступными мне способами…

— Сэр Мортегар? Вы так внезапно покинули зал…

Я подскочил и чуть не заорал в голос, но вовремя успел заткнуть себе рот обеими руками.

— Сэр Мортегар? Что с вами?!

Авелла подбежала ко мне, схватила за плечи, заглянула в лицо перепуганными глазами.

— В-в-всё в п-по-порядке, — пробормотал я.

Как бы теперь заикаться не начать на постоянной основе… Очаровательный будет штришок к моему образу.

Авелла несколько секунд пристально вглядывалась мне в лицо, но я и вправду чувствовал себя гораздо лучше. Расправил плечи, спокойно вдохнул и… Поднял взгляд. Авелла за ним проследила.

Не берусь предположить, какие мысли и чувства ураганом пронеслись через ее белокурую головку. Она немного помолчала, потом серьезно посмотрела на меня.

— Хочешь послушать, о чем они говорят?

Я непонимающе уставился на неё.

— Это просто. Я могу сделать.

В ее глазах я видел искренне желание хоть как-то помочь. Может быть, она вообще не воспринимала Натсэ, как конкурентку, считала её простительной слабостью для меня.

Я кивнул.

Авелла закрыла мои уши своими ладошками, зажмурилась и что-то шепнула.

— …дальше? — услышал я, как в наушниках, голос Искара. — Он будет молодым еще много десятилетий, если не столетий. А ты? У тебя отобрали магическую силу, отобрали печать…

— У меня не отбирали силу, — отозвалась Натсэ, и голос её, к моему облегчению, звучал напряженно, резко. — Печать тоже. Её только заглушили отсроченной Черной Меткой.

— Даже не хочу спрашивать, что это значит.

— И не нужно. Некоторых вещей лучше не знать. Знание бывает опасно для жизни.

— Натсэ, пойми, я очень высоко ценю твои чувства ко мне. Тебе могло показаться, будто я над ними смеялся, но это не так. Мы, маги Воздуха, таковы, к нам нужно привыкнуть.

— Я знаю, кто такие маги Воздуха. Я целый семестр жила среди них — помнишь?

— И это был мой любимый семестр. Ну, до тех пор, пока ты не попыталась меня убить.

— Брось. Тебе это понравилось.

Искар засмеялся, и мне показалось, будто Натсэ тоже усмехнулась. А когда она заговорила, голос её смягчился:

— Ты не сможешь мне помочь. Один раз тебе удалось выкрутиться, но второй раз…

— Хорошо. Пусть ошейник останется на тебе. Но войди в мой дом, как моя жена. Денсаоли будет тебе рада. Я буду относиться к тебе так, что ты забудешь о том, что ты — рабыня.

— Искар… Не надо.

— Надо! Где ты живешь сейчас? В тесной комнате, меж двух сопливых мальчишек? Стираешь, моешь полы.

— Он ни разу не заставлял меня работать.

— Он ведь рассказал тебе о договоренности кланов, да?

Тишина. Наверное, Натсэ кивнула.

— И ты это будешь терпеть? Будешь с ним путешествовать и наблюдать, как он осеменяет очередную высокородную даму?