Василий Криптонов – Мятежное пламя (страница 28)

— Но как ты...

Натсэ схватила за руку Авеллу и потащила за собой по коридору. Я пошёл следом.

— Вот. — Натсэ взяла Авеллу за подбородок и довольно невежливо заставила посмотреть вверх. Я тоже поднял взгляд.

Всё выглядело до обидного просто: в потолке зияло аккуратное круглое отверстие.

— Какая же я дура... — прошептала Авелла, придя в священный ужас от увиденного.

— Ничего не дура, — мгновенно сменила стратегию Натсэ. — Девять из десяти человек либо угодили бы в твою ловушку, либо, заметив, не стали бы лезть. А от десятого рунами не защитишься. Кстати, надо будет найти этого десятого и прояснить...

Натсэ немного помрачнела, задумавшись о чём-то своём. Авелла же не унималась:

— Нет, дура! Как можно было забыть о защите пола и потолка?! Это ведь элементарно, а я подвергла тебя такой...

В чём-то мы с Натсэ сделались похожими. Во всяком случае, поступила она как я — притянула Авеллу к себе и поцеловала. Та всплеснула руками от неожиданности, попыталась что-то промычать, но, смирившись, обняла Натсэ.

— Тук-тук, — раздалось у меня за спиной. — Я, кажется, не вовремя? Но мне, кажется, плевать?

— Привет, Лореотис, — усмехнулся я. — Заходи, гостем будешь.

Приближение рыцаря я засёк уже несколько секунд как, однако ничего не сказал. Не знал ведь, что у девчонок сцена так неожиданно закончится.

Они отскочили друг от друга, как от электрического разряда, одинаково покраснев.

— А я... А мы... — попыталась что-то объяснить Авелла, но Лореотис только устало махнул бутылкой. Большой бутылкой.

— Запомни золотое правило: никогда не извиняйся и не оправдывайся за то, в чём не ощущаешь вины. Потерять себя очень легко, а найти потом — порой невозможно. На этом мой запас мудрых мыслей закончился, предлагаю перейти к неофициальной части. Глядите, я раздобыл то, чего не существует на Материке. По стаканчику?

***

Так разбились вдребезги наши скромные надежды на тихий вечер, наполненный интимными радостями воссоединения после долгой разлуки. Может, с какой-то стороны оно было и правильно. Будет ещё время. Больше мы друг друга не потеряем.

Глядя, как дом постепенно заполняется людьми, я вдруг почувствовал, что во мне изменилось кое-что ещё, и это изменение было глубоким и сильным. Я больше не боялся людей. Мне не хотелось спрятаться в угол и сделаться невидимкой, в ожидании, пока все разойдутся по домам. Нет, я был частью этого мира, здесь было моё место И, что самое удивительное, все они это чувствовали.

Не успели мы с Лореотисом выпить по стаканчику, как в гости пожаловали Асзар и Денсаоли. Они выглядели вполне счастливой парой. Денсаоли, сияя, как золотая монета, сообщила, что клан Земли, наконец, выдал им разрешение на брак. Лореотис счёл это достойным следующего тоста.

Асзар не изменился с момента нашей последней встречи, только голос всё ещё казался мне непривычным. Первого впечатления не перебить, по крайней мере — не сразу.

Денсаоли совсем не походила на ту девушку, что я помнил. Призрака Мекиарис она тоже напоминала весьма отдалённо. Как и в случае с Талли, она была похожа на нечто третье и не то чтобы среднее. Молчаливая, погруженная в себя. Иногда она невпопад улыбалась, как маг Воздуха. Иногда принималась говорить тихо и как бы сама с собой, как Мекиарис. К счастью, Асзар её принимал безоговорочно в любой ипостаси. Так, как я не сумел принять Талли... Наверное, про их жизнь можно было бы написать книгу, но увы, во мне писательских талантов не завалялось.

Бутылка опустела на треть. Натсэ принялась сочинять ужин, Авелла к ней присоединилась. Пришёл выпнутый из больницы Ямос, сообщил, что обеих мамочек отпустят домой завтра ближе к вечеру. Потом пришёл Зован. Поздоровавшись со всеми, он обратился к Натсэ:

— Я только что от отца. Он сказал, что убьёт тебя за дерзкую выходку, потом подумал и попросил этого не говорить. Сказал, что пришлёт к тебе своего законника.

— А, ну пускай присылает, — беззаботно откликнулась Натсэ, ловко кроша в котелок картошку. — Люблю законников. Кажется, мой третий был законником. Предпочитал красные простыни...

Все как-то сразу замолчали и посмотрели на Натсэ с удивлением. Я почувствовал себя нехорошо. Вот так вот запросто взять и услышать про какого-то «третьего» от Натсэ, у которой вроде бы до меня никого не было.

Не замечая всеобщего недоумения, Натсэ продолжала:

— С ним было легко. Мне было одиннадцать, или двенадцать, а он как раз таких любил. Подбирал на улице и тащил домой, там немного играл, как в куколок, потом делал своё гнусное дело и вышвыривал на помойку. Мне пришлось перекрасить волосы, чтобы он не заподозрил во мне мага. Штука была в том, что спальня была самым защищённым местом в доме, и там же он хранил в сейфе важные бумаги, которые хотел получить заказчик. Внутрь можно было попасть только с ним, только если он приведёт тебя добровольно. Ну и как только он повернулся спиной, я перерезала ему горло, толкнула на кровать, забралась сверху и держала за волосы, пока он не перестал дёргаться. Ну, так оттягивала голову назад, чтобы хлестало быстрее. Помню, всё смотрела на красную кровь, впитывающуюся в красные простыни, и мысленно повторяла: «Как будто бы ничего не случилось». Потом, когда уходила, посмотрела на него ещё раз. Действительно казалось, что он просто спит. Если не приглядываться, то крови и не разглядишь. Словно воду разлили. В тот раз Магистр выплатил мне полное жалование, сказал, что я сработала чище не придумаешь. Стражи искали зачуханную простолюдинку, перетрясли весь Сезан, а на Орден никто и не подумал. Что? — Подняв голову, Натсэ заметила, что на неё все смотрят, раскрыв рты. — Ой... Извините, я забылась. Просто когда держишь в руке нож, это навевает воспоминания.

Лично я, к своему стыду, вздохнул с облегчением. Натсэ просто рассказывала о работе, а не о том, что я подумал.

— Я-а-асно, — протянул Зован. — Ну, этого можешь не убивать. За него не заплатят.

— Я и не собиралась, между прочим. Я вообще бросила убивать. По местному времени чиста уже больше полугода.

Зован отвернулся, и мы с ним встретились взглядами. Я с трудом выдержал этот взгляд. Зован держался хорошо. Он был чистокровным магом Земли, и все свои эмоции умел скрывать так, что казалось, их и нет вовсе. Но я видел, что он так и не пережил смерть Талли. И сейчас, глядя на меня, кого он видит?

Я встал, вышел из кухни, где все сидели. Зован последовал за мной. В пустой гостиной я сказал ему:

— Это она помогла нам вернуться.

Он кивнул:

— Хорошо. По крайней мере, эта егоза не угомонилась до самого конца. Она... говорила что-нибудь?

— Да, — соврал я, глядя ему в глаза. — Просила передать, что благодарна тебе за то, что успела узнать, каково это — быть любимой. И просила прощения — за всё.

Ничто не звучит так правдоподобно, как ложь, которая обязана быть правдой. Я знал, что будь у Талли чуть больше времени, она бы так и сказала. И где-то в глубине души Зован это тоже знал. Он протянул мне руку, и я её пожал.

— Задумаешь поохотиться на дракона — свисти. Я в деле. Даже если никто больше не пойдёт — кончим эту тварь вдвоём.

— Мы его уничтожим, — кивнул я. — Клянусь.

В этот момент приоткрылась дверь, которую мы и не думали запирать, и в дом вошли госпожа Акади и госпожа Алмосая.

— Прошу прощения за вторжение, сэр Мортегар, — поклонилась Акади. — Я всего только на минутку. Господин Дамонт просил вам передать...

Она подошла к столу и плюхнула на него из Хранилища огромную кипу бумаг.

— Здесь всё самое важное, — сказала она. — Я бы советовала начать отсюда. — Палец Акади указывал на красную закладку, торчащую из середины кипы. — Там сведения обо всех виденных нами существах там, внизу. Огненные девочки описаны лучше всех, и в этом немалая заслуга моей дочери.

В голосе Акади прозвучала гордость вперемешку с горечью.

— А теперь я, пожалуй...

— Нет-нет, — возразил я. — Вы у меня в гостях, и я...

— Боюсь, я не буду таким уж желанным гостем, учитывая...

— Так. Вы в моём доме, и вы — член моего клана, если я не ошибаюсь. Вот мой приказ: проходите в кухню! Там тесно, но уютно.

Алмосая, повернувшись к Акади, громким шёпотом сказала:

— Вы лучше слушайтесь его! А то он вас накажет.

Грустно улыбнувшись, Акади поклонилась мне и пошла в кухню. За ней двинулась Алмосая, замкнули шествие мы с Зованом.

При появлении Воздушной регентши Лореотис попытался было спрятать бутылку, но, осознав, что поздно, принял вид оскорблённой невинности. Акади же на бутылку лишь мельком взглянула. Её больше заинтересовала дочь.

Авелла, суетившаяся возле котелка вместе с Натсэ, заметив мать, ощутимо напряглась, но упрямо делала вид, что её не видит. Акади сделала пару шагов к ней, но остановилась за спиной Денсаоли. Положила ладонь ей на плечо.

— Госпожа глава клана, — тихо сказала она. — Прошу меня простить, но теперь, когда вернулся сэр Мортегар, я больше не могу быть полноценным регентом. По крайней мере, до тех пор, пока не закончится война. Моё место не здесь, но — там, там, где будет литься кровь и бушевать Огонь. Пока у нас есть немного времени, вам лучше бы начать учиться. Я готова остаться при вас в должности советника, но не более.

Мне показалось, что Авелла прислушивается. Во всяком случае она замерла, и инициативу в готовке полностью перехватила Натсэ.