Василий Криптонов – Murdoc. Lvl. 1: Благодарные Мертвецы (страница 16)
– Да ладно, я про другое. Скажи, а у меня меч тоже с зачарованием?
– Возьми да посмотри.
Я взял, да посмотрел. Обычный меч, никакой инфы о зачарованиях в описании нет.
– Нифига, – доложил я. – А как я буду призраков х**рить?
– Он один тут, – проворчал Дон. – Дальше скелеты пойдут.
– Не люблю скелетов…
– Они на два уровня младше тебя. Резвись, опыт набивай!
– Против скелетов система рекомендует секиры и молоты!
– Страдай, – буркнул Дон.
Вскоре из могилы и правда выкопался скелет. Он, шатаясь, подвалил ко мне и замахнулся костью. Я что есть дури перехерачил ему мечом. Скелет пошатнулся.
– Ещё! – подбодрил Дон. – Комбо!
Я перехерачил ещё раз, слева-направо.
Чего там "плюс двадцать" и куда упало, я понять не успел. Во-первых, надпись тут же забило сообщение о шестидесяти очках опыта, а во-вторых, скелет развалился в труху.
– И всё, что ли? – Я с недоумением смотрел на мешочек с золотом. – Стоило ради такого Paint запускать. Или в чём они там рисуют…
Мы полчаса мотались по кладбищу, п**дя скелетов, зомби и прочую пе́дарась, лезущую из могил, пока не остановились перед склепом.
– Перекур? – спросил я.
– Босс, – возразил Дон.
– А кто тут боссом?
– Вурдалак…
– Вот гандон! – Я старался проявлять максимум лояльности игре в присутствии Дона, но получалось, по ходу, фигово. Дон морщился.
– Ладно, чё с ним делать-то? – буркнул я.
– Да нихрена ты с ним не сделаешь, он бессмертный. Ты его на себя отвлеки, а я проберусь там к рычагу, дёрну, и его зеркалами сожжёт.
– Ваще без вопросов, брат. По глотку?
Дон отказался, пришлось мне делать два глотка. А ещё говорят, что я – эгоист. Да я вот… Ай, отъ**итесь.
Дон толкнул дверь склепа (она жутко скрипнула) и сделал приглашающий жест рукой.
TRACK_20
Стоило мне перешагнуть порог, как всё пошло не по плану. Сказать по правде, я уже давно так не напивался. Всё больше пиво, пиво… А у крепкого есть особенность.
Это пиво пьёшь и пьянеешь равномерно. Серьёзные напитки обычно дают тебе почувствовать себя боссом, хозяином положения, и в самый неожиданный момент подкрадываются сзади и бьют доской по башке.
Кажется, я что-то прокряхтел, и Дон, идущий рядом, шепнул: «Чувствуешь? Здесь дебафф ещё сильнее!».
Я чувствовал, что, во-первых, я в говно. Картинка перед глазами плыла, ног под собой я не чувствовал. Это была проблема. А я привык решать проблемы, нахерачиваясь. Таким образом мой разум оказался в тупике.
Во-вторых, я увидел синенькую полосочку-алкашку, которая неумолимо ползла к максимуму. И вот тут мне реально сделалось страшно. Ходили жуткие слухи, что та бабка-непись, к которой я ходил лечиться от алкоголизма, исчезла из города. А согласно другим слухам, она начала давать такие п**данутые квесты, которые и трезвым-то хрен победишь.
По-нормальному, конечно, с разового перепоя алкашом не станешь. Но я год бухал умеренно, при каждом удобном случае, и вот сейчас, плюс ко всем стрессам, вылезло ещё и вот такое.
– Господи боже, – прошептал я, остановившись.
– Не бойся его, Мёрдок! – пробасил Дон. – Он питается твоим страхом!
И понёсся куда-то…
– Господи, я спиваюсь! – провыл я.
Вот это будет эпик, когда я появлюсь перед группой без кристаллов, без денег, да к тому же с алкоголизмом.
– Бей его, Мёрдок! – вопил откуда-то Дон.
– Да вот, б**дь, у меня забот других нет, – промямлил я и решительно убрал в инвентарь меч и доспехи.
Хватит. Когда на сцену выходит алкоголизм, уже не до игрушечек. Я достал гитару и сел на пол, скрестив ноги.
Вурдалака я увидел лишь мельком – ко мне медленно и угрожающе приближалась какая-то страхожопина с серой мордой и торчащими клыками. А потом я начал играть.
Пальцы бегали по струнам. В таком состоянии я даже струн не замечал, музыка, казалось, шла прямо из сердца. Разок я сделал запись такого джема, утром послушал и пожалел. В том числе и о том, что родился на свет.
«Алкашка» дрогнула, остановилась. Я играл и играл, обливаясь холодным виртуальным алкоголическим потом. Перед глазами, одна за другой, всплыли оповещалки о новых мелодиях. Но вот алкашка не спешила перерастать в очки навыка. Как я уже говорил, это поначалу всё полезное росло от каждого прикосновения к струнам. А сейчас…
Сука. Сука! Неужели нет другого выхода?!
«Алкашка», замершая было, вновь упрямо двинулась к алкоголизму. И я решился. Чтобы не потерять вообще всё. Я запел.
Я замолчал, поняв, что опасность миновала. Алкашка уменьшилась.