Василий Криптонов – Гамбит (страница 10)

Пепельницы, утыканной окурками, — напомнил я себе, — стакана, в который в очередной раз плеснул коньяка из бутылки, припрятанной в сейфе… Нет уж. Я здесь не для того, чтобы возвращаться к старым привычкам. Алкоголь-то дома не держу.

Хозяин меча с иероглифом «птица» на рукояти себя ещё проявит, в этом я не сомневался. И всё, что требуется от меня — всего лишь быть настороже, чтобы поймать эту «птицу» за хвост. А уж в том, что он сможет вывести меня на Кианга, я не сомневался.

Ниу чувствовала, что настроение у меня поганое, но удержаться от болтовни не могла. Что ж, её тоже можно понять, целыми днями дома сидит. Разговаривать, кроме меня, не с кем. Поэтому я старался давить в себе раздражение и отвечал на расспросы.

— А что это за завод? Ну, тот, на который вы ездили? Что там делают? — приставала Ниу.

По поводу завода меня успели просветить.

— Таблетки, Ниу. Там делают таблетки. Те самые, которые ты пьёшь утром и вечером.

Тот поводок, на котором держат и тебя, и всех тех людей, которые имеют несчастье принадлежать клану Чжоу. Счетовод из меня не ахти, но навскидку — это каждый сотый человек из тех, кто проживает на подконтрольной клану территории. Каждый сотый человек — полностью подчинён клану. Я уже не раз задавал вопрос, когда же Ниу наконец избавят от зависимости, но ответы получал уклончивые. Юн мямлил, что вот-вот займётся этим вопросом, и просил подождать. Сколько подождать — не говорил. Вероятнее всего потому, что сам не знал.

Каждый сотый зависимый — и это на территории, которую населяют несколько миллионов человек. Неудивительно, что для производства таблеток строили целые заводы. Тот, на который напали представители клана Хуа, был не единственным — хотя и одним из крупных.

На таблетки, как я понял, была завязана немалая часть экономики клана. Таблетки давали Чжоу, по сути, бесплатных рабов. Халявную рабочую силу — крестьян, производственников, солдат.

Я уже знал, что заведений, подобных Цюаню, по стране разбросано немало. И содержатся там не только проштрафившиеся подростки, но и взрослые. Как настоящие преступники, полные отморозки, так и те, кто не смог вовремя выплатить кредит или не в том месте перешёл улицу. Клан грёб под себя всех, кого считал правонарушителями, независимо от величины нарушения.

Насколько я понял, примерно та же картина наблюдалась и в остальных кланах. Где-то зависимых от таблеток было больше, где-то меньше, но число этих людей неуклонно росло. Хотя, как рассказала мне Ниу, ещё два-три года назад о таблетках никто и слыхом не слыхивал. Она сама узнала о них, лишь оказавшись в Цюане. А сейчас, выйдя на волю, с удивлением поняла, что теперь о существовании «клановых таблеток» не знает разве что ленивый, и какие только сплетни о них не ходят.

Кианг плёл свою паутину медленно, но верно. В том, что таблетки появились в этом мире именно с его лёгкой руки, я не сомневался.

— А что же теперь будет? — ахнула Ниу.

— С чем? — Я отвлёкся, ушёл в свои мысли. На расспросы Ниу отвечал рассеянно, только сейчас встряхнулся. — С чем — что будет?

— Ну, с тем заводом. Его ведь надо… — Ниу задумалась. — Чинить, да?

Я невольно улыбнулся. Представил себе, как может выглядеть процесс починки простреленных мною цистерн.

— Починят. Не волнуйся.

— А с господином Юном что будет?

О «господине Юне» Ниу пеклась так, как могла бы печься о младшем брате — милом, но очень уж беспокойном мальчике. Всё время о нём расспрашивала. Я не стал рассказывать, что провёл с господином Юном ультрапедагогическую беседу, после которой ему, должно быть, до сих пор не очень удобно сидеть.

— А что с ним будет?

— Ну, ты сказал, что он действовал тайно, и совет клана ни о чём не знал. Но теперь, если на заводе такие серьёзные проблемы, они ведь по-любому узнают?

— Да, — задумчиво проговорил я. — Теперь-то — по-любому.

Ниу сочувственно завздыхала, а я подумал, что секреты Юна с самого начала были шиты белыми нитками. И не замечал он этого исключительно по неопытности.

Это не Юн принял решение ехать на завод — ему позволили туда поехать. О том, что Юн на заводе, мне сообщил Вейшенг. А он, хоть и не входит в совет клана, поскольку не является избранным, тем не менее занимает в управленческой верхушке Чжоу не последнее место. И вряд ли что-то, что известно Вейшенгу, может быть неизвестно совету клана.

Совет проверял Юна. Совету было интересно, на что способен наследник покойного Донгэя. Как он себя поведёт, что будет делать. И я, поостыв, понял, что Юн действительно принял самое правильное решение из всех возможных — хотя по-прежнему злился из-за того, что пацан ничего не сказал мне.

— Господину Юну… ничего не сделают? — осторожно спросила Ниу.

— Господин Юн — глава клана, — улыбнувшись, напомнил я. А единственный человек, который может ему что-то «сделать», сидит сейчас рядом с тобой. Но об этом тебе знать не обязательно. — Всё будет хорошо, не волнуйся.

Ниу благодарно улыбнулась, открыла рот, чтобы снова что-то спросить, и в этот момент у меня зазвонил телефон.

Я бросил взгляд на часы — половина десятого. Номер незнакомый. Почему-то снова мелькнула мысль об обладателе меча с птицей на рукояти.

Я взял трубку.

— Слушаю.

— Лей. Будь любезен, выйди на улицу. Нужно поговорить.

Голос я узнал.

— Хорошо, сейчас выйду. Где вы?

— Жду в машине.

Связь прервалась. Я встал.

— Куда ты? — ахнула Ниу.

— По делам.

Я быстро оделся — джинсы, футболка, в гробу видал круглыми сутками ходить в костюме. Рабочий день у меня, если что, закончился. Поколебавшись, надел кобуру, сверху накинул куртку.

— Не волнуйся, скоро буду. Наверное. Ты не жди, ложись спать.

Я улыбнулся Ниу и вышел.

Машину заметил сразу, её сложно было не заметить. Среди скромных семейных автомобильчиков, припаркованных во дворе нашего многоквартирного дома, она выделялась, словно чёрный лебедь в окружении серых уток.

Я подошёл. Правая задняя дверь машины распахнулась.

— Присаживайся, — пригласили меня.

Я сел.

— Добрый вечер, господин Реншу.

— Скорее, доброй ночи. Надеюсь, не разбудил?

— Нет.

— Хорошо. В «Лотос», — приказал Реншу водителю.

Машина тронулась. Одновременно с этим поползла вверх перегородка, отделяющая водителя от нас. Через минуту мы с Реншу оказались в полностью изолированном пространстве.

— Я не отниму у тебя много времени, — пообещал Реншу. — Через час вернёшься к своей возлюбленной.

Я благодарно поклонился.

— Спасибо. У нас с возлюбленной на эту ночь — серьёзные планы. Молодость, гормоны бурлят… Ну, вы понимаете.

Реншу посмотрел на меня сначала с недоумением, потом непонятно, одними губами, улыбнулся.

— Да, конечно. Молодость. Я понимаю. — И вдруг резко, жёстко сказал: — Не нужно со мной играть, Лей. Я сразу понял, что ты старше, чем пытаешься казаться.

— Интересно. — Я очень надеялся, что не изменился в лице. — А что ещё вы обо мне знаете?

— Всё, что рассказывают твои поступки. А они выдают взрослого мужчину.

Я сумел выдавить из себя улыбку.

— Спасибо, что хотя бы не спрашиваете, шпионом какого клана я являюсь.

— Это была ошибка, — спокойно сказал Реншу. — Мы проверили, ты не шпион. И твоё сегодняшнее поведение — лишнее подтверждение этого факта.

— О чём вы?

— О заводе, Лей. О том заводе, куда вы с Делуном помчались сломя голову на выручку Юну. Или ты, как и он, думал, что нам ничего не известно?

Я вздохнул.

— Нет, я так не думал. Я понял, что вы позволили Юну принять самостоятельное решение и наблюдали за ним.

— Рад, что я в тебе не ошибся.