Василий Криптонов – Черный город (страница 41)
Логика подсказывала, что, во-первых, Клавдия не кто-нибудь, а баронесса Вербицкая. У неё есть семья, есть какая-то сверхназойливая сестра Татьяна, которая уж точно не даст Клавдии встречать Рождество в одиночестве. Во-вторых, Клавдия может попросту не заметить праздника за работой, и я ей там буду не так уж нужен.
Но чувства взяли верх над логикой, и я мотнул головой:
— Нет, я уеду. Дела.
Парни огорчённо вздохнули.
Однако в тот же день на прогулке мои планы грубо подкорректировали. Мы, по обыкновению, шагали с Полли по расчищенной от снега дорожке парка. Полли о чём-то болтала, я был погружён в свои мысли. Как вдруг нас нагнала Кристина.
— Прошу прощения, Аполлинария Андреевна, мне необходимо поговорить с вашим женихом с глазу на глаз, — категорично сказала она.
Глава 22. Итоги
— К-конечно, — растерялась Полли. — А что?..
Но Кристина уже схватила меня за локоть, отвела на десяток шагов в сторону и бесцеремонно раскинула «глушилку».
— Есть, — сказала она.
— Не слишком нагло действуешь? — спросил я.
— У меня задача — раскрыть заговор, а не помочь тебе устроить счастливую семейную жизнь, — огрызнулась Кристина. — В рамках этой задачи я и действую. Сегодня получила записку. На следующий день после Рождества будет сбор кружка. И, судя по всему, наконец-то явит себя руководитель!
Глаза у Кристины горели, щёки — пылали от мороза.
— Прекрасно, — сказал я.
— Только, умоляю — не вздумай ничего предпринимать!
— Вроде чего? — заинтересовался я.
— Вроде всего! — отрезала Кристина. — Ты — один из них. То есть, из нас. Вот, на том и стой. Я доложу всю информацию, которую сумею раздобыть, моему... в общем, своим, — как-то странно оговорилась она. — А дальнейшие решения будем принимать уже не мы.
В ответ я только плечами пожал. Я и не собирался вступать в битву против заговорщиков, или как-то ещё себя проявлять. Цель у меня точно такая же, как у Кристины — собрать информацию. Соберу, передам деду, а что с этим делать дальше — о том и правда пусть у тайной канцелярии голова болит.
— Принято, — сказал я. — Что-то ещё?
— Ещё, — кивнула Кристина. — Не стала бы я портить тебе отношения с госпожой Нарышкиной по единственному ничтожному поводу. Ещё меня просили передать, что следующая тренировка сборной команды состоится за два дня до конца каникул. Всех участников просят непременно явиться.
— Чего хотела Алмазова? — ревниво спросила Полли, когда я вернулся к ней.
— Тренировки сборной будут все каникулы, — мрачно сказал я. — Придётся мне остаться в академии.
— О, Костя! — Полли тут же забыла про ревность. — Это ведь ничего страшного, это даже хорошо! Я... Я тоже останусь, буду тебя поддерживать!
Я прикрыл глаза. Вот ведь... ляпнул, не подумав! Весёлые у меня будут каникулы, ничего не скажешь.
Завтрак в последний день занятий был торжественным. Не в плане блюд — меню было более-менее привычным — а в плане убранства столовой. На столах появились праздничные скатерти, расшитые золотыми узорами. Ещё с вечера поступило распоряжение явиться к завтраку в парадной форме, что все и исполнили. И теперь никому кусок в горло не лез — все ждали того, ради чего, собственно, собрались.
Подведения итогов семестра.
Ректор Калиновский вошёл в столовую, и все одновременно поднялись. Воздух зазвенел от напряжения. То ли сам по себе, то ли ректор не удержался от искушения и немного надавил на нас при помощи магии.
В руках ректор нёс уже знакомую папку — с нею он стоял, когда встречал нас в первый день. Выйдя на середину столовой, сказал:
— Приветствую вас, господа курсанты! Поздравляю всех с наступающим рождеством и выражаю благодарность за прилежание, проявленное в течение семестра. Я знаю, чего вы все ждёте. И хотя до конца года ещё далеко, и результаты эти всего лишь промежуточные, мы готовы их огласить. Пусть для одних услышанное станет поощрением держаться выбранного курса, а для других — стимулом приложить больше усилий. Я напомню, что по итогам семестра суммируются все баллы: за академическую успеваемость, за спортивные достижения, за поведение и внеаудиторную деятельность. А теперь, с вашего позволения, подробнее.
Тут ректор открыл папку и опустил взгляд в неё.
— Итак. Академическая успеваемость. В течение учебного семестра белые маги набрали семьсот девяносто семь баллов. Чёрные маги набрали тысячу девяносто восемь.
Чёрные маги разразились аплодисментами и выкриками.
— Какая вопиющая несправедливость! — пробормотала побледневшая Полли. — Их же элементарно больше!
Ректор дождался тишины и продолжил:
— Тем не менее, если взять статистику по одному лишь первому курсу, то, несмотря на численный перевес чёрных магов, белые опережают их. Ненамного, всего на пять баллов. Но с учётом предыдущей статистики это представляется мне серьёзной победой. Напомню, что в каждой категории начисляются дополнительные баллы, до пятидесяти — по усмотрению преподавательской комиссии, главой которой являюсь я. И мы решили поощрить такое старание белых магов нового поколения пятьюдесятью баллами.
Пьер Данилов первым сообразил, что это — хорошо. Поднял руки и начал оглушительно хлопать. Спустя секунду к нему присоединились все белые маги. Полли восторженно пискнула. Чёрные маги хранили угрюмое молчание.
— Далее. Поведение, — сказал ректор, перевернув страницу. — Здесь у нас снова отличился первый курс — однако, увы, не в лучшую сторону. В самом начале семестра один
Никто не хлопал, все как-то пристыженно молчали. А ректор вновь перевернул страницу.
— Далее. Магический уровень. Не буду создавать напряжение там, где всё более чем очевидно. Средний уровень чёрных магов по академии — восемь, средний уровень белых магов — пять. Однако если уровень чёрных магов остался неизменным по сравнению с прошлым годом, то уровень белых подрос. — Тут ректор быстро глянул, как мне показалось, в мою сторону. — Было бы несправедливо в такой ситуации наградить белых магов — они всё же проигрывают. Поэтому призовые пятьдесят баллов в этой категории мы разделили таким образом: тридцать баллов получают чёрные маги, двадцать баллов — белые. Старайтесь лучше развивать энергетические каналы, господа!
В этот раз захлопали все. Хотя чёрные маги хлопали, конечно, громче.
— Далее. Спортивные достижения, а именно — Игра, — продолжил Калиновский. — Как мы помним, белые маги первого курса набрали в этом году восемьдесят шесть баллов, а чёрные маги — двадцать два балла. Напомню, что белые маги не просто победили в Игре, они победили с разгромным счётом! И победа эта была первой за несколько лет. Здесь иное решение было бы абсурдом. Разумеется, дополнительные пятьдесят баллов достаются белым магам!
Теперь белые маги кричали и хлопали, а чёрные зло шипели.
— Далее. Внеаудиторная деятельность, — перевернул очередную страницу ректор. — Для первокурсников это, возможно, окажется новостью, но мы начисляем баллы также и за вашу деятельность вне связи с Академией. Поскольку мы в конечном итоге выпустим вас в жизнь, мы несём высшую ответственность за наших курсантов во всём. Каждый семестр я слышу одни и те же возражения: что стезя чёрных магов — война, и что в мирное время и в столь юном возрасте чёрные маги не могут заработать дополнительных баллов, а следовательно, эта категория нечестная. Однако каждый семестр я нахожу пример, который опровергает подобные доводы. Вот и сегодня я первым же делом назову господина Ордина, четвёртый курс. Ни коим образом не изменив природе своей энергии, он оказал помощь полиции, вычислив и поймав серийного насильника. В пятьдесят баллов было оценено это достойное всякого уважения деяние.
Под гром аплодисментов я смотрел на слегка покрасневшего Ордина и думал, что подвигло его на такое достойное уважения деяние? Одно лишь честолюбие? Или тот насильник рискнул покуситься на кого-то, кто был ему дорог? Хотя в данном случае это неважно. Если для жемчужины главное — намерение, то для балльной системы — результат.
— Однако это не всё, — сказал Калиновский. — В этом же семестре господин Барятинский, первый курс, спас более сотни людей из горящего театра. С риском для собственной жизни, господа! Пятьдесят баллов для белых магов.
— Костя! — ахнула Полли. — Почему ты мне ничего не сказал?!
Я промолчал и опустил взгляд, пережидая аплодисменты. Но стоило им утихнуть, как ректор продолжил:
— Кроме того, господин Барятинский весь семестр оказывал помощь баронессе Вербицкой, держащей в Чёрном городе магическую клинику для бедных. Он не только помогал баронессе сам, но и подал сильный пример, благодаря которому у госпожи Вербицкой теперь нет недостатка в помощниках. В качестве поощрения действий господина Барятинского ещё пятьдесят баллов уходит белым магам. И, поскольку белые маги побеждают в этой категории, они получают пятьдесят призовых баллов!