Василий Козлов – Красные повязки (страница 11)

Дежурство у меня утром с шести до девяти. Ночью опять прилетал беспилотник, но в этот раз уже не стреляли – довели до сознания «умников». Утром чистим оружие, травим байки, но чуйка не спит: уходить нужно, пусть даже на штурм. Может, успею пару магазинов отстрелять, здесь тупо сдохнем без пользы. Какого хрена взводный не телится? Сходил бы до бати, задал пару вопросов, но нет, затаился.

Аркадьевич тем временем развлекал мое отделение байками о службе в ГДР. Дурень, с народом работать нужно, а не пиаром заниматься. Скоро нас здесь накроют! Пойду попробую вздремнуть, скрасим, так сказать, неизбежное…

Выехали на следующее утро, отмотали километров пять, и через рев двигателя где-то позади пробился звук тяжелого взрыва. Нам повезло: совсем чуть-чуть не успели «укропы». С меня спал напряг, душивший последние дни. Пронесло, обманули костлявую! Дай бог, и дальше так.

Летим по разбитому асфальту, средняя скорость пятьдесят – шестьдесят километров в час, с такой скоростью кажется, что уже под Лисичанском. Слышна канонада, но нас пока не срисовали, движемся без препятствий.

Вииу! Р-а-х! – близкий разрыв мины, и машину качнуло – тент посекло осколками.

– Все целы? Осмотреться! – заорал Иван. Взводный в кабине с картой разбирался, сегодня выдали.

– Целы. Нормально все, – вразнобой ответили бойцы.

– Нужно сворачивать с дороги, сейчас пристреляется, и нам закинут! – выкрикнул Серега.

В подтверждение его слов по курсу сразу несколько прилетов.

– Вертай с дороги! – Колян стал долбить прикладом по кабине.

Валентин резко свернул, и мы понеслись по полю. Еще десять минут бешеной езды, и он затормозил, едва не проломив борт «КамАЗу» № 1. Перед ним перекрывает дорогу старый «Т-62», а сзади тормозит «Урал» № 7, почти в нас врубился, видимость нулевая – пыль.

– Из машин! Рассредоточиться по обочинам, в лес не заходим – мины! – орет «тридцатый».

Рассредоточились по обочинам, залегли, разобрали сектора, ждем дальнейших команд. Коля-афган, тыкая щупом, осваивал профессию сапера, к нему присоединилась еще пара профи, один даже с миноискателем.

– Проверено: мин нет, – доложил «тридцатому» один из саперов.

– Маскируем машины, ночуем здесь, ждем отставших. Костры не разводить, – скомандовал «тридцатый».

Машин подтянулось одиннадцать штук – меньше половины колонны…

– Остальные добрались до пункта назначения, – пояснил Аркадьевич, двое «трехсотых», легкие.

– Значит, все-таки есть связь? – ненавязчиво поинтересовался я.

– Три «Азарта» на батальон у комбата, начбоя и начальника штаба. Хватит болтать, маскируем машины, роем временные огневые, сколько успеете до ночи, хоть по колени. Главное, залечь и не отсвечивать: вероятность обстрела высокая. Кроме того, высокая активность вражеских ДРГ. Передвижение минимум вдвоем, дежурство по два часа. Ты, Василий, с двух до четырех, меняешь Свата, тебя меняет Лесник, предупредишь его сам. Территория – пятьдесят метров в стороны от машины, сборный пароль «Семь». Слева наш пост, справа – ополченцы ЛНР. Они в курсе обстановки. Понял меня?

– Принял, а что насчет пожрать, пайку выдадут?

Взводный поморщился, словно у него зуб заболел. Ну, на самом деле я его раздражал.

– Не будет! Машина с продуктами и кухня на конечной точке. Прорвались, красавцы. – Взводный развернулся и быстрым шагом пошел дальше, успев предупредить: – И не вздумайте костры палить!

Я пошел менять Свата. Тот лязгал зубами от холода, нацепил броник на тельняшку без гимнастерки.

– Чего так холодно-то? – задал он вопрос небесной канцелярии. – А ты в курсе, Василь, что мы сегодня чуть не влипли?

В смысле?

– Да в прямом. Поговорил с часовым элэнэровским, он говорит, что по дороге до хохлов меньше километра и наших позиций впереди нет. Так что, если бы не этот танк, попали бы по самые помидоры.

– Дела! – недоверчиво протянул я. – А что, прям совсем никого?

– Рота добровольцев из ЛНР и танк тоже их, окопаться они не успели. Ну, сам с ними побазаришь. Бывай! – Сват мгновенно растворился в темноте.

И впрямь холодно, пока копал, не чувствовал, надо было зимник натянуть, в сон клонить не будет. Пойду пообщаюсь с часовым.

– Два. – Приглушенный голос из темноты.

– Пять, – отвечаю я.

– Подходи ближе, братское сердце.

Подошел. Сложно разглядеть человека, но моих лет примерно, судя по голосу.

– Василий.

– Андрей.

– А чего, Андрюха, вам тоже ночники не выдают?

– Есть один тепляк на роту. Трофейный. Через раз включается, чего-то в нем повреждено. На слух полагаюсь. Если не двигаться, хрен ко мне подберешься близко. – А ты, Василий, откуда сам?

– Красноярск.

– Добрэ, сибиряки с нами, а москалей чет не видать.

– Ты хохол, что ли?

– Ну да, местный, ополчение из Луганска.

– Понятно, как у вас дела тут? Экипировка, БК, питание горячее, богато живете?

– Друже, не дави на мозоли, на вот каску посмотри, к примеру.

Я взял шлем, в темноте не разобрать, что почем, но подозрительно легкая.

– И-и что, «макара» держит?

– Ее ножиком перочинным проткнуть можно, жестянка оловянная. Обещают, правда, вскоре поменять, с БК тоже негусто, четыре магазина, и то спасибо вашим, подкинули немного. Зато броня у меня приличная и «гады». Ничего, сейчас легче воевать, чем поначалу было.

– Если завтра пересечемся, я тебе закину пару пачек 5,45. Магазинов у самого мало.

– Добрэ, – обрадовался Андрюха, – а сейчас расходимся, я с напарником стрелкуюсь раз в пятнадцать минут. Давай хоть в полчаса разок пересекаться, мало ли…

– Да не вопрос, брат. Увидимся.

Я пошел налево, делаю остановки метров через пять-семь и пытаюсь слушать по совету Андрюхи. Какое там слушать, если левое ухо давно не слышит. Сейчас, по-моему, и правое подсело. Слышу только храп бойцов в лесу.

– Шесть!

– Один!

– Подходи, брат.

– Знакомый голос, Колян, ты, что ли?

– Я, Васек, я.

– Писец, дубак, как осенью прямо. Ты, смотрю, не мерзнешь, горячий финский парень?

– Я на «Саланге» зимовал. Нормальная температура плюс десять, не меньше. Заходи после смены, кофейку попьем.

– Запретили же движение ночью, только часовые…

– Я тебя умоляю! Лучше бы график между часовыми согласовали поминутно. Конченые. Особенно взводный.

Ответить я не успел – задрожала земля. Огненные росчерки взлетали неподалеку от нас, некоторое время ярко светились в ночном небе и гасли.

– «Грады», причем почти прямой наводкой, – со знанием дела прокомментировал Колян.

– А чего гаснут?

– Движки отработали – дальше по инерции.

Далеко впереди по фронту возникло зарево, и снова задрожала земля.

– Склад с БК накрыли! Красавчики! – продолжал Колян комментировать. – Ладно, пойду с Вованом потрекаю, мы договорились встречаться через каждые пятнадцать минут.