Василий Кораблев – Дипломная работа (страница 38)

— Ну да, я сказал ему, что коза хорошая у него. Надо же было с чего-то разговор начинать. И что дорога позади нас раздваивалась, — подтвердил тот, не чувствуя никакого подвоха.

— Ты сказал ему немножко другое.

— А чё, я сказал?

— Ну вот это и сказал, что коза, кусты, и щас ты эту козу в кустах оттирибонькаешь.

Валера удивился, а потом показал другу другой жест. Денис покатился со смеху.

— Нет, погоди. А это что значит? Мне глухонемые сказали, что с этими жестами - мне любая даст. Я, короче, одной глухонемой барышне это показал, а она в меня кофем кинула.

— Хорошо, что только кофем. Это нельзя глухонемым девушкам показывать, а мужчинам тем более, — от смеха у Дениса потекли слёзы.

— Да, что значит-то?

— Чунга-Чанга - это значит. Валер, серьезно, язык глухонемых - это не твоё.

Потом, Денис всё же сжалился и шепнул другу на ухо. Валера густо покраснел и пообещал, что больше такого не повторится.

Пытаясь скрыть смущение, он начал активничать: открыл двери, развернул вещмешок и начал распределять одежду.

— Мне не надо, — снисходительно сообщил Денис, ощущавший себя победителем. Не часто удаётся утереть нос напарнику, но когда это удаётся, можно и свой нос задрать. Он прохаживался вокруг, поглядывая на то, как тот старательно проверяет дождевики и штормовку.

— А я тебе и не предлагаю. Это мой размер. На берцы, тоже прошу не облизываться.

— Хе. Больно надо. А это чё? Репеллент?

Денис покрутил в руках аэрозольный баллончик с изображением веселого мультяшного комара с большими глазами.

— Не проверял ещё, — не поднимая головы, отозвался очкарик. — От бывшего хозяина осталось, но судя по этикетке, японский.

— Ерунда все эти мази и репелленты. Меня сроду комары и мошкара не кусали. Просто нужно быстро двигаться, тогда никакая зараза…не тронет.

Правда, сказав эти слова, он на всякий случай побрызгался.

— Ну тогда иди на разведку Чингачгук. Если хочешь, могу свитер дать, — предложил Валера.

Денис напялил на себя безразмерный вязаный свитер. Оценил, подвернул рукава и заправил в джинсы.

— Фигня, конечно, но мне нравится. Зелёненький. Под цвет травы.

— У меня ещё кепки есть с накомарниками, брать будете? — язвительным голосом поинтересовался Валера.

Но от дополнительных средств защиты великий лесной индеец с презрением отказался.

— Неча, на ерунду время тратить. Щас я по болоту пробегусь итак все проверю.

И он рванул в сторону леса, сверкая пятками.

Валера мстительно пшикнул ему вслед из баллончика, а потом, шутки ради, побрызгал на колесо автомобиля.

— Шоб тебя, Япоша, тоже комарики не кусали, — ласково пояснил он.

Разведку местности всегда было лучше оставлять на этого лесного чудилу. Погуляет, побесится и вернётся к машине с хорошими новостями. Всё равно он про эту хижину в лесу больше знает. Если, конечно, дом этот не сгнил и не сгорел при лесном пожаре. Хотя бы улики какие…Ах-да, Чингачгук вернётся голодный, нужно позаботиться о пропитании. Бутербродов что ли нарезать? Нет, надоело жрать всухомятку.

Он нашел походную керосинку, заправил, проверил и первым делом поставил на огонь чайник. После чая, он планировал пожарить тушёнку, но тут он заметил, что комаров вокруг него, резко прибавилось. А на микроавтобусе, так и вообще. Особенно возле колеса, на которое он побрызгал. Валера удивлённо выпучил глаза. Это как так? Всё колесо в комарах. Странно, может место такое? Тем более у них сейчас роение.

На всякий случай, он перетащил керосинку подальше, потом снова взял репеллент и прочитал инструкцию на английском. М-да. А если побрызгать на дерево?

Валера побрызгал и с любопытством посмотрел на то, как вокруг мокрого пятна начали суетиться мелкие летучие кровососы. Действие этого аэрозоля было весьма необычным. Согласно инструкции: нужно было брызгать не на себя, а поблизости, отвлекая комаров от своего тела. Ну, что взять с японцев? Дикари-с. У них же, там, даже “яма” - это гора. А в болоте комары покрупнее будут, не эта мелочь, а настоящие, рябые разбойники. Хм. А этот шустряк на себя побрызгал? Ой, что будет... "Беги Форест, беги. Беги, как ветер".

Но тут Валера вспомнил недавние издёвки товарища и злорадная ухмылка озарила его лицо. Настроение моментально улучшилось и он, насвистывая весёленькую мелодию, снова вернулся к готовке.

Прошёл час. Потом ещё час. Валера периодически бегал проверять места, где он использовал репеллент, ведь интересно: сколько это средство работает? Репеллент оказался стойким, а убежавший в лес Маугли - до жути упрямым. Самоназначенный повар уже успел и поесть, и, как следует, напиться чаю, но Чингачгук так и не объявился.

— Понятно всё. Сожран на болоте комарами. Так и напишут на надгробии. Какая нелепая смерть, — лениво размышлял вслух сытый Валера, полеживая на травке.

Нужно было идти на болото, но не хотелось. Во-первых, машина стояла на слишком видном месте. Её следовало перегнать и спрятать, а во-вторых оставалась надежда на возвращение обескровленного следопыта. Он ему и каши с тушёнкой оставил, и пива. Хотя, может выпить это пиво, пока его нет?

Валера подождал ещё немного, затем выпил последние две бутылки пива и задремал. Ему приснился медведь. Этот медведь вышел из леса на задних лапах. И он громко ревел. А может быть и стонал. Чёрт их разберёшь, этих медведей. Зато шерсть у него была шикарная. Чёрная такая, звенящая. Прям не медведь, а пушистое облачко. Во сне Валера, вообразив себя охотником, решил завалить из ружья диковинного дикого зверя, но под рукой у него оказались только топор и палка. Валера швырнул палку медведю под ноги и, когда тот упал, занёс было над ним топор, целясь произвести скальпирование, но тут медведь заорал голосом его лучшего друга.

— Караул!

И Валера проснулся.

Медведь никуда не делся. Он бегал вокруг микроавтобуса и громко кричал, а за ним носилось здоровенное облако состоящее из разного лесного гнуса. Только сейчас до очкарика дошло, что никакой не медведь, а Денис вернулся…А ещё, этот гад, успел дважды по нему, спящему, пробежаться.

Несчастного индейца пришлось срочно спасать и отмывать в ближайшей яме с водой. Сердобольный товарищ подавал ему полотенце и жидкое мыло, а Чингачгук ныл, что вода ледяная, а его в лесу прокляли. Вляпался он, с его слов, в ведьмино проклятье, оттого-то к нему комары и липли, как ненормальные. Валера только скромно поддакивал.

Средство для комаров он конечно же спрятал, но всё же не смог отказать себе в некотором исследовании. По его приблизительным подсчётам, комары интересовались местом, которое побрызгали, не более двух часов. Чингачгук бегал дольше, а значит, смешавшись с потом, репеллент усилил свои уникальные японские качества.

“Хм... Надо бы рекламацию на завод-изготовитель отправить, — размышлял он помогая пострадавшему от японской химии выбраться из ямы. — глядишь, мне за это и подарок какой пришлют”.

— Валер, это проклятье? Я теперь проклят, да? А что делать-то мне теперь, — всхлипывал Денис.

— Не печалуйся, красно солнышко. Почитаешь "Отче наш" на закате восходящей луны, похлебаешь отварчика с чертополохом липовым, глядишь и отпустит тебя проклятьице зловредное, — утешал его верный друг, хитро поблёскивая очками.

— Какое-какое солнышко? Над моим лицом издеваешься? Всё - я понял! Не веришь мне, так сам в лес иди и проверь. Чтоб тебя там лягушки с пауками, во все места красные!

Что ни говори, а опухший Денис действительно стал похож на красное солнышко. Еще и полотенце освещения ему добавило. Добросердечный Валера накормил и напоил бедолагу, а затем убедил, что если проклятие и было, то оно какое-то хлипкое. Вот на ветру стоишь и нет никаких комаров. Чё ты испугался - то? Подумаешь, покусали. Ты же их тоже ел? А это бесплатно. Сам говорил — “Всё в лесу съедобное - всё в лесу моё”. Чьи это слова были? А ну, быстро мне рассказывай, тряпка, где был и что видел?! Видел дом? Ну хоть крышу? Не мотай головой! Я из тебя сам всю кровь выпью, если не расскажешь!

Денис признался, что нихрена не нашёл. Уж очень он сильно комаров испугался. Вернее не их самих, а их количества. Вот если бы это девушки за ним так бегали, то он бы…

— Ой, да заткнись ты, — Валера горестно прикрыл ладонью лицо. — Всё! Забыли! Отдыхай час и перегоняем машину на другое место. Потом ставим палатку и будем искать до посинения. Нам отступать некуда.

— А можно мне накомарник? — скромно попросил оступившийся Чингачгук.

— Да хоть оба забирай, мне не жалко.

Перегнали микроавтобус на ближайшую опушку. Прогулялись. Перегнали еще раз уже подальше в болото. Снова прогулялись.

— Нет, так мы эту хижину в лесу никогда не найдём, — высказало своё мнение Красно Солнышко, мечтавшее реабилитироваться после неприятной ситуации с комарами. — Надо на сектора всё болото поделить и прочёсывать каждый сектор отдельно.

— И? — хмуро спросил Валера, заметивший некие странные столбы посреди топкого места. Любопытно. Линии электропередач? Нет, просто похоже. Какие-то обгоревшие деревья.

— И продолжать, пока не выпадет сектор-приз. Слушай: на что ты там так уставился?

— Сгоревшие деревья. Чёрные, видишь? — Валера указал пальцем.

— Ну и что? Ты бы оглядывался почаще, мы, так-то, посреди сгоревшей деревни сейчас. Справа от тебя кирпичи валяются. Это раньше печка была. А вон там, в клетке, детская игрушка. Щас принесу.