Василий Карасев – Ксерокопия Вселенной. Космическое фэнтези (страница 11)

Да, вот еще….После 10 лет чужой жизни, прожитой в насквозь материальном мире, трудно сразу поверить в такое, но… Это была моя память, и у меня нет причин ей не доверять. В том, моем мире существовала магия. Или искусство. Или наука, до которой нам еще расти и расти. Можете называть это по—разному, но то, что она была, факт. Я сам был неплохим эмпатом. А многие мои друзья умели творить настоящие чудеса. Но когда они исчезли, исчезла и магия. Почему так случилось, я не знаю.

Говорите, наука отрицает магию? Ну—ну. Смотря какая. Та, что торжественно заседает на различных симпозиумах, изучает строение клетки или разводит новые смертельные вирусы – эта наука, безусловно, отрицает. Официальная, классическая, фундаментальная… Называйте ее как хотите. Та, что работает на транснациональные корпорации и занимается прикладными исследованиями в области новых технологий – тем более. Но есть и иная наука! О которой неизвестно обычным смертным. Наука под крылышком государственных спецслужб. Серьезные люди не будут несерьезно относиться к самым фантастическим вещам. Они обязательно поинтересуются: а не существуют ли эти «самые фантастические вещи» на самом деле. Серьезно поинтересуются.

В тот день, когда я, наконец, понял, что с моими друзьями случилось что-то очень странное, я пошел к Марфе. И застал там Ату. Тогда мне еще не стоило никакого труда поправить пару знаков в ее Поле Эмоций. Девушка села в машину и уехала, потеряв всякий интерес к своему журналистскому заданию. Потом я видел этот эпизод раз двадцать, снятый скрытой камерой. С разбивкой по кадрам. С подробным анализом своего поведения, жестов и даже неких волн, о существовании которых и не подозревал. Все это случилось в подземелье одного их институтов Ученого городка, расположенного на окраине города. Там я и узнал, что существует иная наука. Полгода не то пленник, не то подопытный кролик под плотным контролем непонятных приборов, начисто гасивших мои попытки вырваться. Но любые приборы обслуживают люди, а люди неизменно ошибаются. Почему-то они придали значение лишь факту моего влияния на поведение девушки, а вот ее саму оставили в покое. Интерес к Марфе Ата действительно потеряла, зато у нее появился просто жгучий интерес ко мне. Журналистский, конечно. В итоге она раскопала все: и где меня держат, и кто, и кучу других опасных для своей жизни фактов. Как ей это удалось – ума не приложу! Талант, наверное. А я в свою очередь стал обладателем еще более опасных фактов. Я просто читал их в Поле приходивших посмотреть на меня начальников самого высокого ранга. И хотя вслед за магией истончалось, ослабевало и мое умение эмпата, его остатков еще хватило, чтобы вырваться из этого жуткого места.

Вас никогда не удивляло, что после высадки на Луне, в космосе больше ничего не происходило? Ну, крутится на орбите Международная Космическая Станция с богатенькими туристами на борту, создавая видимость бурной работы. Летят к Марсу исследовательские зонды и поочередно пропадают в его окрестностях. А больше ничего!

Не кажется ли вам странной эта тишина в Космосе? Все очень просто. В Америке и России давно построены межгалактические корабли, работающие на совершенно иных принципах и ином топливе. 10 лет назад такой же достраивал и Китай. Наверное, уже достроил. А кто же будет разглашать ТАКИЕ тайны? Скрывать новейшие стратегические технологии еще в Древнем Египте умели. Такие технологии – это власть! Не та бутафорская, что заседает в парламентах и греет кресла президентов, а реальная власть, управляющая миром.

Не кажется ли вам смешным и нелепым, что в век столь стремительного развития науки, когда принципиальные открытия сменяют друг друга чуть ли не ежегодно, полтора (!) века не могут изобрести новый вид топлива?! Конечно же, могут. И, безусловно, давно изобрели.

Не буду пересказывать историю нашего с Атой знакомства в подземельях «секретной науки», закончившегося побегом не только из города или страны – побегом в иную Вселенную. Может быть, когда-то я напишу об этом отдельную книгу. А вот о чем мне хотелось бы еще….

– Сэр, проснитесь! Немедленно проснитесь!

Голос Симпатяги выдернул меня из сна. Пробуждение было тяжелым. Отчего так болит голова? Все как в тумане.

– Сэр, вам уже лучше?

– Лучше… хуже… – потолок надо мной покачивался, словно мы не летели в космосе, а шли на древнем корабле по морю, – что случилось? Где мы?

– Сэр, мы вышли из Черной Дыры!

– Какой Черной… А! И где же мы?

– Сэр! – голос Симпатяги был радостным и донельзя довольным, – мы вернулись на Родину!

– На какую? – уточнил я, все еще безуспешно пытаясь придти в себя.

– Не понял! – недоуменно сообщил мне Симпатяга.

Меры предосторожности

Коробка была сделана из пластика: продолговатая, почти бесцветная и без маркировки. Но пленник узнал ее сразу: стандартная упаковка с ароматическим самоклеем. Маленькие полосочки самоклеющейся пленки, которыми обычно заклеивали рот при похищении. Кто и зачем придумал их ароматизировать, пленник не знал. За последние несколько часов, пока его перевозили на корабль и размещали в рубке под присмотром Клементины, он даже проникся к ней невольным уважением. Профессионал! Казалось, что она предусмотрела все.

– Какой вкус предпочитаете? – ядовито спросила Клемма. Она была несколько разочарована в пленнике – ни одной серьезной попытки к бегству. Лишь примитивная попытка ее подкупить. За что только Борвиш деньги платит? Впрочем, расслабляться ни в коем случае нельзя. Громил – в каюты. Рубку, где она находилась вместе с пленником, заблокировать. Браслеты, стягивающие руки и ноги этого странного человека, на автономном управлении – никаких пьютерных технологий. Мало того, все датчики и клавиши управления защищены стальными чехлами – телекинез, о котором болтал Борвиш, полная чушь, конечно. Но чем звезды не шутят. Рот ему сейчас заклеим. Что еще?

– Кажется, подобные штуки запрещены Гражданской Конвенцией? – спокойно обронил пленник, рассматривая разноцветные ароматические ленточки.

– Совершенно верно, – подтвердила Клементина, – желаете подать жалобу? Нет? Вот и прекрасно! А сейчас на всякий случай и глазки вам завяжем. Не жмет? Впрочем, потерпите.

Внимательно оглядев пленника, женщина удовлетворенно кивнула и подошла к бару. Теперь можно и расслабиться. Кажется, ничего не забыла. Взяла со стойки бутылку минеральной воды, налила в высокий стеклянный бокал и уселась за корабельный пульт. Проверила заданный маршрут, отправила послание Борвишу, подняла упавшую фотографию: единственная, где она вместе с пилотом, и, откинувшись на стуле, прикрыла глаза. Все—таки она устала…

«Плюну на все, – подумала Клементина, – вот закончу это дело, получу свой миллион, куплю новый быстроходный корабль и улечу вместе с пилотом на край Вселенной. В какой-то Рукав Короля Шульца. Хватит мотаться по этим чертовым заданиям. Надоело! Небольшой уютный домик в горах у прозрачного озера, радушные соседи, с которыми можно весело и беззаботно справлять Рождество, зеленый сад с большим цветником – я ведь так любила раньше живые цветы! Нет, закончу дела с Борвишем, дождусь пилота и уговорю его улететь куда подальше!»

Внезапно Клементина почувствовала, как чья-то рука легла на ее плечо и резко вздрогнула. А этот кто-то аккуратно извлек из ее уха кусочек воска и тихо почти ласково произнес:

– Спать!

И Клементина тут же заснула.

А пленник неторопливо обвел взглядом помещение рубки, склонился над пультом и бегло застучал по клавишам, меняя маршрут корабля.

– Телекинез, – насмешливо фыркнул он, – стальные чехлы…

Нет, все—таки он ее переоценил. Никакой мистики, простые биопьютерные технологии. Впрочем, это для него они простые, а эти люди дорастут до них только лет через двадцать. Хотя идея-то вовсе не нова. Обычный симбиоз в принципе. Только вместо сопутствующего организма пьютерный вирус. Делов-то! Несколько лишних веснушек на лице, кто их будет пересчитывать? Сейчас вот на одну стало меньше, зато на свободе. И хорошо, что не поторопился, не сбежал прямо из склепа. Теперь у него есть корабль, а значит весь космос!

Пленник бросил взгляд на фотографию Клементины, стоящей в обнимку с каким-то мужчиной. И тут же у него перехватило дыхание. На руке мужчины было Кольцо Освободителя. Кольцо, которое считалось древним мифом. Кольцо, которое он видел только на рисунках старинных книг!

Возвращение домой

Когда-то Неизвестность уже флиртовала со мной, и я оказался в ином мире. Теперь, когда этот мир стал мне домом, она решила увести меня обратно. Взяла за руку, довела до двери и вдруг… передумала. И теперь маленький пугливый ребенок снова искренне благодарил Звезды:

– Как хорошо, что ничего не случилось!

Я повертел массивное кольцо, подаренное мне Мастером, и неожиданно подумал:

– А ведь Симпатяга мне вновь что-то не договаривает! И это уже не в первый раз!

Взять хотя бы прошлогодний случай на Айкале. Айкал – уникальная планета—заповедник, защищенная ста тридцатью семью Всеобщими охранными законами. Ста тридцатью семью! Сокровищница Всеобщего Правительства регулируется «всего-то» двадцатью четырьмя. Но все эти законы мало спасают Айкал от браконьеров. Главное, зачем они охотятся – это платиновый линь: огромный мохнатый зверь, чей мех при правильной выделке практически вечен. И что не менее важно, настолько дорог, что почти никогда не выходит из моды. Шубы, манто, шапки и прочие меховые изделия из платинового линя имеют даже свои паспорта! Их заводят те, кто выделывает шкуру, регистрируют в Торговой палате, и не дай вам звезды подделать такой паспорт! Тринадцать лет каторжных работ, как минимум. Изделия из платинового линя передаются по наследству, и чем древнее их история, тем выше они ценятся. Впрочем, на новые меха тоже всегда есть спрос – появление нуворишей в разных концах Вселенной – процесс непрерывный. А платиновый линь, словно пропуск в высшее общество.