Василий Каменский – Партизаны (страница 24)

Сидит понуро пост,

  Ждет эшелон.

Горчит виденьем

  Мрачный мост –

На острове Наполеон.

  И даже арка – к толку:

Напоминает треуголку,

  И одиночество в тумане,

Скованное кораблем,

  Застывшим в океане.

Война меняет вещи:

  Мост был иным,

Теперь он стал зловещим

  На службе палачей.

Не даром же Филипп Иваныч

  Не спал ночей,

Пока-то не придумал

  Чудовище взорвать,

Сердито пробирая мост:

  – Ух, окаянная,

Железная кровать.

  И дед пошел на подвиг,

Товарищей увлек,

  И вот отряд от цели

Совсем уж недалек.

  Ночная темь закутала,

Речным туманом спутала

  Незрячие пути,

Кого тут, где найти?

  Кругом ни зги.

Где берега?

  Где лес?

Как островки,

  Отдельных мест

Еще видны куски.

  Колдует мгла.

Сырая тишь

  Вокруг легла.

Как безутешная вдова,

  Кричит вдали сова.

Темь дышит

  Запахом густым

Травы. А по реке

  Плывут, плывут кусты

Возле кустов

  И почерневших виц,

Плывут тихонько вниз

  С водой, не вспугивая

Спящих птиц,

  Не нарушая сон реки

Движением руки.

  И только дед налимом

Скользит, ныряет

  От одних к другим

Через реку неумолимым,

  Неудержимым полководцем

Его винтовка, две гранаты

  Плывут с передним

Верным хлопцем

  Иван Гаврилычем,

Дельфином из Батуми.

  Ни всплеска нет,

Ни капли шума.

  Кусты людей

В туманном свете.