Василий Хлебников – Пыль наших крыльев (страница 1)

Василий Хлебников

Пыль наших крыльев

Глава 1 – Закат в пустыне

Кай Верн ненавидел рассветы на Зерионе-7.

Сквозь трещины в потолке его каморки пробивался тусклый оранжевый свет – не солнца, а гигантской газовой планеты, вокруг которой вращалась эта богом забытая дыра. В воздухе стоял едкий запах верита, смешанный с пылью. Кай потянулся, кости хрустели, как у старика, хотя ему было всего семнадцать.

– Еще один день в аду, – пробормотал он, натягивая пропитанные потом рабочие перчатки.

«Бездонный разлом» жил по своим законам: пыль, пот и боль. Кай сгребал лопатой рыхлую породу, отсеивая синеватые кристаллы верита. Каждый кусок – капля крови за гроши. Каждый ящик – шаг ближе к свободе.

– Эй, червяк! – раздался хриплый голос.

Над ним стоял Гаррук Слот, начальник смены, человек с лицом, похожим на потрескавшийся бетон.

– Ты что, спишь? – Гаррук пнул ящик, и Кай едва успел отдернуть пальцы. – Нормальные люди уже третий ящик тащат!

Кай стиснул зубы. Он мечтал врезать ему. Но ударить надсмотрщика – значит попасть в штрафную шахту, где люди сходят с ума от веритовых испарений за неделю.

– Я тороплюсь, – сквозь зубы пробормотал Кай.

Гаррук усмехнулся, обнажив желтые зубы.

– Мечтатель. Ты здесь сдохнешь, как и все.

Смена кончилась только когда второй спутник Зериона-7 уже висел над горизонтом. Кай волок последний ящик к погрузочной платформе, руки дрожали от усталости.

– Ну что, Верн? – Гаррук заблокировал ему путь. – Опять еле ноги волочишь?

Кай молчал.

– Ладно, вали, – босс махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху. – Завтра отработаешь.

Дорога в «Ржавый каньон» – убогий поселок, где жили шахтеры, – вела через выжженные пустоши. Кай уже почти дошел, когда услышал сзади:

– Эй, космонавт!

Это был Джекс, его друг. Лицо Джекса было черным от пыли, только глаза сверкали в темноте, как у кота.

– Гаррук сегодня особенно гадкий был, да? – Джекс пнул камень.

– Он всегда такой, – Кай вытер лицо, оставляя грязные полосы. – Но я не останусь здесь. Когда-нибудь я улечу с этой помойки.

Джекс фыркнул:

– Куда? На каком корабле? Ты же знаешь, что никто с Зериона не улетает.

Кай посмотрел вверх, где между облаков пыли мерцали чужие звезды.

– Я найду способ.

Кай Верн шёл по узкой тропинке между ржавыми хибарами «Ржавого каньона», чувствуя, как усталость тянет его к земле. Но сегодня, как и всегда, у него была цель поважнее сна.

Джекс шагал рядом, лениво пиная камень.

– Опять в свой сарай? – спросил он, даже не глядя на Кая.

– А куда ещё? – Кай ускорил шаг. – Там ждёт кое-что интересное.

Джекс фыркнул.

– Интересное. То есть твой «двигатель», который не заводится уже полгода?

Кай стиснул зубы, но не ответил.

Гараж Кая был крошечным, забитым до потолка металлоломом, старыми аккумуляторами и ворованными деталями. В центре, на самодельном стенде, стояло нечто, напоминающее реактивный ускоритель – корпус из сплавленного мусора, переплетённого проводами, с камерой сгорания, заполненной синеватым веритом.

– Ну? – Кай снял тряпку с двигателя, словно представлял шедевр. – Сегодня попробуем снова.

Джекс скрестил руки.

– Кай, ты собираешь эту хрень уже сколько? Год? Два? – он ткнул пальцем в клубок проводов. – Это даже на машинке для стрижки не заработает, не то что на звездолёте.

– А ты вообще знаешь, для чего мы добываем верит? – Кай резко повернулся к нему. – Его перерабатывают в топливо для гипердвигателей. Тот самый «эликсир», на котором летают корпоративные фрегаты.

Джекс нахмурился.

– И что? Ты думаешь, что из кусков сырого кристалла сделаешь горючку?

– Я читал старые инженерные схемы! – Кай ударил кулаком по столу. – Там есть способ очистки. Нужно только…

– Брось, Кай. Джекс перебил его, голос вдруг стал тише. – Ты не ученый. Ты даже не механик. Ты просто парень из шахты, который слишком много мечтает.

Тишина повисла густой пеленой.

– Знаешь что? – Джекс развернулся к выходу. – Валяй, играй в своего гения. Но когда тебя поймают за кражу деталей или взорвёшь себе лицо – не зови меня.

Дверь гаража захлопнулась. Кай остался один.

Только двигатель, пыль и тихий гул далёких генераторов за стеной.

Он сжал кулаки.

– Ну и ладно.

Кай вытер пот с лица, оставив на коже чёрные разводы от пыли и машинного масла. Двигатель перед ним молчал, как и все прошлые вечера. Провода искрили, верит в камере тускло мерцал, но гипердрайв так и не запустился.

– Чёрт! – Кай швырнул гаечный ключ в стену.

Звук металла, ударившегося о ржавый лист, эхом разнёсся по гаражу. Он закрыл глаза, чувствуя, как ярость пульсирует в висках.

«Ты слишком похож на отца», – говорила ему мать перед смертью.

Отец не умел отступать. Даже когда Гаррук Слот обозвал его «отбросом шахты», он не смолчал. Один удар – и пожизненная ссылка в штрафную шахту, где веритовые испарения за три месяца превращают человека в ходячий труп. Отец продержался полгода.

А мать… мать просто сгорела. От лихорадки, от усталости, от безнадёжности.

Кай открыл глаза и снова взялся за инструменты.

– Не сдамся, – прошептал он в пустоту.

Кай вышел из гаража, оставив позади очередную неудачу. Воздух Зериона-7 был густым и едким, но хотя бы здесь он не чувствовал себя запертым в клетке из собственных мечтаний.

Он шёл по узким улочкам «Ржавого каньона», где тени от ржавых балок ложились на землю, как полосы тюремной решётки.

С соседней улицы послышались голоса.

– Давай, старый, отдавай сумку, а то хуже будет!

За углом, в тусклом свете уличного фонаря, трое отбросов окружили худого старика в поношенном, но явно когда-то дорогом костюме. У одного из нападавших в руке блестело лезвие.

Кай замер. «Не моё дело», – подумал он. «Сам чудом выживаю».

Но старик не кричал, не умолял. Он просто стоял, глядя на хулиганов с каким-то странным спокойствием, будто они были мухами на стене.

И в этот момент что-то щёлкнуло в Кае. Он не герой. Но и трусом не был.

– Эй, уроды! – крикнул Кай, хватая ржавую трубу, валявшуюся в куче мусора.