Василий Горъ – Щегол 1-11 (страница 179)

— Игнат, скажи, пожалуйста, ты действительно считаешь тридцать один с лишним миллион рублей долей рядового бойца⁈

Я плюхнулся на диван, вытянул ноги и пожал плечами:

— Откровенно говоря, то я рассчитывал получить значительно меньше. Но переговоры удались, и Ляпишев сделал очень приличный шаг навстречу…

— Эта фраза должна звучать не так… — насмешливо фыркнула Иришка. — Во время прошлых переговоров и встреч наш командир расчетливо загонял Дмитрия Львовича в нужный коридор возможностей. А сегодня план Игната «выстрелил», и нас постарались убедить не бросать промысел, не сливать на сторону информацию о возможности увеличивать вероятность приживления умений с помощью энергетических узлов и поделиться информацией об их локализации.

Напоминать, что «коридор возможностей» был придуман не мною, а ею, я не стал и плавно съехал с некомфортного момента объяснений:

— Да, приличную часть денег мы получили за сами энергетические узлы, за молчание и за знания. А потом я разделил обещанную сумму на пять равных частей — четыре доли рядовых бойцов и одну командирскую…

— Игнат, вы скормили мне Искру второго ранга. Одну из четырех самых доро— …

— Свет, это не считалось до твоего прихода в эту команду, не считается сейчас и не будет считаться впредь. Просто потому, что у нас должны быть умения с самым высоким потолком развития. Или, говоря иными словами, для нас четверых Искры — это расходники и не более. Далее, я считаю, что раз мы — команда, значит, по умолчанию, делаем все, что можем, и в Большом Мире, и в Пятне. Поэтому никаких пересчетов доль согласно неким конкретным заслугам не будет: вам будет доставаться по одной равной, а мне, командиру — две.

— И последнее… — продолжила Ира, решившая внести свою лепту в воспитание ребенка. — Для того, чтобы отучиться реагировать на «страшные» суммы, достаточно принять сердцем один-единственный тезис: наша команда — лучшая. Во всем, включая заработки.

— Все верно: наша команда — лучшая! — без тени улыбки повторила Уфимцева и порывисто прижала ладошку к сердцу: — Спасибо, ребят — мне полегчало. Раз и навсегда. Что у нас в планах дальше?

— Завтрак для тех, кто еще не поел, затем сборы и выезд на автодром… — ответил я.

— А на чем едем?

— На бронированном «Буране». Но скучно тебе не будет.

— Интригующее заявление! — лукаво прищурилась мелкая и, выполнив безмолвную команду Ирины, метнулась за стол. Ольга последовала ее примеру, а мы с моим личным наказанием составили им компанию. В смысле, веселили. Все время, пока эта парочка уничтожала свои порции рисовой каши с изюмом и остатки яблочного пирога. А потом команда разбежалась по гардеробным и собралась уже в гараже.

Как только загрузились в салон кроссовера, Света потемнела взглядом и криво усмехнулась:

— Игнат, по-хорошему, я должна позвонить Паше и сообщить, что мы уже дома. Но мне кажется, что будет лучше, если это сделаешь ты. Иначе он сочтет мой звонок демонстрацией все еще сохранившегося интереса и не остынет.

— И чем ты для него сейчас занимаешься? — спросил я, решив разобраться в ее отношении к этому вопросу.

— Еду с вами. По каким-то делам… — не задумавшись ни на мгновение, ответила она, поймала мой взгляд в зеркале заднего вида и добавила: — Я не собираюсь его обманывать. Просто опять ухожу в твою тень. Как подруга и член команды, сосредоточенный на личном развитии.

— Красотка! — похвалила ее моя благоверная, а я уважительно склонил голову, набрал Максакова и вывел звонок на динамики автомобиля.

Паша принял вызов буквально через секунду и встревоженно спросил, что со Светой. Я мысленно вздохнул и сделал вид, что не обратил внимания на «странность» этого вопроса:

— Ничего: сидит, вон, на заднем сидении и о чем-то шепчется с Ирой. А я от имени всей команды желаю тебе доброго утра, извиняюсь за то, что звоню в субботу в такую рань, и сообщаю, что мы уже вернулись из Пятна. Причем живыми, здоровыми и довольными жизнью.

Девчата тоже поздоровались. Хором:

— Привет, Паш!

— Привет всей команде… — не очень радостно отозвался он, почувствовал, что «проседает», и исправился: — Раз вы довольны жизнью, значит, этот рейд получился?

— Ага!

— Не то слово!

— Они, вон, до сих пор сияют! — почти одновременно воскликнули дамы, а затем свое веское слово сказал и я:

— Да, получился. Правда, мы здорово вымотались, но это было ожидаемо и не удивило. Кстати, не забудь передать наши приветы Лизе и сказать, что мы о ней не забывали.

Тут в голосе Максакова наконец появилось настоящее тепло:

— Передам обязательно. Но после полудня. А пока мою несчастную сестру терроризирует учитель бальных танцев.

— Она сама кого хочешь затерроризирует! — улыбнулся я и посерьезнел: — Кстати, пока не замотался и не забыл: в это воскресенье у меня, вроде как, день рожде— … Прости, тут мне врезали в печень за то, что молчал…

— И правильно сделали: о таких датах надо предупреждать заранее! — авторитетно заявил он.

Я повинился и продолжил прерванную мысль:

— Так вот, официально приглашаю тебя и твою сестричку на семейные посиделки по этому поводу. Только имей в виду, что прибыть в поселок вы обязаны не позже вечера пятницы! Вопросы?

— Вопросов нет. Прибудем.

— Отлично. Если что, Виталия, Антона и Егора тоже приглашу сам. А их благоверных не смогу — у меня нет их прямых контактов.

— Они есть у меня… — «злобно» буркнула Ольга и снова приложилась к моей печени локотком.

Я виновато улыбнулся и, наконец, добрался до конца монолога:

— И еще: буду рад увидеть и Ольгу Максимовну. Но предупреждаю, что эти выходные планируются очень буйными…

…Я провисел на телефоне практически всю дорогу до автодрома, зато пригласил на день рождения всех, кого хотел видеть. А на окружном шоссе Южного немного поотбивался от трех «обозленных» фурий. Эта «война» еще немного улучшила и без того прекрасное настроение, так что к КПП «Старта» я подкатил, улыбаясь во все тридцать два зуба. А там меня чуть не послали куда подальше, сообщив, что автодром закрыт на все выходные.

Пришлось набирать Янковского и сообщать, что в этот раз я приехал на «Буране».

— На черном? — зачем-то спросил он.

Я подтвердил.

— Мы так и думали! — довольно хохотнул, пообещал, что нас сейчас запустят, и отключился.

Нас не только запустили, но и очень вежливо попросили проследовать за стареньким «Мастифом». Так что искать Сергея Сергеевича и Вячеслава Александровича не пришлось: они стояли возле бокса с неплотно прикрытыми створками и грелись на теплом весеннем солнышке.

Увидев мой кроссовер, изумленно переглянулись. Как выяснилось уже через полминуты, узнав эту конкретную модификацию и, как выразился бы мой «любимый» курсовой офицер, охренев напрочь. Впрочем, свои мнения высказали культурнее некуда:

— Серьезная у вас машина…

— … этой модификации в свободной продаже нет.

— Мне ее подарили… — честно сказал я. — И я в восторге.

— Не удивлены… — понимающе усмехнулся Янковский и посерьезнел: — Ладно, о «Буранах» и их модификациях поговорим как-нибудь потом. А пока предлагаю познакомиться с новой «Стихией».

Пока он говорил, Кутепов чуть-чуть приоткрыл одну из створок ворот и пригласил нас в бокс, оказавшийся чем-то вроде просмотрового зала.

Я пропустил девушек вперед, вошел в огромное помещение следом за ними, сделал шаг в сторону и с интересом оглядел новое творение концерна «Москва». Ну, что я могу сказать о дизайне этой машины? То, что это именно «Стихия», было видно с первого взгляда. Хотя дизайнеры радикально изменили форму переднего бампера, фар, крыльев, воздухозаборников, боковых зеркал… Да, черт, тем же самым остался только… цвет!

— Хе-хе, черная! — весело хихикнула Ольга, а Ира повернулась к Сергею Сергеевичу и сыто мурлыкнула:

— Как я понимаю, вы решили сыграть на уже устоявшемся образе Игната?

— Так и есть… — подтвердил он. — У абсолютного большинства любителей автомобилей этого класса Игнат Данилович ассоциируется с угольно-черной «Стихией». А рвать такие шаблоны, мягко выражаясь, нецелесообразно.

Я согласно кивнул, покосился на клон красотки, стоящий метрах в двадцати, и задал вопрос поактуальнее:

— А почему машины не обклеены пленкой, затрудняющей определение их внешнего вида?

Янковский расстроенно вздохнул:

— К сожалению, в середине прошлой недели кто-то из сотрудников опытного цеха снял и выложил в Сеть высококачественный видеоролик, демонстрирующий эту модель во всей красе. А наша СБ зашевелилась только к тому моменту, когда под этим конкретным роликом было под двадцать миллионов просмотров. В общем, нам пришлось начинать рекламную компанию чуть раньше и в, скажем так, не самом стандартном варианте.

— Может, оно и к лучшему… — буркнул я и вслушался в голос Дайны, закончившей взлом ИРЦ обеих «Стихий»:

— Между нами, девочками, говоря, эти машинки поинтереснее твоей и с моим тюнингом не поедут, а полетят. Так что ссылай Иришку со Светой на площадку и айда гонять!

Пока она меня подзуживала, Кутепов поинтересовался моим мнением о машине. Пришлось озвучивать:

— Внешне — хороша. И узнаваема. Но мнение, как таковое, сформируется только после того, как я проеду на этой красотке хотя бы километров десять.

— Она в вашем распоряжении! — подал голос Янковский и протянул мне ключ-карту.

— А что с площадкой, инструктором и каким-нибудь автомобилем? — поинтересовался я и скосил глаза на Свету.