Василий Горъ – Полукровка (страница 25)
— Сбрасывай — посмотрю, как они закодированы, и решу, стоит ли пытаться подбирать пароли…
Сбросил. Подождал «аж» полторы секунды и узнал, что взломать архив, в принципе, можно, но на это дело потребуется как минимум четверо суток, решил, что этот срок меня устраивает, влез в скаф и умотал обживаться в МДРК…
…В учебно-тренировочных миссиях вирт-полигона мне приходилось заменять либо первого пилота малого диверсионно-разведывательного корабля «Химера», либо одного из десяти приписанных к нему диверсантов. А вот роль второго пилота и, по совместительству, Умника я не примерял ни разу, так как Аллигатор готовил меня к поступлению на конкретный факультет конкретной Академии ССО и не считал необходимым тратить время школьника на освоение аппаратуры КТК. В том же ключе «обрезал» и всю «лишнюю» информацию по этому кораблю. Поэтому я не одну сотню раз начинал миссии в рубке или каютах первой палубы и регулярно затаскивал «раненых соратников» или пленников в трюм, зато в принципе не представлял ТТХ соседнего «рабочего места» и ни разу не видел процесса загрузки боекомплекта. Так что, добравшись до рубки, упав в «знакомое» пилотское кресло и с помощью копии «Феникса» подстроив под себя, подключился к системе и первым делом полез в рабочий интерфейс суперкарго. А после того, как понаблюдал за суетой дроидов и убедился в том, что ПКР и мины размещены именно так, как я привык, ознакомился с тактико-техническими характеристиками сканеров и, откровенно говоря, потерял дар речи. Ибо этот кораблик ССО при желании мог заменить «Морок»!
Пока дурел от цифр, на рефлексах проверил центровку «груза» и прогнал все предполетные тесты. Затем запоздало сообразил, что нахожусь не в вирте, а значит, могу поручить это дело Фениксу, и, дождавшись появления «зеленого» отчета, загерметизировал корабль, «спрятал» под маскировочное поле и врубил антигравы. А вот выводить его наружу самостоятельно, каюсь, не рискнул, ибо слишком хорошо помнил цикл занятий, посвященных «особенностям поведения» новых бортов, и не горел желанием впороться в стены достаточно узкого тоннеля. В общем, попрощавшись со Стражем, передал бразды правления его «коллеге» и немного поскучал.
Зато после того, как «Химера» выскользнула в открытый космос, перетянул управление на себя, отвел подальше от астероида и порядка получаса гонял в разных режимах и сравнивал характеристики каждого отдельно взятого маневра с эталонными, залитыми в программную оболочку «Стандарт». Результаты не разочаровали — МДРК вел себя достойнее некуда — вот я и расслабился. Вернее, вытребовал у искина параметры условно безопасного внутрисистемного прыжка, навелся на нужный вектор, разогнал корабль и ушел в струну. А после того, как вернулся в обычное пространство и убедился в том, что нас никто не засек, кинул взгляд на таймер обратного отсчета, стараниями Феникса появившийся в моем ТК, решил, что торчать в пилотском кресле два часа десять минут — извращение, и умотал заселяться в каюту командира корабля. Ибо занимать обычные «было не по статусу».
Одним заселением, естественно, не обошелся — сдал скаф на обслуживание, потерроризировал терминал ВСД и получил полный комплект обмундирования, как следует помылся, оделся, плотно поел и… сообразил, что имею право выдать себе личное оружие. Поэтому вернулся к терминалу, изучил соответствующий раздел и обзавелся штатным игольником старших офицеров ССО «Шторм-2С», тактическим ножом с забавным названием «Пацифист», двумя метательными, тычковым, «разгрузкой», запасными магазинами с четырьмя типами игл, тремя типами гранат и даже цепной пилой Джильи. Да, со стороны это, вероятнее всего, выглядело ребячеством, но в системе координат, созданной под руководством Аллигатора, альтернативы не существовало в принципе. Вот я и привел себя к кондициям, которые считал нормальными. Потом немного повалялся, вернулся в рубку, упал в свое кресло и… хмуро уставился на голограмму, возникшую перед лицом.
— Это краткая выжимка из того, что я нарыл в открытых каналах связи… — сообщил искин. А после того, как я вздохнул, добавил: — Ага, радоваться, мягко выражаясь, нечему: «шоколадки» давят. Судя по алгоритмам ведения боевых действий — выполняя приказы «военных советников» из ССНА или ОЕ. Говоря иными словами, медленно, но уверенно выносят борт за бортом, защищающие орбитальные крепости и самые крупные города, внаглую высаживают толпы отморозков к мелким и отрываются в своем фирменном стиле. То есть, убивают, насилуют, тырят все, что плохо лежит, и… забивают БДК живым товаром.
— А что с противодействием? — угрюмо спросил я.
— Воюет почти вся планета, начиная с личного состава подразделений ВС и заканчивая родовыми дружинами мелких дворянских родов. Но любая попытка объединить силы заканчивается орбитальными ударами. К слову, ими же было уничтожено порядка семидесяти процентов пусковых установок ПВО и ПКО, чуть менее сорока процентов складов ракетно-артиллерийского вооружения и так далее. Ну, а об орбитальных сооружениях можешь вообще не спрашивать — над планетой все еще висят только орбитальные крепости. Но… скоро упадут и они.
— Почему?
— Если верить сообщениям некоего Макса, регулярно появляющимся во всех открытых каналах связи, то семь с половиной часов тому назад «шоколадки» протащили через ЗП-двенадцать два древних монитора «Дестроер»
и усиленно пытаются разогнать до скорости ухода во внутрисистемный прыжок.
Я подобрался:
— А чем именно и с каким сопровождением?
Феникс начал с приятного:
— Присобачили к корпусам по четыре движка от разных линкоров и дуреют от сложности согласования тяг. А сопровождение серьезное: три разномастных тяжелых ударных крейсера, два постановщика помех, восемь фрегатов, корабль-матка и как минимум один малый разведчик. И последнее: Макс, судя по всему, летает на чем-то типа геологоразведочного бота «Гном», так как периодически наведывается к ордеру сверхкороткими прыжками и сразу же сваливает, чтобы не догнали и не сожгли. А сканеры врубает на время разгона и получает данные с очень большой дистанции.
Я отстучал на подлокотнике кресла бравурный марш и принял решение:
— Мониторы — это слишком серьезно: если выйдут на дистанцию открытия огня, орбитальным крепостям настанет кирдык. И раз за семь с половиной часов этот ордер никто не остановил, значит, Семнадцатый Пограничный флот увяз по полной программе, а Кот, Лом и Мрак либо мертвы, либо играют за мятежников, либо свалили из системы. В общем, Смоленск подождет — рассчитывай курс к ЗП-двенадцать…
Глава 14
…Защитники Смоленска понимали, чем опасны мониторы, ничуть не хуже меня. Но все четыре попытки атаковать давно устаревшие, но все равно могучие машины не увенчались успехом — на пути от точки выхода из внутрисистемного прыжка до ордера «шоколадок» мы насчитали двенадцать «сфер» из обломков, разлетавшихся в разные стороны.
Да, неслабо досталось и кораблям вояк из АС — тяжелый ударный крейсер проекта «Сен-Дени», последний экземпляр которого сошел с верфей Объединенной Европы в конце прошлого века, пилил на одном движке, чуть более современный «Антверпен» потерял добрую треть оружейных башен и обзавелся двумя здоровенными пробоинами, а один постановщик помех и два фрегата «исчезли». Но тральщики были абсолютно целыми и, что самое неприятное, современными. А остальные корабли шли в достаточно правильном строю — что косвенно подтверждало наличие на каком-либо из них «военных советников» — радиообмен удивлял не столько плотностью, сколько четкостью, а мониторы успели набрать восемьдесят девять процентов скорости, необходимой им для выхода на струну.
Еще один крайне неприятный «штрих» мы обнаружили, подлетев к ордеру на расстояние, с которого заработал оптический умножитель — двигатели от линкоров, присобаченные к мониторам, оказались прикрыты дополнительными слоями брони. Причем настолько хорошо, что я был вынужден отказаться от идеи пропихнуть между ними и прочным корпусом громадин единственный «Смерч», «Тайфуны» или «Гиацинты». Шмалять ракетами в движки со стороны рабочей зоны тоже было бессмысленно из-за мощности выхлопа. Равно, как и «ронять» мины между тральщиками и «Дестроерами»: «Гиацинты» были рассчитаны на пробитие брони крейсеров, а против этих дур не тянули.
В общем, пришлось хорошенечко поизвращаться. В смысле, придумать шесть способов качественно усилить один-единственный более-менее реальный вариант порадовать «шоколадок», потерзать вычислительные мощности искина, забраковать четыре задумки, объединить две оставшиеся в одну и в очередной раз задействовать программатор ПКР. Ну, а потом мы начали хамить — подошли к одному из мониторов вплотную, уравняли скорости, выбрали подходящее место между двумя носовыми орудийными комплексами ближнего радиуса действия, «притянулись» к броне и выпустили наружу ремонтные дроиды.
Ими, естественно, управлял Феникс. Ибо знал, где именно заканчивается наше маскировочное поле, соответственно, был в состоянии гонять «Техников» куда энергичнее, чем я. Вот и оторвался — выгрузил и закрепил «Смерч», затем разместил на его корпусе два «Гиацинта» и активировал их «шапки». Чтобы они гарантированно прикрыли ПКР. Закончив с этим делом, вернул трудяг в трюм, поднял аппарель и проконтролировал уход МДРК в вертикальную «свечку».