Василий Горъ – Полукровка 5 (страница 8)

В общем, теоретически мы могли приступить к реализации основной задачи рейда двадцать четвертого «поздно вечером». Но я не видел смысла гнать лошадей, поэтому «подмял» искин «Лекаря», утащил оба корабля в пояс астероидов, пристыковал к каменюге размером с монитор, устроил посиделки в кают-компании госпитального судна, а потом отправил народ отсыпаться.

Умотал и сам. В командирскую каюту своего МДРК. В компании девчат. А там выпал в осадок от прямоты и самоотверженности Красоток — потискав нас с Карой от силы минут пять, Темникова с Костиной заявили, что слишком сильно соскучились, из-за чего боятся сорваться с нарезки, поручили нам как следует оторваться, пообещали вернуться часа через полтора-два и ускакали укладываться в вирткапсулы.

Как следует загрузиться мне не позволила Марина — завалила на кровать как бы не раньше, чем щелкнул дверной замок, ровно полтора часа показывала небо в алмазах, а потом увела в душевую кабинку и подомогалась еще разок. В результате у меня напрочь отключилось критическое мышление. Поэтому, вернувшись в каюту и обнаружив, что Ослепительные Красотки уже возлежат на кровати, а «Техник» уносит… хм… несвежее белье, я спокойно откинул одеяло, полюбовался точеными фигурками, чисто символически прикрытыми полупрозрачными ночнушками, завалился между ними, притянул к себе сначала Машу, выигравшую право провести эту ночь рядом со мной, а затем и Дашу, устроившуюся чуть поодаль, и весело заявил, что успел соскучиться.

Да, в этот момент я унюхал запах шампуня и допер, что раз эта парочка сбрасывала напряжение в «Принцессе», значит, оно появилось из-за меня, но тихое счастье, которым шарахнуло от подруг, вымело эту мысль из сознания и заставило выдохнуть абсолютно искреннее признание:

— Мне вас так не хватало…

Накрыло всех трех. Желанием поделиться радостью от этого признания. Однако хроническая усталость от девятисуточного тренировочного марафона никуда не делась, поэтому нас вырубило от силы минут через десять.

Не знаю, как девчатам, а мне снился спокойный «семейный» отдых на берегу океана, фантастически красивый закат и еле слышный плеск прибоя. Увы, в какой-то момент эту идиллию разрушила активация будильника, и я страшно обломался. Вот и ворчал до конца завтрака. А потом заставил себя собраться, подключился к общему каналу всей команды и уронил в него пачку заранее расписанных ценных указаний.

Само собой, зашевелился и сам — быстренько натянул скаф, поднялся в рубку, подождал, пока Марина переведет «Лекаря» в красный режим и откроет летную палубу, вывел «Наваждение» наружу, рассчитал текущие координаты Турфана-три, подмял бортовые искины кораблей своих напарниц и Базанина, вывел на вектор разгона и увел во внутрисистемный прыжок. После того, как мы вернулись в обычное пространство, отпустил все четыре «боевых» борта на облет планеты и сбор информации согласно контрольным перечням задач, подготовленных Настеной. А сам занялся тем же самым, но по своей методике. Все необходимое выяснил чуть менее, чем за четыре часа, а оставшиеся два бил баклуши. То есть, висел на высоких орбитах, поглядывал на довольно-таки симпатичный шарик, обменивался сообщениями с Завадской и ждал, пока отстреляется «молодежь». Пробездельничал и почти весь обратный перелет. Зато выложился до предела после общего обеда — влез вторым темпом сразу в четыре системы моделирования боевых действий, проконтролировал процесс «шлифовки» акций, спланированных Ахматовой, исправил десяток недочетов, снова собрал без пяти минут свободных оперативников в кают-компании и толкнул «мотивирующую» речь:

— Перед тем, как отпустить вас в условно свободное плавание, считаю должным привлечь внимание к двум важным нюансам. Нюанс первый: да, война уже закончилась, но седьмой отдел продолжает лютовать, а значит, местные рабовладельцы наверняка готовы к визитам героических спасителей и могут устроить вам похохотать. На международные скандалы, которыми гарантированно закончатся ваши ошибки, мне, по большому счету, плевать. Зато не плевать на ваши жизни. Поэтому мелкие, но вовремя исправленные просчеты мы, ваши вторые номера, не заметим. А за крупные или особо дурные накажем, отлучив от участия в подобных рейдах эдак месяца на полтора-два. Кстати, ваши планы только выглядят идеальными: вам и Насте пока не хватает опыта, знаний и фантазии, а я хочу научить вас думать. Вот и помог убрать лишь самые серьезные шероховатости. А мелкие оставил. И их, увы, предостаточно. К примеру, никто из вас не обратил внимания на местный стиль пилотирования флаеров. А зря: самая состоятельная часть жителей Таласа, в котором вы собираетесь работать, игнорирует правила воздушного движения чаще, чем соблюдает. Так что добавлять небольшие области отчуждения к воздушным трассам над элитными районами столицы Турфана было абсолютно бессмысленно: местные лихачи летают так, как заблагорассудится, а значит, могут впороться в ваши корабли практически где угодно. Но если вы во время внутрисистемного прыжка еще раз вдумчиво проанализируете свои записи, то наверняка скорректируете имеющиеся маршруты захода на поместья первых «клиентов» так, чтобы минимизировать шансы случайных столкновений. Нюанс второй и последний: для того, чтобы оправдать доставку в эту систему госпитального судна, вы должны провести как минимум по три успешные спасательные операции. Но провал любой отдельно взятой поставит крест на всех остальных. Поэтому запретите себе расслабляться до завершения рейда…

…Моя накачка сработала именно так, как требовалось — уже минуте на пятнадцатой пребывания на внутрисистемной струне Матвей сообразил, что небо над мечетями всегда остается чистым. Вот и уронил мой МДРК к нужной окраине Таласа по одному из таких «естественных коридоров».

Не сделал ни одной сколь-либо значимой ошибки и за следующие минут тридцать пять-сорок — толково подошел к поместью директора второго по величине частного банка планеты, завис над берегом премиленького озера, обратил внимание на излишнюю плотность радиообмена в отдельно стоящем здании, догадался поручить Фениксу проанализировать эту активность аж по восьми параметрам и получил все основания счесть, что так «надрывается» некая приманка для наших особо дурных коллег. Вот и натравил кластер искинов не на пустышку, а на ИИ системы безопасности.

Взяв под контроль особняк, с помощью специальной программки нашел реестр, в котором хранились биометрические данные господина Мустафы Йылмаза, влез в самую защищенную часть архива камер СКН, познакомился с жизнью наложниц и… задавил проснувшуюся ярость. Но напрашивавшиеся выводы сделал. Поэтому перед тем, как высадить дроидов на балкон третьего этажа, выбрал самый жесткий из предустановленных вариантов уничтожения тварей в человеческом обличье. И… не стал фокусироваться на Возмездиях — подключился к динамикам системы оповещения трюма и «построил» нашу «боевую двойку» врачей:

— Господа, готовьтесь принимать пациенток: ориентировочное время возвращения первого «Техника» — четыре минуты двадцать секунд…

Впрочем, как только все девять наших соотечественниц и большая часть дроидов оказались на борту, переключился на камеру одного из «Техников» и понаблюдал за моим дополнением к Воздаянию — чисто символическому погребению во внутреннем дворе поместья трех патологических садистов. А после того, как действо закончилось, криво усмехнулся:

— Хоронить мусульман вверх ногами, да еще и завернутыми в свиные шкуры — это сильно… но слишком долго, а значит, рискованно.

Я согласно кивнул:

— Ты прав. Поэтому я попросил приобрести на одном из мясокомбинатов Индигирки всего два десятка свиных шкур и опосредованно похороню в таком стиле только настоящих тварей, которые попадутся нам в руки в этом боевом вылете. А всех остальных мы будем загружать в трюм, довозить до пояса астероидов и выбрасывать наружу.

— Ты думаешь, что местные смогут провести правильные параллели?

Тут я расплылся в недоброй улыбке:

— Так мы же поможем: будем оставлять в каждом разоренном поместье обрезки свиных шкур… а перед уходом из системы сбросим в местную Сеть видеозапись погружения пары-тройки правильно «упакованных» и еще живых уродов в какое-нибудь зловонное болото…

…Подходящее болото нашли в начале восьмого утра по времени Таласа, но показательно утопили не пару-тройку уродов, а аж восемь представителей рода Демир — главу, его младшего брата, трех сыновей, племянника и двух внуков. И пусть для того, чтобы завернуть в свиные шкуры всех этих тварей, пришлось вызвать к себе «Наваждение» Завадской, зато у меня перед глазами перестали мелькать фрагменты ночных забав этих ублюдков, Власьев почти перестал скрипеть зубами, а наши врачи, наблюдавшие за Воздаянием с помощью картинки, вывешенной над медкапсулой, поклонились внутренней камере и продолжили возиться с самыми истерзанными женщинами.

Пока выходили в открытый космос и разгонялись на внутрисистемный прыжок, я «собирал» и изучал видеоотчеты по двум первым акциям наших подопечных. А во время пребывания на струне создал нарезку для небольшого разноса, хотя, по большому счету, даже Оля, косячившая сильнее всех, не сделала ни одной серьезной ошибки. Увы, анализируя поведение «курсантов», я вынужденно пропускал через себя материалы, выводившие их из себя. Вот к концу перелета и озверел. Но срываться на своих был не готов, а «чужих» мы с собой не прихватили. Вот и пришлось загружать мозги статистикой. То есть, подключаться к камере СКН летной палубы «Лекаря» и считать спасенных.