Василий Горъ – Князь Кошмаров (страница 50)
Трансляция эмоций Михаила Владимировича не заставила себя ждать и, как ни странно, порадовала — он на самом деле любил незаконнорожденную дочку, на самом деле сходил с ума из-за ее ранений и на самом деле чувствовал себя виноватым во всем, что с ней произошло. Скажу больше: он переживал за Вику настолько искренне и сильно, что я на какое-то время забыл об аборте, сделанном Лидии Алексеевне по его приказу. Да, как только Воронецкий добрался до палаты Татьяны и почти равнодушно оценил состояние невестки, воспоминание, от которого меня и мой Ближний Круг воротило всю неделю, мгновенно вернулось и снова разозлило. Но факт остается фактом — я порядка пяти минут
К слову, остыть до приемлемого уровня мне помогла все та же Настена — прервала трансляцию эмоций наследника престола, в которых практически пропало тепло, и «затопила» своими. А когда поняла, что злость оттягивается слишком медленно, «возникла» за моей спиной и стала разминать трапеции.
Я благодарно погладил ее по руке, закрыл глаза и секунд тридцать-сорок наслаждался восхитительно приятным сочетанием чувств и прикосновений. Увы, потом «силуэты» целительницы и ее собеседника повернулись к двери, и мне пришлось возвращаться в реальность. То есть, выслушивать завершение благодарственного монолога Михаила Владимировича, убеждаться в том, что он действительно испытывает к Ксении Станиславовне самые теплые чувства, присутствовать при их прощании, поднимать гостя к «Орлану» и отвозить на авиабазу.
Наше прощание тоже не затянулось — Воронецкий, по словам Дайны действительно опаздывавший на какую-то важную встречу, пожал мне руку, пожелал всего хорошего моей «свите», забрался в «Эскорт» и пропал из виду за задвинувшейся дверью. Дожидаться взлета «Антея» я и не подумал — поднял Иришку и Настену в квадрокоптер, отправил первую в пилотскую кабину и помог второй опуститься в кресло Ольги, сел на свое и почувствовал, что тяжелею.
Не успел скосить взгляд на свой иллюминатор и увидеть транспортник, проваливавшийся вниз, как ожил коммуникатор и продемонстрировал личико Недотроги. Я, естественно, принял вызов и вслушался в ее монолог:
— Игнат Данилович, я только что болтала с Ульяной и выяснила, что она собирается в рейд длительностью в четыре недели. Причем отправится в него либо сегодня вечером, либо завтра утром. Это так?
Я подтвердил.
— Мне очень надо поговорить и с вами, и с нею до ее отлета с Дивного. Мои действия?
— Наш борт уже прибыл? — поинтересовался я.
— Должен сесть в течение семи-восьми минут.
— Тогда вылетай не в Новомосковск, а сюда. И привези в поместье Марину Игоревну: думаю, моральная поддержка дочки ей сегодня не помешает…
…Уведомление о въезде на охраняемую территорию «Бурана» Надежды возникло на линзах МДР в тот момент, когда я справился с четвертым этапом трансформации
Пока шел к лифтовому холлу, успел засечь прозрением оба «силуэта», стремительно приближавшихся к особняку, и изучить особенности свечения более тусклого. Хотя осматривал его каждое утро и понимал, что за последние сутки он измениться не мог. Потом вызвал лифт, в кои-то веки вошел в него не первым, а вторым, ткнул в нужный сенсор и ободряюще погладил спутницу по предплечью:
— Солнце, твоя матушка — УЖЕ инициировалась, УЖЕ взяла второй ранг и УЖЕ сегодня получит личное дворянство. Значит, оставь ВСЕ тягостные воспоминания прошлому, наслаждайся счастливым настоящим и предвкушай счастливое будущее.
Она благодарно потерлась щечкой о мое плечо и отпустила тормоза — «нахально» взлетела на полметра, чмокнула в скулу, приземлилась на то же место, заявила, что я, как всегда, прав, и приложила меня
— Мам, у тебя появились
— Ну, так она ж Беркутова-Туманная, а нам без них никак… — «деловито» напомнила Недотрога, заметила, что я отставил левое предплечье, «возникла» рядом с ним, оперлась на руку, вместе со мной плавно развернулась на месте и величественно поплыла к лифтовому холлу…
Пока поднимались в кабинет, рассказывала о достижениях подопечной и особенностях ее характера. А после того, как с моей помощью опустилась в кресло, отказалась от предложенных прохладительных напитков и перешла к делу. По своему обыкновению, описав «проблему» предельно подробно и без какого-либо стеснения:
— Игнат Данилович, я собираюсь убедить Валеру взять Ульяну второй женой. Причин для этого решения предостаточно: она для меня — больше, чем подруга, и я не хочу отпускать ее в другую семью; мой муж ее по-настоящему уважает и, как мне кажется, видит в ней женщину; мы со Шпагой мотаемся в рейды в противофазе, а он частенько остается в Большом Мире один, и… наш род должен расти. Поэтому мы с ней будем рожать по очереди и воспитаем достойных детей. Само собой, в том случае, если у вас нет своих планов на эту грань будущего У— …
Дослушивать это дополнение я не стал:
— Надь, вы для меня НЕ ресурс. Так что если И Валерий Константинович, И Ульяна захотят того же, что и ты, то я за вас искренне порадуюсь. Дальше объяснять?
— Нет! — радостно воскликнула она,
заявила, что я — самый понимающий глава рода во всей Вселенной, попросила разрешения рвануть к «Больше, чем подруге», выслушала ответ и унеслась ее уговаривать. Ну, а я, проводив ее взглядом, посмотрел в объектив потолочной камеры и вопросительно мотнул головой.
— Вовремя она подсуетилась… — заявила Дайна. — Ульяна почувствовала уверенность в себе и начала поглядывать по сторонам в поисках достойного мужчины. Валерий Константинович для нее табу. Как муж бывшей хозяйки. Но нравиться — нравится. Впрочем, Шпага согласится на предложение Недотроги не только поэтому: они действительно не просто подруги, и бывшей горничной не хочется покидать «зону комфорта».
— А как на это предложение отреагирует Валерий Константинович?
— Согласится. Ведь оно исходит от женщины, которую он по-настоящему любит. И… Игнат, они родились и выросли на Надежде. Поэтому не видят в многоженстве ничего странного.
Я нехотя кивнул, потом поймал себя на мысли, что тоже не напрягаюсь из-за «наличия» двух супруг, поднялся с кресла и был усажен обратно советом не торопиться:
— Настена почувствовала, что аура Надежды отдалилась от твоей, так что вот-вот приведет к тебе свою матушку.
— Зачем?
— Марина Игоревна хочет поблагодарить за все, что ты для нее сделал, и… попроситься под твою руку. То есть, узнать, каким ты видишь будущее
Глава 29
…Со второго по пятое июня я занимался делами рода. В понедельник слетал в Ильичевск, собрал сотрудников завода, выпускающего наши флаера, поблагодарил за труд и перечислил солидные премии даже операторам РТК, а недавние выпускники технических вузов анклава, под чутким, но незримым руководством Дайны «придумавшие» и запустившие в производство «Щегла», в одночасье стали очень состоятельными людьми. Что, к слову, абсолютно не сказалось на их энтузиазме — по словам все той же Дайны, эти молодые фанаты конструирования летательных аппаратов рисовали первые эскизы летающих лимузинов даже во время моей речи.
Весь вторник мы со Стаей проторчали в столице. И если мы с Настеной почти весь день провели во дворце, знакомя Императора, Императрицу и их наследника с возможностями артефактного защитного комплекса «ПНВВ», подписывая контракты на поставки воистину сумасшедших партий «Щеглов» для силовых структур, обсуждая примерные сроки восстановления пациенток Ксении Станиславовны и беседуя о перспективах Космического Проекта, то девчата оттягивались в зале для медитаций. Прокачивая