Василий Горъ – Князь Кошмаров (страница 41)

— С Витей, Таней и Викой все в порядке: мы вас нашли и подняли на борт «Единички», так что Ольга Ивановна и Светлана Валерьевна уже без малого семь часов исцеляют, как богини!

— Они по-другому не умеют… — криво усмехнулась Злобная Мелочь и понесла отсебятину. Впрочем, в том самом ключе, который рекомендовал я: — А я, дура, раскачала целительские умения только до третьего обычного ранга, ибо считала нас бессмертными! И их мощи катастрофически не хватало даже для исправления огрехов, вызываемых буйствовавшей регенерацией!!!

— Ты сделала самое главное: нашла ребят, перетащила под этот кусок корпуса, удержала на этом свете и защищала от зверья до нашего появления… — мягко сказал я, сжав ее предплечье. — Кстати, а почему возле вашего убежища не было ни одной тушки?

— Уносила. Метров на двести-триста по ветру… — нехотя призналась она, вспомнила нюансик, который надо было озвучить, и со вздохом добавила: — К сожалению, не стремительными рывками, а своим ходом. Ибо сливала Силу на исцеление…

— А экипаж «Двоечки», как я понимаю, не выжил? — спросила Людмила Евгеньевна и заставила девчонку закаменеть:

— Нет, не выжил: твари, заминировавшие дирижабль, на взрывчатке не экономили. Кроме того, одурманили нас какой-то редкой дрянью. И если бы не привычка восполнять Силу и слетевшие «пассивки» на одних рефлексах, вбитая в меня Беркутовыми-Туманными, то я гарантированно не пережила бы ни второго взрыва, ни удара об шпангоут, ни падения как бы не с километра. Просто потому, что первый взрыв снял и кольчугу, и порядка четверти объема защитного покрова. А у членов экипажа кольчуг не было вообще. Да и покровы не отличались особой мощью. Поэтому большую часть тел просто разорвало. И я замучилась собирать их по всей округе, стаскивать в подходящую низину и хоронить.

— Вы похоронили все тела⁈ — изумленно переспросила Императрица, и Максакова на долю секунды дала волю настоящим чувствам. То есть, пошла красными пятнами и спрятала взгляд за ресницами. Впрочем, навязанную роль отыграла на десять баллов из десяти возможных:

— Не думаю: я выходила на поиски только после того, как сливала всю Силу на исцеления. И боялась отходить от убежища достаточно далеко. Хотя закрывала лаз достаточно тяжелым куском стали. Но стараться — старалась: подчиненные Вити заслужили достойное погребение…

После этих слов Лиза поиграла желваками и «придумала», как сдвинуть фокус внимания с себя на кого-нибудь другого. Поэтому задала встречный вопрос:

— Кстати, о поисках. Почти уверена, что попытка нас уничтожить — часть некоего в разы более широкомасштабного плана. А значит, его авторы могли проявить себя в чем-либо еще. Так вот, вы их, случайно, еще не находили?

Воронецкая, естественно, поняла, чем руководствовалась Максакова, съезжая с темы, но ответить — ответила. Причем ни разу не односложно:

— Все верно: изначальный план братьев моей невестки был в разы более широкомасштабным. Но попытка заминировать ВПП «Степи», дабы взорвать Игната Даниловича и его Стаю в тот момент, когда они прилетят на авиабазу, чтобы отправиться на ваши поиски, не увенчалась успехом…

— Беркутовы-Туманные, как обычно, выжили, вырвались на оперативный простор и устроили Костиным похохотать? — злобно ощерилась девчонка и приподнялась на локте, чтобы лучше видеть лицо рассказчицы. А та кивнула и расплылась в злорадной улыбке:

— Они устроили похохотать только Мирону Алексеевичу. Но после того, как выжали его досуха, связались с Ульяной Егоровной и отправили в родовое поместье Костиных полтора десятка Кошмаров. И отнюдь не с подарками…

Тут Злобная Мелочь первый раз проявила инициативу. То есть, отошла от рекомендованного нами алгоритма общения:

— Боюсь, что полтора десятка Кошмаров, расстроенных неуважением к Игнату Даниловичу… страшно расстроят и Лидию Алексеевну!

— Во-первых, Мирон с Арсением пытались убить ее сына, поэтому расстраиваться из-за них — идиотизм! — напомнила Людмила Евгеньевна и желчно добавила: — А, во-вторых, Мирон Алексеевич, разговорившись, рассказал Игнату Даниловичу так много чего интересного о методах решения проблем и результатах некоторых интриг моей невестки, что Миша, посмотрев видеозапись этого допроса, вышел из себя. Результат уже расстроил эту властолюбивую дуру в разы сильнее, чем неминуемая гибель всей родни: мой сын официально развелся, отправил бывшую жену на аборт и хирургическое удаление узла лепки, вернул на доследование семь уголовных дел из категории особо тяжких, приказал прогнать через медикаментозные допросы весь ближний круг Лиды, включая телохранителей и самых активных членов свиты, и, вероятнее всего, в скором времени переселит благоверную из медблока в следственный изолятор…

Глава 24

27 мая 2515 по ЕГК.

…Долечить Злобную Мелочь к половине четвертого утра понедельника Ксения Станиславовна, естественно, не успела. Тем не менее, исправила почти все огрехи исцеления, появившиеся за сутки пребывания в Авачинском Пятне из-за «буйства» излишне мощной регенерации, и загрузила Ольгу со Светой Особо Ценными Указаниями. Поэтому Лиза поднялась на крышу вместе с нами, вошла в салон «Орлана» и… влипла. В цепкие ручки Императрицы, продолжавшей испытывать к ней самые светлые чувства и горевшей желанием воздать добром за добро.

Вслушиваться в разговор этой парочки я даже не пытался, так как знал, что Максакова успела привыкнуть к незримому присутствию «Иры» в канале ТМГ и научилась отвечать на неудобные вопросы с ее помощью. Зато за время перелета на авиабазу под Южным дважды «проваливался» в эмоции Лизы и трижды — Людмилы Евгеньевны. Что интересно, благодаря «помощи» обеих эмпаток. Откровенно говоря, результаты не понравились. Почему? Да потому, что младшей собеседнице было некомфортно присваивать себе чужие заслуги и завираться, а старшая — как и полагается нормальному политику — не только изнывала от благодарности, но и анализировала поведение толковой девицы, дабы встроить в некие далеко идущие планы.

Заглядывал и в «души» остальных пассажиров квадрокоптера. Из любви Валентины к искусству. В результате чего «выяснил», что Ольга и Света героически сражаются с сонливостью, Настена почему-то плавится от счастья, а сама Рыжая млеет из-за того, что чувствует себя нужной. А потом Кукла «вывесила» крылатую машину рядом с ангаром, и нам пришлось перебираться в разъездной «Эскорт». В процессе «переселения» в моей старшенькой вдруг взыграло чувство долга, поэтому она утащила Максакову на задние сидения, чтобы после взлета провести внеплановый сеанс исцеления. Младшенькая, как вторая хозяйка рода, сочла необходимым сесть возле Императрицы и заняла предпоследние. Птичка с Валей как-то втиснулись в левое переднее кресло пассажирского салона, а Ира заняла свое законное — то есть правое переднее. В результате Настена «была вынуждена» устроиться рядом со мной и так радостно заулыбалась, что Дайна не удержалась от игривой шутки:

— Судя по всему, мощность воздействия твоей харизмы на баб обратно пропорциональна расстоянию. Боюсь подводить к тебе Иришку…

Я пропустил этот укол мимо ушей, тронул минивэн с места, вырулил из ангара и покатил к «Антею», прогревавшему движки. В левое боковое зеркало посмотрел на автомате, убедился в том, что створки ворот начали закрываться «сами собой», и сфокусировал все внимание на «силуэтах» телохранителей Людмилы Евгеньевны, уже загнавших свои «Эскорты» в десантный салон и дожидавшихся прибытия своей подопечной. Их ядра и энергетические узлы «мерцали» в обычном режиме, но я все равно скосил взгляд на пиктограмму «ПНВВ», отрешенно отметил, что БИУС, параноящий как бы не больше меня, уже активировал артефактный комплекс, дотронулся до предплечья эмпатки, поймал ее взгляд и вопросительно мотнул головой.

— Не чувствую никаких странностей… — проартикулировала она, но все равно разогнала восприятие.

Этот доклад «прочитала» и Дайна. Поэтому в момент въезда на рампу «ужала» защиту до предела, чтобы экипаж транспортника смог закрепить машину в транспортном положении. Чуть позже ненадолго выпустила меня. Пообщаться с командиром смены телохранителей и с летунами. А после того, как «Антей» доехал до ВПП и начал разгоняться, накрыла защитой и крепежи. Как я понял, на всякий случай. Слава богу, все обошлось — борт спокойно оторвался от земли и полез на десять с половиной километров. Так что на пяти-шести я позволил себе расслабиться, опустил спинку кресла, пожелал дамам добрых снов, закрыл глаза и мгновенно отключился. К сожалению, всего минут на двадцать. А потом в сон ворвался голос Дайны и первой же фразой вернул в реальность:

— Игна-ат, тут твои родственницы из прошлой жизни заявились в гости к Миму и требуют тебя!

Невероятно красивый тропический остров, на который меня закинула разбушевавшаяся фантазия, как ветром сдуло. Вместе с пальмой, пляжем и то ли морем, то ли океаном. И я, оценив «яркость» сияния «силуэтов» Настены, Вали и Людмилы Евгеньевны, проартикулировал просьбу показать картинку.

В модуле дополненной реальности мгновенно развернулось новое окно и показало привычно-недовольное лицо «тети Саши».

Не знаю, почему, но я первым делом прикипел взглядом к тщательно скрываемым «маркерам» ее возраста — морщинам вокруг изрядно потускневших глаз, «потяжелевшим» векам, опустившимся уголкам губ, «потекшим» линиям подбородка и дряблой коже шеи. Потом гордо отметил, что мои женщины всегда будут выглядеть на столько лет, на сколько захотят, забраковал дорогую, но уродскую ювелирку кровной родственницы, равнодушно оглядел ее костюм и закончил осмотр на дорогущем портативном регенераторе, в который Александра Никифоровна «упаковала» культю.