Василий Горъ – Князь Беркутов-Туманный. Диктатура Кошмаров (Щегол-10) (страница 7)

Нет, умотать не умотали — после завершения «тюнинга» организмов с помощью метаморфизма мы стали значительно выносливее и уставали в разы медленнее, чем раньше — но подарили настолько много удовольствия, что меня переключило в режим дуракаваляния. В общем, в ванную я рванул, закинув счастливых спасительниц на плечи. И пусть по дороге чуть не «расширил» оба дверных проема, не расстроился от слова «совсем» — сгрузил верещащих девиц возле душевой кабинки, затолкал внутрь и из вредности врубил ледяную воду.

Развлекался и после водных процедур — «помогал» своим женщинам сушиться и одеваться, туманил им сознания поцелуями или прикосновениями к особо чувствительным местам и вредничал. Да, в какой-то момент чуть не огреб, но, сбежав от «обозленных фурий» в общий коридор, поймал за хвост интересную мысль и решил провести двадцать пять минут, оставшиеся до завтрака, в большом тренировочном зале. Наблюдая за родичами, которые, судя по телодвижениям «силуэтов», занимались рукопашкой.

Как и следовало ожидать, Оля со Светой составили мне компанию. Так что через порог здоровенного помещения переступили втроем, кивнули Наде, дрессировавшей народ, жестом приказали не останавливаться и устроились на ближайшей гимнастической скамейке.

Не знаю, как девчата, а я, сравнив то, что чувствовал под прозрением, с реальной «картинкой», уставился на «лишнюю» фигурку, обнаружившуюся у зеркальной стены, и задумчиво хмыкнул: невероятно замотанная, но деловая Анастасия Платова фанатично отрабатывала смещение влево-вперед. Само собой, мазнул взглядом и по парочке самых юных воительниц, сцепившихся в схватке не на жизнь, а на смерть. Но Птичка со Злобной Мелочью обожали это дело, поэтому, оценив темп, в котором они рубились, и порадовавшись добросовестности сестры, способной разгонять восприятие в разы серьезнее, чем Лиза, поэтому ассистировавшей любимой подружке, я оглядел остальных тренирующихся и снова сфокусировал внимание на единственной простушке во всем зале. А где-то через полминуты захотел объяснений, повернулся к потолочной камере и вопросительно выгнул бровь.

— С десяти вечера до четырех утра висела на нашей сетевой страничке… — начала Дайна как-то уж очень издалека. — На пару с Иришкой отвечала на самые забавные, заковыристые или едкие комментарии подписчиков и, в то же самое время, разбиралась в тонкостях нашего «официального» восприятия магии и применяла новые знания на практике. Что, кстати, оказалось не так уж и просто, ибо видеоролик, в котором ты, Черный Беркут, поделился со своими фанатами ЗНАНИЕМ, вызвал настоящий фурор, и сообщения от желающих поблагодарить за столь великодушный дар, выяснить, как долго раскачивается наледь или заявить, что ты сделал очередную попытку завоевать дешевую популярность, появлялись десятками тысяч. А в начале пятого кто-то из твоих добровольных защитников залил в одну из ветвей дискуссии запись броска, которым ты убил лже-журналиста Тимофея Чадова. Судя по реакции, Настя увидела этот ролик первый раз в жизни, поэтому впечатлилась, просмотрела его раз пятнадцать, спросила у «наставницы», где и как слуги рода занимаются боевой и физической подготовкой, вникла в полученный ответ и, как видишь, выбрала самый сложный доступный вариант — напросилась к Наде в личные ученицы.

Я задумчиво оглядел девчонку с головы до ног, вспомнил, что БИУС уже прогнал ее через некую «многоплановую» психокоррекцию, и прищурился. С намеком. Что, конечно же, не осталось незамеченным:

— Да, твои догадки верны: сработал один из императивов, вложенных в ее подсознание еще в середине ноября. К слову, я ничего не ломала, не меняла и не навязывала, а просто-напросто немного усилила имевшиеся интересы, добавила решимости и чуть-чуть убавила подростковой дури. Говоря иными словами, Платова додумалась бы до необходимости начать жить жизнью рода еще и в этом ключе безо всякой психокоррекции. Эдак к середине зимы. Но изначально заниженная самооценка помешала бы обратиться как к Недотроге, так и к Шпаге. А ставить базу нашей будущей родственнице должны лучшие.

Я коротко кивнул в знак того, что не собираюсь оспаривать ее решения, и перевел взгляд еще на двух «жертв психокоррекции». В отличие от Насти, Софа и Таня отрабатывали уход от внезапной атаки рывком с одновременным поворотом на сто тридцать пять градусов. Ибо базу уже освоили, и теперь шлифовали простенькие, но вполне рабочие боевые связки с использованием магии. Кстати, работали в парах с Прибоем и Четвертаком: ветераны внезапно «возникали» рядом с ними и пытались навязать ближний бой, а девушки очень неплохо уходили в сверхкороткие перемещения и, оказавшись в мертвой зоне, контратаковали. Причем не одиночными ударами или навыками, а достойно отработанными боевыми связками, начинающимися с воздействия на Разум.

Пока наблюдал за этими парами, вдруг сообразил, что мои бывшие — уже Кошмары-«двоечки». То есть, всего за несколько месяцев обогнали в развитии профессиональных вояк вдвое старше себя. И пусть пока проседают в боевом опыте, но за счет магической мощи в состоянии порвать в лоскуты абсолютное большинство Одаренных Империи! Потом мысленно пересчитал родичей, уже прорвавшихся хотя бы в первый Кошмарный ранг, внезапно осознал, что мы, Беркутовы-Туманные — единственный род Империи, в котором имеется более полутора десятков Одаренных такого уровня, и мысленно пробормотал «То ли еще будет…»

О чем размышлял с этого момента и дальше, честно говоря, в памяти не сохранилось — время просто «мигнуло», и передо мной обнаружились Надя, уже закончившая терроризировать народ, и Поля с Лизой. А чуть поодаль — и вся остальная родня. Пришлось переключаться в режим главы рода и толкать небольшую речь. С анализом плюсов и минусов в технике каждой отдельной личности, советами по исправлению «замеченных» ошибок и скупыми, но справедливыми похвалами. И пусть большую часть ошибок заметила Дайна, а я всего-навсего озвучил ее «придирки», «мою» наблюдательность оценили по достоинству и преисполнились благодарности. Что интересно, все, включая битых жизнью вояк. Видимо, поэтому я сдвинул свои планы эдак на полчаса и поболтал со всей толпой. В смысле, ответил на полтора десятка толковых вопросов, посмешил рассказами о реакции глав двух не самых дружественных нам родов на алгоритм, использованный для воспитания господина Довженко, и поделился кое-какими планами на ближайший месяц.

В общем, Ксения Станиславовна, Ульяна, Софья с Татьяной, братья Плещеевы и все ветераны ушли в раздевалки довольными до невозможности, а я посерьезнел и поймал взгляд Платовой, которую попросил задержаться:

— Анастасия, вы продолжаете радовать. Как редкой добросовестностью в изучении базы данных по магии и работе с подписчиками сетевой странички, так и здоровым фанатизмом в отработке базовой техники рукопашного боя. И заявись вы на эту тренировку не после бессонной ночи, я бы не сказал ни слова. А так настоятельно советую не забывать о здравомыслии.

Она покраснела, но взгляд не опустила. И снова рубанула правду-матку:

— Ваше Сиятельство, я в восторге от возможностей, обретенных в момент подписания нового контракта, и, в то же самое время, до смерти боюсь вас разочаровать. Вот и… стараюсь изо всех сил.

— Вы служите роду, соответственно, вправе обращаться ко мне по имени-отчеству. Далее, возможностей действительно хватает. Однако переизбыток энтузиазма ни к чему хорошему не приведет. И еще: продолжите стараться — не разочаруете.

— Продолжу, Игнат Данилович! — уверенно пообещала она, по-женски ответив на «самую важную» часть моего монолога. А потом «исправилась»: — И не перегорю. Вот увидите!

— Не перегорит… — без тени улыбки подтвердила Поля и удивила: — Настя ведет себя достойно даже в мелочах. Поэтому я беру ее под свое крыло.

В моем мире такое заявление пятнадцатилетней девчонки вызвало бы смех. А в сословном обществе Надежды вызвало всего три чувства: во мне, моих женах и Недотроге — неподдельное уважение. В Максаковой — гордость за подругу. А в Платовой — искреннюю благодарность. Поэтому я, так и не вышедший из режима главы рода, согласно кивнул в знак того, что позволяю сестренке взвалить на свои плечи такую ответственность, и буквально через минуту отпустил Птичку, ее новоявленную подопечную и Злобную Мелочь заниматься своими делами. После чего сфокусировал внимание на Валерии Константиновиче и его супруге.

Как ни странно, ко мне обратился артефактор, а не его благоверная. И тоже сходу взял быка за рога:

— Игнат Данилович, я выполнил все заказы и в данный момент ничем не загружен. Поэтому хочу слетать в Ильичевск вместе с Надеждой, Натальей Родионовной и Львом Абрамовичем. Что скажете?

— На все четыре дня? — на всякий случай уточнил я, хотя понимал, что он наверняка знает, зачем и на какой срок эта парочка отправляется в наши новые владения.

Он подтвердил. И я со спокойной душой пожал плечами:

— Что ж, летите — я не возражаю. Кстати, «Антей» вернется на авиабазу в начале двенадцатого.

— Да, мы в курсе. И уже собрались… — подала голос Надежда, сообщила, что берет с собой двух ветеранов, двух новичков и одну целительницу, как-то почувствовала, что для меня это не новость, и «виновато» потупила взгляд: — Это не перестраховка: мне просто хочется проинспектировать строительство производственных корпусов толпой из пяти Кошмаров и трех Богатырей…