Василий Головачёв – Паранормы (страница 46)

– Мне доложили…

– То есть вы знали и не предприняли никаких мер защиты?

Козодоев потемнел.

– Не стоит разговаривать со мной в таком тоне! Мне лучше знать, чем должна заниматься моя служба.

– Кто ж возражает.

– Иван Егорович, – сказал Сивков, уводя разговор от опасной темы, – мы обнаружили в нашей организации крота. Это некто Дмитрий Олденин, боец охраны. Работает непосредственно на Альтерруса. К счастью, он знал немного и не успел нанести ощутимый вред движению. Если не считать потерю Даманского. После некоторой обработки мы выпустим его, и он ещё послужит нам в качестве скорректированного агента. Но полученная от него информация достаточно важна. Противник лелеет планы ликвидировать верхушку Комитета, в том числе и вас. Для этого в Россию будет передан психотронный генератор…

– Уже передан, – вставил слово Ланин.

– …с помощью которого, – продолжил Сивков, – можно запрограммировать любого человека. Вам об этом что-нибудь известно?

– Да, мы в курсе. Поэтому и назрело решение нанести упреждающий удар. С вами свяжутся мои контрразведчики, помогут разработать операцию, но сделать это надо ещё до отлёта Альтерруса на Чукотку. Кроме вас в Комитете лишь трое знают о… гм… экстраординарных способностях ваших людей, то есть слиперов: председатель, Брусникин и я. Постарайтесь, чтобы их существование осталось тайной.

– Мы плотно работаем над этой проблемой, – сказал Дубинин.

– Сколько у нас времени? – спросил Сивков.

– Максимум трое суток.

– Хорошо, успеем.

– В таком случае разрешите откланяться. – Козодоев встал, кивнул всем и вышел из зала совещаний.

На консоли защитного комплекса мигнул красный огонёк, сообщая о передаче видеоконтроля за посетителем офиса наружной системе.

Некоторое время в комнате стояла тишина.

Шевельнулся Дубинин, косясь на экранчик системы контроля.

– Никаких жучков…

Он имел в виду, что аппаратура периметра не обнаружила у генерала никаких гаджетов, передающих устройств, раций, видео– и звуковых регистраторов, кроме мобильного телефона. Но и он во время встречи не принимал и не передавал никаких сигналов, имея криптозащиту.

– Странно… – нарушил молчание Хвощёв.

– Есть такое, – согласился глава службы безопасности. – По докладу Нестора Безоружного Олденин знает о существовании в Комитете директора ФСБ, хотя не обязан. Это не его уровень. С другой стороны, у нас нет никаких доказательств о работе Козодоева на два фронта. Может быть, Олденину воткнули в память инфу о Козодоеве для конспирологического обмана? На случай, если его обнаружат, чтобы он ляпнул о Козодоеве, и мы пошли по ложному следу?

– Уж очень это непростой ход, – сказал Ланин. – Дезу на Козодоева можно подкинуть намного более простым способом.

– Надо проанализировать.

– Анализируй, это твоя епархия, не люблю я таких выкрутасов, когда на абсолютно надёжного соратника падает тень подозрения.

– Подведём итоги, – сказал Сивков. – Олдениным займётся Жанна, проверит его память и перекодирует.

– Почему не Безоружный? – поинтересовался Хвощёв.

– Потому что у него будет другое задание, – отрезал Сивков. – Дадим ему шанс проявить себя и запрограммировать Рубинова. Через него выйдем на Альтерруса. А там появится возможность выйти на их главарей, окопавшихся в правительстве, в Думе и в Администрации президента.

– Мы же хотели навести Нестора на советника Долгого.

– После Альтерруса он займётся и советником.

– Э? – сказал Хвощёв неуверенно.

– А… – начал Ланин.

– Я бы хотел… – одновременно с ним заговорил Дубинин.

Все трое замолчали.

Сивков неожиданно рассмеялся.

Подчинённые посмотрели с недоумением.

– Послушали бы вы себя, – усмехнулся глава «Призрака». – Всего три буквы – а какой смысл! Только в русском языке можно из трёх букв составить предложение: Э, а я?

До собеседников дошло. По губам всех троих промелькнули улыбки.

– Да вы настоящий филолог, Владлен Тимофеевич, – сказал Ланин с уважением.

– Я и закончил филфак МГУ, – ответил Сивков равнодушно. – Правда, уже почти всё забыл.

– Но у вас образование официально – технологии разведки, – пробормотал Хвощёв.

– Одно другому не мешает. После МГУ я окончил и академию ФСБ. Могу и статью отредактировать, и операцию просчитать.

– Кстати, насчёт операции… как мы подкатим к Рубинову? Он нигде не появляется без свиты.

– Бог знает – что, а чёрт знает – как. – Сивков усмехнулся. – Будем советоваться с обоими. Всё, товарищи, за дело! Времени у нас – кот наплакал.

Командиры подразделений устремились к выходу.

Глава 22

Ну и кто тут «решала»?

У Стаса действительно ребро оказалось сломанным, и пришлось везти его сначала к врачам, так как сам он не мог сидеть за рулём, а потом к родителям.

Антонина Фёдоровна, конечно, разохалась, разбуженный старший Ревенко тоже разволновался, но Нестор успокоил всех придуманной легендой, что их сын поскользнулся на ступеньках подъезда, упал и ушиб грудную клетку. Стаса уложили на кровать, дали горячего морсу, и «ушибленный ступенькой» мгновенно уснул.

К себе Нестор добрался уже в шестом часу утра, усталый и недовольный. С одной стороны, не отреагировать на зов о помощи друга он не мог, с другой – понимал, что нарабатывает негативный след, который мог аукнуться в будущем.

Принял душ, напился чаю, лёг и неожиданно легко уснул. А проснулся от того, что ему снова приснился тот же сон: его схватили, связали, угрожали убить…

Глянув на часы: восемь с минутами, – он понял, что больше не уснёт, сделал зарядку, накормил кота и позавтракал, съев вчерашний греческий салат и зажарив омлет.

Звонить кому-либо (Жанне, кому же ещё) было рано, и молодой слипер принялся снова тренироваться во вселении в домашние предметы, заставляя их «видеть», «слышать» и «думать».

Увлёкся, получая странное удовольствие от «разделения личности»: часть его «Я» оставалась в теле, позволяя ему двигаться и выполнять мысленные команды, основной же «объём личности» пересаживался в вещь, и Нестор начинал жить «жизнью» стула, дивана или телевизора. К слову сказать, эта жизнь была намного насыщенней, нежели жизнь стула.

Однако долго заниматься «одушевлением» домашней утвари не удалось. В четверть десятого ему позвонил Дубинин и приказал явиться в офис.

Нестор пережил секундное раздражение, так как не любил, когда его отвлекают, потом пришло ожидание каких-то перемен в жизни, в душе вспыхнул интерес, и молодой человек спустился к подземной парковке, где стояла его «реношка». Жанне решил не звонить, подумав, что лучше сделать это после рандеву с руководителем «Призрака».

Однако именно её он и встретил первой, вылезая из машины в подземном гараже центра. Она подъехала минутой раньше и копалась в сумочке, стоя рядом с хищно красивым чёрным «лексусом».

– Привет! – обрадовался Нестор, заметив девушку. Тебя тоже вызвали?

– Не радуйся, – остудила чувства слиперша, жестом предупредив его попытку обнять. – Учёба кончилась, началась работа.

– Что-нибудь случилось?

– Ещё нет, но может. Тебе хотят поручить дело, с которым ты можешь не справиться. Попробую уговорить Владлена дать это задание мне.

Нестор, ревниво отметив фривольное «Владлена», а не «Сивкова» или «командира», обиделся.

– Почему это я не справлюсь?

– Потому что у тебя нет опыта.

– Что за дело? Я уже провёл два «засоса»…

– Другие масштабы.

– Всё равно не надо.