Василий Головачёв – Незримая пуля (страница 56)

«Мы долго будем терпеть этот беспредел?» — осведомился Нестор.

«Потерпи, узнаем, что они скажут».

Медики начали обхаживать пленников, прижимая к их телам приборчики и поглядывая на экран минитомографа. Их тарабарскую речь понять было трудно, так она была пересыщена специфическими терминами, но Нестор всё же понял, что речь шла о фрустрации мыслительной деятельности и о сильном кататоническом шоке, подавившем сознание.

— Это серьёзно? — спросил Мараев. — Сможете вывести их из этого состояния?

— Чем вызвана реакция? — спросил старший медик, лысый и приземистый.

— Импульсами вот этого аппарата. — Мараев кивнул на зомбер.

— Что это?

— Психотронный генератор, созданный за рубежом.

Медики переглянулись.

— Хорошо бы ознакомиться с инструкцией и параметрами излучателя.

— Нет ни того, ни другого. Но генератор действует со стопроцентной эффективностью и не раз использовался по назначению.

— Как же мы выведем их из шока, не зная характеристик поражающего поля?

— Оно близко к ультравысокочастотному излучению, — небрежно сказал Оскар. — Излучение подавляет волю и может нести программу на любое действие.

— Всё равно…

— Карнович, если не ошибаюсь? — перебил эксперта Мараев. — Лев Эминович? Пожалуйста, попытайтесь по-быстрому, сделайте пару укольчиков, что там ещё рекомендуется? Дайте нашатыря, потыкайте их ножом, вдруг боль разбудит их. Короче, сделайте всё возможное в этих условиях.

— Погодите, — сказал Оскар, наблюдавший за паранормами. — Я попробую сам вывести их из шока. Но остальные пусть выйдут на несколько минут.

Мараев заколебался, не решаясь возразить, потом нехотя кивнул.

— Прошу выйти, господа.

Клавдий, медики и стоявшие за дверью члены КЗО вернулись в кабинет. В спальне остались Мараев, Оскар и Плеханов.

Владелец «Сбера» недобро посмотрел на него.

— Вам нужно особое приглашение?

Плеханов посмотрел на Мараева.

— Михаил Модестович, нельзя их оставлять… без присмотра. Я не помешаю.

— Хорошо, ты прав, останься.

— Я сказал — вон! — повысил голос Оскар.

Мараев покривил губы, погрозил пальцем.

— Не надо нервничать, Герман Германович, это помещение не принадлежит вашему банку. Олег постоит в сторонке.

Оскар сжал зубы, но сдержался.

— Пусть будет по-вашему. — Дотронувшись до мочки уха, он добавил: — Вензель, зайди.

В спальню шагнул здоровенный верзила с ничего не выражающим круглым лицом. Это был телохранитель Оскара, с которым он прибыл в резиденцию Мараева.

— Мне выйти? — сказал Михаил Модестович. — Или я могу остаться?

— Лучше выйдите, успокойте своих коллег.

Мараев озабоченно потоптался на месте, однако возражать не стал.

«Вот теперь пора! — проговорила Жанна. — Чёрт его знает, какими искусствами обладает эта мразь. Ещё вскроет нам головы скальпелем! Соберись, он наверняка защищён».

«Если мы с Долгим справились, то уж с этим банкиром справимся вдвоём без проблем».

«Не кажи гоп, пока не перескочишь. На счёт три…» — Она не договорила, в спальню вошёл ещё один гость. Невысокий, худощавый, нос картошкой, глаза жёлтые, не тигриного окраса, а именно жёлтые, с «китайским» разрезом, и лезвие тонких прямых губ.

За его спиной вырос Мараев, нерешительно глянул на Оскара и закрыл за гостем дверь, не говоря ни слова.

«Дьявол!» — остановилась Жанна.

«Кто это?» — поинтересовался Нестор.

Ответить спутница не успела, за неё это сделал Оскар:

— Иван Архипович Смоляр. — По губам Оскара прозмеилась тонкая усмешка. — Смотрящий собственной персоной.

— Я тоже не ожидал вас увидеть здесь, — сказал гость со странной доброжелательной интонацией и одновременно с угрозой. — Интересуетесь биооружием?

— А вы?

— Я им пользуюсь. Кстати, как вы догадались, что я Смотрящий? У вас в гостях я представился его помощником.

— Ну, для этого не надо быть семи пядей во лбу. Мараева вы подставили?

— Так как зомбером завладели вы, а потом ваши недоделанные помощнички, возомнившие себя суперменами, заявились с ним в тюрьму и отдали генератор слиперам, пришлось вмешаться. Хотя, если честно, закладка в зомбере уже стояла. Мы готовились к атаке тщательно. Долгий не рассчитал свои силы, вот мы и сделали вид, что прокололись, подсунув зомбер «призракам». Правда, был расчёт запрограммировать директора ФСБ, но и Мараев пригодится. Кстати, закладка в этой штуковине, — Смоляр показал пальцем на раскрытый кейс, — до сих пор работает, и её можно запускать дистанционно.

Оскар озадаченно перевёл взгляд на зомбер.

— Сюрприз неплох. Как он включается? Кодовое слово? Жест? Радиокоманда?

— Радиокоманда и жест.

— Рискованно, а вдруг кто-то случайно воспроизведёт этот жест?

— Он весьма специфичен, — усмехнулся Смоляр.

— Но Мараев его сделал, не так ли?

— Это было неожиданно, — согласился Смотрящий. — Но что сделано, то сделано.

— Что ж, спасибо за откровенность, мы попытаемся пользоваться зомбером осторожно.

— Боюсь, это невозможно.

— Почему?

— Он принадлежит не вам, и даже не мне, как и эти паранормы. Возможно, в будущем мы дадим вам возможность поработать с ним, но не сейчас. Я забираю аппарат и слиперов.

Оскар сдвинул брови, в глазах его вспыхнул огонь.

— Иван Архипович, существует юридический закон: кто первым встал, того и тапки. В переводе он звучит красивее: кто пришёл первым, пользуется законным преимуществом. К тому же мы на одной стороне.

— Вот именно по этой причине и не мешайте нам довести работу до конца.

— Какую работу?

— Вы всё прекрасно знаете, Герман Германович. В России назрела смена властной вертикали. — Смоляр изобразил улыбку. — Причём без смены функционеров, несущих властные функции. Президент будет выполнять наши установки безукоснительно, и разрушать созданное его командой мы не будем.

— Подождите, подождите, — заволновался Оскар, — мы же договаривались о другом, что именно я сменю…

— Вы и смените, Россия вся будет принадлежать вам, вы и будете ею управлять, но через старого президента. Видите ли, дорогой Герман, в России есть народ, и этот народ не потерпит насильственной смены президента. Вы хотите ещё один майдан? Ещё одну гражданскую войну, только уже не с Украиной, а с российским народом? Как сказал классик: русский бунт, бессмысленный и беспощадный?

Лицо Оскара пошло пятнами.