Василий Головачёв – Метаморфозы (страница 16)

Иннокентий заказал.

– Давайте знакомиться. Я Иннокентий, это моя… мой друг Стефания, майор ФУР.

– Зинаида Степановна, – представилась женщина. – Секретарь крымского отделения Корпуса. Это мой сын Арсений.

Молодой человек коротко кивнул.

– Извините, – проговорил Иннокентий виновато, – что приходится спрашивать, однако это необходимо. Вы с наукой дружите?

Твёрдые губы Зинаиды Степановны смягчила улыбка.

– Я кандидат военно-исторических наук.

– Очень хорошо, не придётся упрощать. Дело в том, что моё открытие сделано на стыках математики, физики и психологии, и вообще без терминов не обойтись.

– Арсений – студент Краснодарского универа.

– Фотонная связь, – важно произнёс сын секретаря.

– Тем лучше.

– «Кьюар-переход» – ваш термин? – спросила Зинаида Степановна.

Иннокентий прищурился.

– Кто вам сказал?

– С вами говорил Кресовец, а он услышал от вас.

– Понял, поехали.

Без особых подробностей Иннокентий поведал секретарю крымского РОКа историю своего открытия, позволяющего пересекать границы реалов, а также повторил прогноз перехвата управления цивилизацией системами искусственного интеллекта. Рассказ уложился в двенадцать минут (принесли заказанное гостями, Стефания по примеру Зинаиды Степановны добавила себе кофе), и наступила тишина. Отдыхающие в Крыму и сотрудники крымского РОКа молчали: секретарь задумчиво, никак не выражая своих чувств, её сын выглядел ошеломлённым и часто посматривал на мать.

– И вы можете продемонстрировать этот… переход? – спросила Зинаида Степановна после раздумий.

– Могу, но не здесь, без свидетелей. Не стоит вызывать у людей подозрения.

– Я вас поняла. Так чего вы хотите?

– Нас много, я имею в виду «близнецов», и у каждого в своём реале проблемы, особенно у тех, где социумом командует машина. При этом никто из нас не предаёт Родину и хочет лишь правды и справедливости, как бы пафосно это ни звучало.

– Извечная жажда нации, – улыбнулась секретарь РОКа.

– Мы готовы воевать за страну, и воевали, получая в ответ гонения от властей предержащих. Однако наши умения в нынешних условиях могут породить настоящую глобальную войну, так как в первую очередь ими могут воспользоваться враги внутри государства для получения абсолютной власти. Идея же такова: всеми процессами государственного управления и боевыми действиями командуют «ИИмперия» и «Баталер». Они же устроили настоящую охоту на нас. Это надо прекратить.

– Каким образом?

– Надо обратиться к президенту, – сказал Арсений, виновато глянув на мать. – Прости, что перебил.

– Это не поможет, – качнула головой Стефания. – Во-первых, нас к нему на версту не подпустит свора помощников, секретарей и экспертов. Во всех реалах, насколько нам известно, вокруг фигуры президента создана стена предателей и наушников, а пресс-секретарь, как правило, либерал до мозга костей. Во-вторых, даже если и удастся договориться о рандеву, «ИИмперия» сделает всё, чтобы мы не попали к нему на приём.

– Как в последнем фильме с Киану Ривзом «Джон Уик»?! – вырвалось у Арсения.

– Примерно, – улыбнулась женщина. – Мы для «ИИмперии» помеха, и она соберёт все силы для нашего устранения.

– Сделать вброс в интернет.

– Практически это одно и то же. «ИИмперия» контролирует все медиаресурсы, и общественность ничего не узнает. Обращение к власти не поможет тоже.

– Но у вас ведь есть план? – повторила свой вопрос Зинаида Степановна.

– Сбросить на инфоцентр бомбу! – снова заговорил возбуждённый студент, теперь уже обращаясь к Стефании.

– Этого нельзя делать. Мы в кольце врагов, и они мгновенно используют отсутствие столь мощного инструмента, как «ИИмперия» или «Баталер». Страна просто проиграет войну.

– Вы сказали, цель «ИИмперии» – устранить помеху, – проговорила крымчанка. – Не слишком ли вы преувеличиваете свои возможности?

Иннокентий с улыбкой кивнул.

– Извините, я действительно перегнул палку. Настоящей цели у ИИ-систем нет, пока что они не могут полностью заменить управление развитием цивилизации, хотя двигаются они к этому ускоренными темпами. Учёные давно бьют тревогу. В настоящее время целью искусственного интеллекта можно назвать поддержание процесса игры, какой для них стала война с Украиной.

– Тогда я не понимаю…

– Мы хотим перепрограммировать российские ИИ-системы, – сказал Иннокентий. – Таким образом, чтобы, во-первых, они перестали нас преследовать, а во-вторых, изменили бы «приватфри» и практики нелинейного пси-программирования уровня ЛГБТ-плюс.

Крымчане переглянулись.

Арсений пожал плечами. Он был умным парнишкой, но не обладал большим опытом и далеко вперёд смотреть не научился.

– «ИИмперия» – это не машина, – добавила Зинаида Степановна, – это сеть машин.

– Верно, – согласился Иннокентий, – поэтому точечный удар ракетой по бункерам инфоцентра и не поможет, нужен вирус, который смог бы стереть в программах «ИИмперии» и «Баталера» наши имена и настроить сети таким образом, чтобы вредоносный контент был ликвидирован.

Зинаида Степановна машинально поправила локон на виске.

– Возможно, это путь. Но трудный и долгий.

– Существует возможность ускорить его. Я неплохой математик и кое-что смыслю в программировании. – Иннокентий улыбнулся обычной лобовской полуулыбкой. – К тому же у меня найдутся помощники из ваших же структур. Мы создадим программу, а доставит её в недра системы…

Он сделал паузу, оценив интерес собеседников. Закончил:

– Индивидор!

Арсений ошеломлённо открыл рот. Поймал взгляд Стефании. Покраснел, закрыл.

– Умная пуля? – без особого удивления сказала его мать.

– Совершенно верно. Умная пуля с нанозарядом.

– Но как она проникнет… – Арсений почесал затылок, – там же везде защита…

– Как – это вопрос техники, способ найдётся, да и не зря существует удалённый доступ и квантовые компьютеры. Причём не обязательно лезть через инфоцентры, достаточно распределённых сетей разного уровня.

– Гляжу, у вас всё продумано?

– Не всё, – сознался Иннокентий смущённо. – Конечно, мы со Стефой в любой момент можем переселиться в другой реал, где нет войн, и остаться там навсегда. Но я… – математик посмотрел на спутницу, неожиданно улыбнулся по-настоящему – во весь рот, – …мы прикипели к своей малой родине и хотим жить здесь. Думаю, то же самое испытывают и остальные Лобовы.

– Хорошо, мы обсудим вашу просьбу и дадим знать. – Зинаида Степановна допила кофе. – Если честно, я ещё не совсем… э-э, прониклась вашей уверенностью…

– Идёмте, я покажу фокус.

Вышли из кафе в жаркий и душный полдень, спустились в карманчик ответвления с улицы к берегу. Иннокентий подвесил перед глазами квадратик кьюар-алгоритма, прыгнул недалеко, в соседний реал, где тоже был полдень, и через несколько секунд вернулся обратно.

Стефания рассмеялась, заметив изумление на лицах собеседников.

– Достаточно? – сказал Иннокентий.

– Зашквар! – просипел Арсений, вспотев.

– Когда ждать вашего решения?

– Я сегодня же соберу совет, – очнулась представительница Корпуса, – и вечером позвоню. На всякий случай не появляйтесь в местах с большой скученностью народа.

– Мы заселились в «Крым-интурист».

– Напрасно, гостиница просвечивается контрразведкой. Удивлена, что вы так рискнули.

– Мы ходим только под масками… – извиняющимся тоном произнесла Стефания.