Василий Головачёв – Ликвидация последствий отстрела негодяев (страница 63)

Барсов выпрямился.

– Пошли!

– А он? – спросила Ядвига.

– Пусть отдохнёт, потом продолжим допрос. – Вениамин снова склонился над Манкуртовым. – Сейчас вы уснёте и проснётесь по моей команде «министр, просыпайся!». Поняли?

– Да…

– Спать!

Глаза Манкуртова закрылись, тело расслабилось, голова опустилась на валик сиденья кресла.

– Посмотри, как там Чибис, – приказал Алексееву Барсов.

Капитан исчез.

Барсов посмотрел на Ядвигу, с деловым видом закидывающую ремень «Кедра» через плечо.

– Идём дальше? Не боишься, что мы взлетим на воздух? Этот тип может и не знать о том, что его бункер заминирован.

– Думаешь, он заминирован?

– Те, кто готовил тоннель для связи с агентами, должны были предусмотреть и такой вариант.

– С тобой я ничего не боюсь, – улыбнулась девушка.

Пауза затянулась.

Перекопов обдумывал сложившееся положение, играя желваками. Наконец он предпринял ещё одну попытку уговорить защитников коттеджа сдаться:

– Давайте поступим так: вы просите ваших парней выйти, сложить оружие, и мы берём ситуацию под контроль. Обещаю никого не преследовать в дальнейшем.

Калёнов качнул головой:

– Предлагаю другой вариант: все остаются на местах до выяснения всех обстоятельств дела с министром. Вы со мной спускаетесь в бункер Манкуртова, где проведёте переговоры с майором Барсовым и лично допросите министра. Думаю, узнаете много интересного, а главное, убедитесь, что господин Манкуртов является резидентом известного вам Клуба.

– Вы уже один раз прокололись с бункером Лавецкого, взорванного в тот момент, когда там был президент. А если бы он не вышел оттуда вовремя?

– Не царское это дело – лазить по бункерам предателей, – усмехнулся Калёнов. – Идёте со мной?

Перекопов заколебался, поглядывая на двух своих подчинённых в чёрном, стоявших с автоматами на изготовку.

У Калёнова мелькнула мысль, не лелеет ли генерал мечту захватить их с Евой и предъявить ультиматум команде Барсова. Но командир «Прикрытия» играл по-честному:

– Хорошо, полковник, прогуляемся. Но со мной пойдут эти двое.

– Митя, – вызвал Свержина Калёнов, – мы заходим обратно. С нами трое, двое с оружием.

– Заходите, Максим Олегович, – отозвался лейтенант. – Мы на контроле.

– «Аргус»? – прищурился Перекопов, имея в виду систему постоянной оперативной связи.

– Нечто в этом роде, – подтвердил Калёнов. – Последние разработки.

– Импланты?

– Тату и встроенные интерфейсы.

Перекопов кивнул и сказал, не вынимая ни смартфона, ни рации, не трогая что-либо на лице:

– Морозов, остаётесь снаружи. Дом держать на стволах, но огня не открывать ни при каких обстоятельствах. Вернусь через полчаса.

Ответа Калёнов не услышал, но и так было понятно, что генерал тоже использует постоянную кодированную связь.

Ева, всё время переговоров стоявшая рядом в нервном напряжении, молча повернулась и первой зашла в коттедж.

Мужчины последовали за ней.

Сопровождавшие Перекопова бойцы «Оберега» включили нашлемные фонари. Лучи света прорезали полутьму усыпанного осколками стекла холла.

Спустились в подвал здания, встретили Виткера, вынырнувшего из темноты, как привидение.

– Всё нормально, лейтенант, – сказал Калёнов. – Товарищ генерал хочет убедиться, что у господина министра есть ядерное убежище. Снизу сигналов не было?

– Нет, – коротко ответил Виткер.

– Вызывай лифт.

Подошли к винным холодильникам. Один из них отодвинулся, как дверца.

– Маскировка – детский лепет, – пренебрежительно сказал Виткер.

Через минуту дверцы лифта открылись, и взорам всей компании открылась кабина, рассчитанная всего на одного человека.

– М-да, – хмыкнул Перекопов, – все не поместимся.

– Останься, – сказал Калёнов Еве. – Едем вдвоём, генерал. За нами спустятся ваши парни.

Перекопов кивнул бойцам и первым влез в кабину.

За ним с трудом забрался Калёнов: оба были габаритными мужчинами и ехали практически вжавшись друг в друга.

Спуск продолжался чуть больше минуты.

Выпали из кабины, сразу наткнувшись на тело человека в камуфляже. Он лежал у стены навзничь с закрытыми глазами, был бледен, но дышал.

– Капитан Чибис, – с удивлением узнал его Перекопов.

– Он помогал нам обойти местные коды, – сказал Калёнов.

– Добровольно? – не поверил Перекопов.

– Нет, конечно, пришлось применять спецсредства.

– Странно, что ваши парни не убили его.

– Не странно, мы не убийцы, – сухо возразил Максим Олегович. – Хотя этот подонок заслуживает ликвидации без суда и следствия. На его счету много грязных дел и убийств. А тот, кто отнял жизнь, жить не должен!

Перекопов пробежался глазами по твёрдому лицу Калёнова, пожевал губами:

– Я начинаю вас уважать, полковник.

– К сожалению, это не защитит от киллеров Клуба ни меня, ни моих друзей.

– Посмотрим.

Они обошли первый этаж подземного убежища, спустились на второй, потом на третий и обнаружили в самой большой комнате, игравшей роль гостиной, двух человек: министра Манкуртова и девушку в изодранном красном платье. Манкуртов лежал, откинувшись на спинку кресла с закрытыми глазами, и, судя по всему, спал. Девушка лежала на диване и тоже была без сознания.

Перекопов проверил пульс у спящих, посмотрел на спутника.

Калёнов равнодушно пожал плечами:

– Спецсредства. Эффективно и безболезненно. Уверен, что они есть и в вашем распоряжении.

Перекопов не ответил.

– Ну, и где ваши друзья?