Василий Головачёв – Ликвидация последствий отстрела негодяев (страница 49)

– Поняла. – Ева высунулась из машины, посмотрела в небо, по которому плыли на закат облака. Села обратно. – Прямо над нами, метрах в ста.

– Что именно?

– Визуально не видать, моторчика не слышно из-за городского шума, но сигнал чёткий. Наверно, они пользуются беспилотником размером с птицу.

Калёнов открыл ребристый чемоданчик, достал устройство для шумового подавления электронных систем, похожее на ракетницу с широким раструбом дула.

– Глушанём и поедем.

– А если он не один?

– Избавимся хотя бы от этого циклопа, выиграем какое-то время.

В ухе заговорила мембрана смартфона:

– Максим Олегович, почему стоим?

– Пытаемся набросить бельмо на глаз дрона.

Калёнов высунулся из кабины и сделал несколько «выстрелов» из РЭБ-излучателя, очерчивая дулом окружность. Сел на место.

– Посмотри.

Ева снова высунула голову в окошко, поправила очки. Несколько секунд осматривала небо над улицей, села прямо.

– Не вижу, наверно, упал куда-то во дворы.

– Поехали.

«Мерседес» влился в поток автомашин, следующих по улице Рябиновой к Можайскому шоссе.

– Мы потеряли «глаз», – доложил Шавырину Зобнин, сидя перед монитором комплекса контроля.

Оба находились в минивэне «Вольво» в двух километрах от аналитического центра Минобороны. Остальные «аудиторы» занимали места в двух других машинах: чёрном внедорожнике «Рэнглер Рубикон» и тёмно-жёлтом паркетнике «Ниссан Икс-трэйл». Все были готовы к операции и ждали только подходящего случая, чтобы без особой суеты «нейтрализовать» клиентов.

– Запускай второй, – велел Шавырин, глядя на операционный экран системы контроля, на который передавалась со спутника картина юго-западного района Москвы.

Доступ к этому каналу предоставил «аудиторам» некий сотрудник ФСБ, работающий на заказчика, и Шавырин чувствовал себя хозяином положения. На всякий случай он, конечно, подготовил путь к отступлению: на аэродроме в Коптеве его ждал частный вертолёт – и размышлял больше о том, как получить расчёт за проведение операции и тихо слинять из России.

Зобнин выскочил из микроавтобуса с «вороной» в руке, заскочил обратно.

– Пошёл.

Экран монитора слева от центрального, показывающий улицу Верейскую, снова засветился. Но ни белого «Мерседеса», ни серебристого «БМВ», за которыми следил американский дрон размером с голубя, возле контрольно-пропускного пункта аналитического центра Минобороны не было.

– Куда они девались? – пробормотал Зобнин.

– Ищи! – буркнул Шавырин.

Цели отыскались через полчаса: обе машины выехали на московскую кольцевую автодорогу и мчались по внутреннему кольцу в сторону северо-запада.

– Куда это они? – озадачился Зобнин.

Шавырин дал в эфир сигнал внимания:

– Едем за клиентами! Быть наготове!

– Хорошо, что они все вместе, – сказал чувствующий себя не в своей тарелке Зобнин. – Одним ударом накроем всю группу.

– Останется главный.

– Он же в больнице.

– Полковник не главный, надо замочить этого крутого майора, бывшего командира спецгруппы, он что-то слишком деятельный.

– Замочим!

Минивэн выехал на МКАД. За ним двинулись и две другие машины «аудиторов».

На съезде с Новорижского шоссе на Чисмену Калёнов почуял такой острый призыв подсознания остановиться, что, не раздумывая, свернул к заправке, располагавшейся после поворота перед развилкой на Чисмену и дорогу к деревушке Язвище.

Подъехал Яшутин.

– Что случилось, Максим Олегович? – спросил он. – Хотите заправиться?

– Подождём.

– Чего?

Калёнов едва удержался от признания, что не знает.

– Стань сзади и наблюдай.

Связался с Болотовым:

– Иван, мы недалеко, у заправки после поворота к Чисмене. Загляни в свой арсенал, захвати чего-нибудь и подъезжай.

Болотов помолчал.

– Ева с тобой?

– Да.

– Еду.

– Ты меня пугаешь, Максим, – проговорила Ева с запинкой.

– Хорошо, если я ошибаюсь, – ответил Калёнов, начиная сомневаться в своей адекватности.

Но интуиция снова не подвела.

К заправке свернули сразу две машины: «Рэнглер Рубикон» матового чёрного цвета и грязно-жёлтый «Ниссан Икс-трэйл». Одна остановилась сразу за съездом с шоссе, вторая проехала заправку и встала напротив будочки продавцов фруктов и плаката «Свежие раки».

Калёнов оглядел площадку, на которой располагались два терминала заправки под крышей и сама пристройка с окошком оплаты и дверью в магазинчик «Автодетали», а также терминал газозаправки с длинной трубой цистерны и сарайчик шиномонтажа.

С заправки только что отъехал трактор «Катерпиллер», и она была пуста.

У газовой будочки стояла старенькая «вазовская» «семёрка», и пожилой дядька вытаскивал из багажника газовый баллон. Ему помогал заправщик, тоже в возрасте, одетый в брезентовую робу.

У шиномонтажа стояла ещё одна машина – сиреневого цвета «китаец» «Лифан», и мастер возился у машины, меняя колесо. Но от этих непрезентабельных тачек не пахло опасностью. Источали угрозу три автомобиля, включая минивэн, остановившийся на шоссе и потому нависавший над заправкой.

– Майор, вы далеко? – связался Калёнов с Барсовым, надевая «умные» очки.

– Подъезжаем, – коротко ответил Вениамин.

– Тут стоит минивэн «Вольво»… – Калёнов не договорил, потому что внезапно началось движение.

Стёкла дверец внедорожников одновременно опустились, сидевшие в них водители высунули руки и что-то подбросили в воздух наподобие мячиков.

Компьютер очков мгновенно оконтурил эти «мячики» световыми колечками.

Калёнов сначала подумал, что это гранаты, но «мячики» развернули крылышки и скользнули к машинам Яшутина и Калёнова на бреющем. Это были дроны. Так как гадать, вооружены они или нет, не стоило, Калёнов крикнул:

– Костя, лавируй! Бери «Ниссан»!

– Беру!

«БМВ» Яшутина прыгнул вперёд, проскакивая между стойками бензоколонок, и, виляя из стороны в сторону, понёсся к японскому внедорожнику.