Василий Головачёв – Крепость большого леса (страница 25)

Дорохов зашёл в палатку, где было намного теплей, надел арвижн-очки. На стёклах протаяло изображение лица директора ФСБ.

– Какие новости, Андрей Тарасович?

– Кажется, нашли иномериану, Павел Васильевич.

– Кажется?

– Дрон исчез, ждём возвращения.

Шарий мигнул, переваривая известие.

– Лучше бы он не вернулся.

– Почему? – удивился Дорохов.

– Возникли нюансы… мне позвонили из Кремля…

– Президент?

– Есть осведомлённые люди и кроме него. Короче, президент не желает больше слышать ни о каких межмембранных пробоях, иномерианах и параллельных вселенных. Очевидно, скоро он даст распоряжение закрыть тему, и нам придётся свернуть экспедицию.

– Вопреки рассудку?

– Без шуток, пожалуйста.

– А если мы найдём вход в Большой Лес?

– Вы слышали, генерал? Готовьтесь возвращаться.

– Что произошло, Павел Васильевич? Чего испугался на этот раз наш… э-э, гарант?

– Думайте, что говорите, – нахмурился Шарий. – Речь идёт о глобальных последствиях контакта с иным миром, тем более что право на него имеет всё человечество. А у нас выборы на носу.

– Через два года.

– Какая разница?

Дорохов усмехнулся.

– Всё человечество – это американцы?

Шарий пожевал губами, ища ответ, неожиданно улыбнулся.

– Вы проницательны, генерал. Совбез ООН принял решение кинуть под Тюмень все силы и средства для контакта. Его поддержали все страны, в том числе «братский» Китай и ещё более «братский» Казахстан. Мы ведь не хотим, чтобы там у вас высадился крутой международный десант во главе с американцами?

– Последствия будут непредсказуемы…

– Совершенно верно. Так что никому не докладывайте об успехах экспедиции, особенно иностранным журналистам. Их там у вас чуть ли не больше, чем учёных. И закругляйтесь потихоньку.

– Я вас понял, Павел Васильевич. Хотя… – Дорохов помолчал. – Мы снова, по сути, предаём наших людей.

– Мы вынуждены подчиняться главнокомандующему.

– Да понимаю, – с досадой вздохнул Дорохов. – И всё же я прошу вас дать нам шанс. Президент пока ещё не издал указ, и мы, возможно, успеем вытащить группу попаданцев.

Лицо Шария окаменело.

– Если наверху узнают о наших намерениях, вы ответите первым и по полной программе.

– Кто же ещё? – усмехнулся Дорохов.

– И никаких интервью журналюгам!

– Понял.

Снаружи палатки раздались крики, возгласы, шум.

– До связи! – Дорохов выключил мобильный и выскочил из палатки.

– Дрон появился! – крикнул ему Савкин.

Из-под слоя облаков вылетел сверкнувший серебром крестик, начал опускаться на территорию базы отдыха.

– Перехватите его! – приказал Дорохов.

Взревели моторы снегоходов, к базе помчался спецназ…

Глава 10

Ход в тартарары

Эксперимент удался: капитан Терехов ожил и, судя по всему, ничего не помнил о своих приключениях с момента зомбирования лётчиков посланцами чёрного леса – шмелями. Всё, что он знал, пилот выложил допрашивающим его офицерам, однако эта информация не добавила ясности в вопросе – какую конкретно задачу поставил чёрный лес двум землянам, заставив искать некий центр обороны или Крепость-2, как окрестил его Костя.

Бывшего пленника поместили в отдельный «номер демонской гостиницы», и Максим велел Мерадзе присматривать за ним.

Наступила ночь: светило мира ушло далеко «на запад», оставив территорию вокруг кратера без света, – и уставшие за долгий суматошный день постояльцы «гостиницы» потянулись к своим апартаментам.

Максим проводил Веронику до её отсека (несколько минут они не могли расстаться, девушка прижалась к нему и не отпускала), потом поговорил с Плащининым и Савельевым, пока Редошкин перегонял самолёт в ангар, чтобы подзарядить его аккумуляторы, принципы работы которых так и остались непонятными для учёных.

Новожилов был убеждён, что двигатель самолёта работает на использовании мезонной плазмы, хотя что это такое, не знал, наверное, и он сам.

Егор Левонович Карапетян отстаивал своё мнение, что аккумуляторы накапливают не электричество, а «излишек измерений», что и даёт самолёту возможность летать быстро и бесшумно.

Как бы то ни было, «демонский» аппарат исправно функционировал, и после окончания всех переговоров и суеты с экипировкой Максим с сержантом заняли места в самолёте, и тот улетел, камнем канув в ночной сумрак Большого Леса.

Разошлись по номерам и физики, оставив в сфере управления Матевосяна, выпустившего самолёт через шахту с «эйфелевой башней» и продолжившего дежурство. Видеокамеры Крепости, встроенные во все отсеки, коридоры и выходы на поверхность, «птеродактилей» не фиксировали, однако надеяться на их бегство не приходилось, поэтому спецназовцы договорились дежурить в центре по очереди и поднимать тревогу в случае появления посланцев чёрного леса.

«Бластеров» в арсенале оказалось много, больше полусотни, все они находились в хорошем состоянии, и вооружились ими не только бойцы Реброва, но и некомбатанты – Костя и Вероника.

Взяли с собой это необычное оружие и Максим с Редошкиным, обрадованным своей возросшей мощью.

Мерадзе проверил состояние капитана Терехова, оставил ему флягу с водой и вернулся в центр.

– Я, наверно, тоже лягу, – сказал он Матевосяну, сидевшему с рогами на голове перед огуречной панелью.

– Иди, – сказал лейтенант. – Разбужу через три часа. Не хочешь приятно поконтактировать с Сумасходом?

– Он же не женщина, – хмыкнул Мерадзе, – чтобы с ним приятно было контактировать.

– Ну, посмотри хоть, как устроились наши командиры.

– На фиг! А что, ты их видишь?

– У них камеры встроены непосредственно в стены всех помещений, я могу подключиться к любому отсеку. Хочешь полюбоваться на Вику?

– Дурак, что ли?

– Не ругайся, я пошутил. Кстати, туда зашёл этот наш безбашенный чекист.

– Точилин?

– Ага.

Мерадзе оскалился.

– Этот супермен так ничего и не понял!

– Ты о чём?

– Он давно подкатывается к Вике. Ну, …!