Василий Головачёв – Большой лес. Возвращение (страница 13)

Карапетян наконец включил комплекс и, пользуясь помощью Матевосяна, прекрасно разбиравшегося в электронике и айти-гаджетах, начал командовать, ориентируя положение вертолёта.

– Где-то здесь! – перекричал он рокот моторов спустя четверть часа.

– Где беспилотники? – спросил Савельев.

– Кружат. – Егор Левонович ткнул пальцем в экраны поисковой системы: – Метров сто над нами.

– Преследующая нас «вертушка» их видит?

– Не знаю, должна, наверно.

– Товарищ генерал, – вдруг крикнул Ливенцов. – Они взяли нас на прицел!

Савельев слепо посмотрел на Максима. Оба знали, что Ми-8 последней модели может обнаружить луч локатора зенитных радаров.

– Связь! – рявкнул Дорохов.

– Пытаюсь достучаться!

– Поднимайтесь! – крикнул Максим.

– Не понял! – послышался голос Дорохова.

– Они настроены сбить нас! Поднимайтесь!

– И что дальше?

– Нырнём в иномериану! Это единственный шанс спастись!

– Думаешь, они… посмеют?..

– Есть связь! – крикнул Ливенцов.

С минуту пассажиры вертолёта вслушивались в рокот моторов винтокрылой машины. Переговоры Дорохова с командиром преследующей машины слышны не были, из кабины доносились лишь невнятные возгласы:

– Нет… конечно… проверяем… ждите…

Потом генерал прокричал:

– Они требуют убираться ко всем чертям! Егор Левонович, командуйте подъёмом!

– Левее метров на двадцать… и выше!

– Макс, мы что, не подчинимся?! – округлила глаза Вероника.

– Разве ты не согласилась лететь? – удивился Максим.

– Согласилась… но не думала…

– Что?

– Что это сбудется.

– Прорвёмся, душа моя, не переживай!

Максим подскочил к бойцам, вытащившим из контейнера переносный зенитный комплекс.

– «Иголку»!

Редошкин ловко вставил в трубу «иголку» – ракету величиной с мужскую руку, способную поражать цели на дальности до пяти километров.

Максим подсел к распахнутой дверце отсека, упираясь одной ногой в окантовку дверцы, другой – в ребро порога, направил ствол «Гарпуна» на вертолёт преследователей.

– Ещё выше! – прокричал Егор Левонович.

Дорохов поднял машину ещё на два десятка метров.

Видимо, пилоты второго вертолёта увидели, что в кабине беглецов появился человек с ракетным тубусом через плечо. Вертолёт резко отвалил в сторону, снижаясь.

– Выше! – крикнул Карапетян.

– Сейчас они нам врежут! – мрачно прохрипел Мерадзе.

Вероника зажмурилась.

Но в этот момент видимость скачком ухудшилась, будто вертолёт вонзился в белёсое облако, и последнее, что услышал Максим, был крик Кости:

– Ура! Попали!..

В глазах потемнело…

Глава 6

Человек и демон

Склад «поленьев» Точилин обнаружил в той же башне, замаскированной строителями под исполинский «баобаб», уже зная, что никакие это не поленья, а зародыши расы Демонов. Пришла мысль запустить процесс рождения «демонят», поскольку в бункере кроме «поленницы» обнаружилась ещё и камера-инкубатор для новорождённых, а также анабиозная камера со спящим внутри Демоном, похожая на шестиугольный в сечении чёрный гроб. В усыпальнице лежал усохший Демон, погруженный в сон, что дало толчок фантазии лейтенанта оживить и его, поскольку две включённые ранее камеры с Демонами так и не запустили процесс оживления, хотя сначала ему показалось, что процесс пошёл.

Он подключил к «гробу» два десятка кабелей и трубок, отыскал консоль управления: она выдвигалась из торца реаниматора, и после нескольких неудачных попыток включить устройство Точилин нашёл-таки комбинацию запуска камеры, высветившей цепочку индикаторных огней по её периметру.

Точно таким же образом ему удалось включить и «роддом», внутрь которого он положил сразу двадцать «поленьев».

Радостно потёр ладонь о ладонь. И с сожалением подумал, что Демоны не оставили в своих холодильниках запасов алкоголя. Выпить сейчас водочки или коньячку было бы в самый раз.

Но он и в самом деле не нашёл в уцелевших упаковках демонских концентратов ничего похожего на бутылки. То ли Демоны вовсе не употребляли алкогольсодержащих жидкостей, то ли хранили их в других контейнерах.

Загоревшись желанием определиться с проблемой окончательно, Точилин принялся методично обшаривать доступные ему помещения в подземных апартаментах, проявив недюжинное терпение. Впрочем, делать ему всё равно было нечего, а идти к месту высадки кенгурокузнечиков без поддержки не хотелось. Надо было сначала дождаться пробуждения «усохшего» Демона, а ещё лучше – рождения целой команды молодых демономальчиков, которые стали бы охранять своего «отца» в знак благодарности за оживление.

На поиски запасов выпивки ушёл весь день.

Отсчитывал время Точилин по тем же признакам, какими пользовался в главном лесном поясе на самом верху «бутерброда» местного мироздания. То есть по движению светила от «востока» к «западу».

Ещё будучи членом команды Дорохова, Точилин слышал разговоры попаданцев, обсуждающих проблемы жизни Леса. Вспоминали и светило, которое ботаник Костя считал не звездой, а плоской ячейкой наподобие солитона – одиночной морской волны. И состоял этот солитон якобы из плазмы особого рода – бозонной. Но так ли это было на самом деле, лейтенант не знал и не хотел знать, не интересуясь физикой никак, с приставкой «совсем».

Зато вечером его ждала удача: в самом последнем бункере под «баобабом» нашлась комната, которая, очевидно, служила владельцу спальней или кабинетом. В ней стояла гигантская кровать, способная уместить сразу трёх Демонов, превосходящих по комплекции любого человека, ванна, шкафы и нечто вроде бара, в котором пряталась целая батарея узких и высоких непрозрачных банок разного цвета и с разными рисунками.

Вскрыв одну, Точилин едва не выронил сосуд, так как он зашипел и фыркнул зелёной пеной. Понюхав пену, лейтенант лизнул её (отравиться не боялся, жизнь в Лесу научила, что Демоны питались только вегетарианской пищей, которую не отторгали и человеческие желудки) и понял, что нашёл искомое.

Напиток не походил на известные земные алкогольные напитки, насыщенный странной, лёгкой, щиплющей язык горечью, но пьянил не хуже шампанского, в чём гость и убедился, когда у него закружилась голова.

– Чёрт побери! – похвалил он изготовителя. – А оно неплохо бьёт в голову! Интересно, из чего сделано это пойло?

Спящий в своём анабиозном «гробу» Демон не ответил. Но по изменившемуся цвету лица уже можно было судить, что процесс оживления начал действовать на ткани существа, соединявшего в себе черты и признаки растения и животного. Особенно Точилина поражало в этих парнях их умение выращивать одежду и доспехи как слой кожи, не прибегая к швейным манипуляциям.

В банке синего цвета, на которой красовался выпуклый значок в форме растопыренной шестипалой ладони (у Демонов действительно на руках было по шесть пальцев, в то время как ступни ног больше походили на ласты), оказался напиток похлеще «шампанского». Он тоже пенился – розовой пеной – и постреливал ниточками воздушных шариков, от которых во рту начиналась настоящая буря тресков и бульканья, а после трёх глотков у дегустатора вообще родилась безумная эйфория, сопровождавшаяся возбуждением и неудержимым смехом, остановить который он смог только спустя полчаса.

– Ох… ть! – выговорил он, очнувшись. – Выстрел в яйца! Не сойти бы с ума!

Дегустацию содержимого остальных банок пришлось отложить. В голове просветлело только через час, после чего Точилин сделал по глотку из трёх сосудов, содержащих питьё, чудесным образом сохранявшееся благодаря хитрой консервации много-много лет. Все напитки имели разный запах, цвет и вкус, от горчичного до бананового, но все производили ярко выраженное алкогольное действие. Судя по количеству банок, владелец бункера был заядлым любителем выпить.

Так как зародыши Демонов проклёвывались медленно, «акушер» не стал сидеть сутками у корыт с «дровами» и решил вернуться на верхний уровень Леса. Мысль поискать земляков не оставляла лейтенанта, к тому же хотелось свежего мяса, и он с удовольствием охотился на косуль, коз и местных «зайцев», заметив, что, прежде непуганные и не боявшиеся человека, животные стали избегать контакта. Вполне могло быть, что Лес «проинструктировал» обитателей, и милые зверюшки стали прятаться от охотника.

Впрочем, охотой этот процесс назвать было трудно. Демонский бластер, найденный землянином ещё под первым «баобабом», не давал ни одного шанса зверю увернуться даже на расстоянии до километра. Попадая в тело, сноп плазмы буквально раздирал его на лоскуты, превращая в фонтан горящей плоти, из-за чего приходилось убивать не одну косулю, а несколько, чтобы найти уцелевшую «филейную» часть.

Некоторое время Точилин избегал района высадки кенгурокузнечикового десанта, боясь попасться этим существам на глаза, но любопытство оказалось сильнее, и однажды лейтенант рискнул-таки подобраться к речной петле поближе и убедился, что напоминающие земных кенгуру и кузнечиков одновременно обитатели корабля в форме теннисной ракетки никуда не делись. Они явно пытались починить свой транспорт, присоединив отломанную ударом о берег реки решётчатую «лопасть» к «ручке».

Всего возле корабля возилось пятеро кенгурокузнечиков, использовавших какие-то длинношеие механизмы, и стояло два аэробайка. Командовал верзила шириной с двух землян, хотя остальные кенгурокузнечики были не крупнее самого Точилина. Они носили необычные плетёные костюмы из «кожаных» лент и удобные ранцы за плечами, откуда торчали рукоятки самых разных приспособлений. У Точилина даже слюнки потекли, когда он увидел, как один кузнечик ловко закинул трёхсуставчатую руку за голову и выдернул из ранца «медвежью лапу», оказавшуюся приспособлением для откручивания винтов и гаек.