Василий Гавриленко – Узницы любви. От гарема до монастыря. Судьбы женщин в Средние века на Западе и на Востоке (страница 1)

Василий Гавриленко

Узницы любви. От гарема до монастыря. Судьбы женщин в Средние века на Западе и на Востоке

© Гавриленко В., 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Часть первая. Восток

Сорванный цветок должен быть подарен, начатое стихотворение – дописано, а любимая женщина – счастлива, иначе и не стоило браться за то, что тебе не по силам.

Омар Хайям

Долгий путь к свадьбе

– Изгибы хороши, и лицом пригожа, – докладывал советник. Молодой хан внимательно слушал, поглаживая редкую бородку.

– Кровей настоящих, монгольских. Высока да стройна, хоть сейчас женись, но…

– Но? – нахмурился хан.

Советник побледнел, на лбу его выступила испарина:

– Но, повелитель, прелестная Кокечин три года плыла к нам на корабле с венецианским купцом, который отличается красотою, обходительностью и пороками многими. Вдруг…

– Молчи! – прервал советника хан. Его лицо стало злым, на скулах заиграли желваки. Советник ни жив ни мертв стоял перед государем, каждую секунду ожидая: сейчас хан даст отмашку стражникам с саблями.

Но хан не дал отмашки, лишь процедил сквозь зубы:

– Чистоту невесты проверить!

В знатной монгольской семье из Убсунурского аймака в 1274 году родилась дочь, названная Кокечин. Родители ее принадлежали к племени баяут – четвертой по величине этнической группе Монголии.

Малая родина Кокечин, Убсунурский аймак, располагался на северо-западе Монголии на границе с современной Республикой Тыва. Девочка принадлежала к коренному, материнскому монгольскому роду и считалась настоящей, чистокровной монголкой.

Это было очень важно, ведь на момент рождения Кокечин Монгольская империя уже распалась, но монгольский мир был все еще невероятно могуч и простирался от современных польских земель на западе до Кореи на востоке, от Сибири на севере и до Оманского залива на юге. В четырех монгольских ханствах-улусах – империи Юань, Золотой Орде, Чагатайском улусе и улусе Хулагуидов – проживала четверть населения Земли.

Разбросанные по колоссальной территории, монголы мало-помалу растворялись в завоеванных ими народах: происходила обратная ассимиляция, когда и следа не остается от завоевателя, а не от завоеванного. Потому-то среди правителей отдаленных от материнской земли монгольских ханств так ценились чистокровные невесты-монголки.

Весной 1286 года в Тебризе, столице монгольского государства Хулагуидов, скончалась великая Булухан-хатун, супруга ильхана (правителя) Аргуна.

Булухан принадлежала к племени баяут и была уроженкой «материнской Монголии». На смертном одре Булухан попросила Аргуна сделать его новой главной женой девушку-баяутку.

Снова жениться ильхан надумал через четыре года после смерти супруги. Советники предлагали Аргуну взять в жены одну из местных красавиц – персиянку, афганку или таджичку, но повелитель заявил, что исполнит предсмертную волю любимой супруги.

Вскоре в Империю Юань было снаряжено посольство: ильхан Аргун просил своего «дорогого брата» хана Хубилая прислать из Монголии баяутскую красавицу.

Хубилай самолично выбирал невесту для правителя улуса Хулагуидов. Самых красивых девушек со всего Убсунурского аймака собрали в охотничьем стойбище хана.

Проверяли на миловидность лица, чистоту телесную, ум, а также на «силу тела» – здесь учитывались прежде всего «изгибы» претендентки, так как к концу XIII века навыки воительницы (стрельба из лука, верховая езда) уже не имели такого значения.

Хан Хубилай выбрал для ильхана Аргуна семнадцатилетнюю красавицу Кокечин. Девушка была невероятно хороша: стройная, гибкая, а «изгибы» – залюбуешься! Хубилай и залюбовался: хан был настолько впечатлен красотой Кокечин, что хотел было оставить ее себе, но передумал, не желая ставить под угрозу дружеские отношения с ильханом Аргуном.

Невеста была выбрана и собрана: хан Хубилай пожаловал богатые дары – золото, парчу, пряности, диковинных зверей, евнухов, сопровождающих наложниц, и многие другие дивные гостинцы. Но встал вопрос: на чем везти Кокечин с ее двором в Персию, где располагался улус Хулагуидов?

Путь из Империи Юань был далек и пролегал по землям, не всегда безопасным для монголов. Тем более для прекрасных монгольских невест.

В результате было решено отправить Кокечин к жениху морем: выплыть из одного из китайских портов, затем через Суматру, Шри-Ланку, Индию – Персидский залив.

Для сопровождения Кокечин хану Хубилаю был необходим преданный, вызывающий полное доверие человек, который к тому же должен был быть опытным мореходом, владеть навыками дипломатии.

И таковой при дворе повелителя нашелся. Звали его Марко Поло.

Венецианский купец Марко появился при дворе Хубилай-хана в Ханбалике (Пекине) в 1275 году, когда ему был двадцать один год. С ним прибыли его отец Никколо и дядя Маттео. Венецианцы стали первыми европейцами, увидевшими воочию дворец повелителя империи Юань.

Хубилай-хан принял путешественников с большим радушием. Особенно хану приглянулся умный, отважный и благородный Марко. Молодой купец вскоре выучил монгольский и китайский языки и был принят Хубилаем на службу в качестве дипломата.

Много лет Марко верой и правдой служил Хубилаю, выстраивая дипломатические мостики между Империей и европейскими государствами.

Незадолго до выбора Кокечин в качестве невесты ильхана Аргуна Марко прибыл из очередного путешествия на острова. Тридцатисемилетний купец, проведший значительную часть жизни на чужбине, захандрил и попросил хана отпустить его домой.

Хубилай, конечно, был весьма опечален потерей ценнейшего дипломата и преданного друга, но не отпустить венецианца не мог. Тем более что Марко подвернулось важное дело – доставить невесту Кокечин ее жениху в целости и сохранности.

Венецианец с удовольствием согласился сослужить Хубилаю последнюю службу.

Свадебная флотилия насчитывала четырнадцать кораблей, на которых находилось примерно шестьсот членов экипажа. Путешествие превратилось в длительное и опасное приключение, подробно описанное Марко Поло в дошедших до нас источниках. В Индии Марко, Кокечин и их спутники стали свидетелями следующего действа:

«И в самом деле те танцовщицы приходят в монастыри, как сказано выше, все голые, прикрыв только стыд, и поют перед богом и богиней… затем эти девицы идут туда умилостивлять богов и поют, и пляшут, и скачут, и кувыркаются, и делают всевозможные телодвижения… а девушка… закидывает ногу на шею и крутится волчком… и когда боги достаточно смягчатся, девицы идут по домам… Воистину эти девушки (пока они девушки) так крепки телом, что их невозможно ни ухватить, ни ущипнуть ни за какое место. А за малую монету денарио они позволяют мужчине щипать их, сколько он может. Когда девицы выходят замуж, они остаются тоже крепки телом, но уже не настолько, как раньше».

По этому описанию можно понять, насколько зорким был глаз Марко Поло, особенно когда дело касалось женщин.

Конечно, не укрылось от венецианца и то, что его подопечная Кокечин была весьма привлекательной. Еще при первом знакомстве с монгольской невестой Марко так описал девушку: «Была она красавица, приятная».

Кокечин плыла на судне Марко, предпочитая больше общаться с венецианцами, чем с китайцами и монголами. В результате девица выучила итальянский язык.

Путешествие продолжалось около трех лет. В 1293 году свадебная флотилия из империи Юань наконец-то прибыла в Персию. Здесь девятнадцатилетнюю Кокечин ждала тяжкая весть: ее жених, ильхан Аргун еще в 1291 году скончался от паралича.

Согласно монгольскому обычаю невеста покойного должна была стать женой его ближайшего родственника. Таковым оказался сын Аргуна, новый ильхан государства Хулагуидов двадцатидвухлетний Газан-хан.

Отправляясь с корабля к неизвестному мужчине, Кокечин «горько плакала» и бросалась в объятия к Марко, его отцу и дяде:

«Кокечин полюбила послов так, что нет того, чего бы она не сделала для них как для родных отцов», – писал Марко Поло.

Столь эмоциональное поведение невесты при прощании с венецианцами не осталось незамеченным.

Привезший Кокечин к Газан-хану советник тут же нашептал повелителю, что девица может быть «не чиста». Путешествие продолжительное, ночи на корабле темные и страшные, а Марко Поло – рослый, красивый и обходительный мужчина.

Газан-хан обеспокоился и потребовал к себе Марко. Путешественник заверил повелителя, что доставил невесту в Персию в том виде, в котором получил ее в империи Юань.

Государь, тем не менее, приказал устроить Кокечин проверку на чистоту, которую девушка с успехом прошла. Сразу после этого состоялась свадьба.

Из-за подозрений со стороны ильхана в адрес Марко венецианцам пришлось прожить в Тебризе целых девять месяцев – гораздо дольше, чем они планировали.

Наконец Марко вернулся в родную Венецию, где в 1300 году женился на знатной даме Витале Бадоре, родившей ему трех дочерей.

А что же прекрасная Кокечин-ханум? Муж, убедившийся в ее неприступности на протяжении трехлетнего плавания, относился к супруге с любовью и уважением. К сожалению, семейная жизнь монгольской красавицы оказалась недолгой: в июне 1296 года Кокечин скончалась в возрасте двадцати двух лет.

Так сложилась судьба молодой женщины, которая совершила невероятное путешествие, увидела поразительные чудеса и доказала придирчивому жениху свою чистоту.