Василий Гавриленко – Шаг за околицу (страница 7)
Влада молчала. Ей вспомнился бородач из автобуса. Огромный, жуткий. Что-то в нем было … нечеловеческое.
Кто же это был? Почему он назвал ее поляницей? Почему она не должна слушать препода?
– Нет, мне не страшно, – сказала Влада, отодвигая тарелку с недоеденным пюре.
– Я тебе в больницу передачки носить не буду, – мрачно пробурчала Лора.
Влада с трудом дождалась вторника. Время тянулось, как засохшая ириска. И это несмотря на то, что к ее с Лорой компании присоединился веселый и добродушный парень Мельников. Вообще, в «универе» все было на удивление хорошо. Разве что немного напрягали презрительные взгляды Божены Мальцевой, но ни на что иное институтская красавица не сподобилась. Единственное: на физкультуре, которая на этой неделе проходила в бассейне, Мальцева, проплыв мимо Влады и Лоры, бросила:
– Клевый купальник, Речкина.
И непонятно было, похвалила она простенький купальник Влады, или попыталась уколоть.
После случая с бородачом Влада возвращалась домой только засветло, и все равно ей было страшно, все равно до боли в костяшках пальцев сжимала в кармане перечный баллончик, следуя от остановки до дома в Полпинке.
Но вот, наконец, и вторник. Влада приехала на полчаса раньше, все это время слонялась по коридорам в ожидании Долгова. Руки холодели от нетерпения.
Вот и десять. Десять и десять минут. Опаздывает преподаватель! Десять двадцать, половина одиннадцатого…
Влада поняла, что Долгов не придет.
Да как же так! Ей же так нужно поговорить с ним, рассказать о бородаче.
«А что, если пойти к нему домой?».
Мысль была дикая, но Влада тут же за нее ухватилась. Адреса Долгова она, конечно, не знает, но ведь можно спросить у Натальи в деканате. Наталья добродушная и приветливая женщина, которая вполне может пойти навстречу студентке.
Влада не ошиблась: Наталья легко сообщила ей адрес преподавателя. Правда, пришлось соврать: Долгов не пришел на факультативное занятие из-за болезни, позвонил Владе, попросил срочно привезти книгу по старославянской мифологии.
«Улица Дуки, 17».
Квартира не указана, это значит, что преподаватель проживает в частном доме.
До улицы Дуки Влада добралась на автобусе. Почему-то она ожидала увидеть мрачный старый дом с резными наличниками на окнах, но увидела вполне современное одноэтажное здание из белого кирпича. Робея, Влада отворила зеленую калитку и проследовала к крыльцу. Справа от крыльца находился гараж, в котором, наверное, стоял «Ламборджини Ураган». С каждым шагом идея поехать к Долгову домой казалась все более безумной: кто знает, как отреагирует преподаватель?
Но отступать Влада не собиралась: будь что будет. Тем более, Александр Степанович наверняка видел ее в окно.
Звонка рядом с дверью не было. Влада постучалась. Сначала робко, затем – сильнее. При последнем ударе дверь внезапно распахнулась. За ней – широкий пустой коридор, упирающийся в современную кухню. Влада с мамой о такой могли только мечтать.
– Александр Степанович! – хрипло позвала Влада.
Тишина.
Влада прочистила горло и позвала еще раз. Получилось звонко.
На этот раз из дома донеслось нечто похожее на всхлип.
«А вдруг, ему плохо?» – пронеслось в голове, и Влада шагнула через порог.
Она прошла по коридору в кухню. Никого. Заглянула в гостиную, обставленную в популярном стиле минимализм: пусто.
«Значит, он в спальне», – решила Влада. Она снова позвала препода и, не получив ответа, отворила дверь спальни. Никого.
Остается уборная. Вот же будет конфуз… Влада зря боялась: в уборной было пусто.
А всхлип раздался снова! Влада огляделась и увидела дверцу в стене справа от кухни. Чулан, кажется. Неужели Долгов спрятался от нее в чулане?
– Александр Степанович, мне нужно поговорить с вами! Срочно!
Из-за двери чулана явственно донесся стон. Да ему, и правда, плохо! Влада бросилась вперед, распахнула дверь и отшатнулась.
Посреди большого чулана, который больше напоминал маленькую комнату, висел на толстых цепях обнаженный по пояс человек. Его голова свесилась на грудь, руки, закованные в кандалы, разведены в стороны, как у Христа. Ноги, правда, были свободны, но он явно держался на них из последних сил.
«Мой препод – маньяк!» – промелькнуло у Влады в голове.
Подвешенный на цепях человек издал стон, затем пробормотал нечто странное:
– Из Нави вышло, в Навь вернется.
И тут же Влада поняла, что перед ней не жертва преподавателя-маньяка, а сам препод!
– Александр Степанович! – воскликнула она.
Долгов тут же вскинул голову. Звякнули тяжелые цепи.
На мгновение Владе показалось, что глаза препода были красными, светящимися… как те глаза из колодца. Но наваждение тут же исчезло.
– Речкина? – слабым голосом спросил Долгов. – Что вы здесь делаете?
– Яаа, – растерянно протянула Влада. – Сегодня факультатив…
– Ах, да! – воскликнул препод. – Как я мог забыть? Но, если я не пришел, вы считаете правильным заявляться ко мне домой? Да не просто домой, а в мой чулан?
Долгов загремел кандалами. Влада заметила, что рядом с ним стоит табурет, а на табурете – ключ. Александр Степанович без видимых усилий дотянулся до ключа, вставил его в замок, провернул.
Освободившись от цепей, Долгов шагнул к Владе.
– Разрешите, – сказал он. Влада посторонилась.
Долгов проследовал в ванную, взял с полочки крем «Морковный». Морщась от боли, стал намазывать иссиня-красные запястья.
Закончив, он снял с вешалки толстовку, быстро надел ее.
– Так о чем таком срочном вы хотели мне поведать, Речкина? – раздраженно осведомился препод.
У Влады кружилась голова, а все происходящее казалось нереальным. Не каждый день видишь преподавателя университета, который приковывает себя на цепь, словно злобного и опасного пса.
– Бородач… – пытаясь собраться с мыслями, пробормотала Влада. Вся эта история с бородатым любителем пива из автобуса уже казалась ей мелкой и незначительной.
Но, взглянув на Долгова, она удивленно вытаращила глаза. Теперь Влада знала, что значит выражение – «у него отпала челюсть». Александр Степанович был явно удивлен, ошарашен и, пожалуй, испуган.
– Где? Когда? – спросил он. – Идемте в гостиную, расскажите все.
Влада замешкалась, размышляя: может, не в гостиную ей надо идти, а бежать в полицию или звонить в психиатрию, заявлять о человеке, вкусы которого очень специфичны.
Влада опустилась на диван. Долгов сел в компьютерное кресло рядом с большой, разлапистой монстерой.
– Слушаю вас.
Собравшись с мыслями, Влада принялась рассказывать. Препод слушал, подперев кулаком голову. На его лице застыло болезненное выражение.
Когда Влада закончила, он негромко и как будто обреченно, сказал:
– Я так и знал. Впрочем, этого следовало ожидать.
– Александр Степанович, почему он сказал мне не слушать вас? – спросила Влада. – И почему назвал поляницей?
Долгов взял стоящую у монитора бутылку с водой, неторопливо открыл крышку, отпил воды.
– Потому что ты и есть поляница, Речкина.
Владу больше поразило, что препод назвал ее на «ты», чем все остальное. Она вдруг со всей отчетливостью поняла, что сидит в доме одинокого мужчины, который двадцать минут назад висел на цепи в своем чулане, и который явно водит знакомство с какими-то подозрительными бородатыми типами. Может, с бандитами.
– Я, наверное, пойду, Александр Степанович, – сказала Влада, поднимаясь.
Долгов болезненно скривился, сказал, снова начиная «выкать»: