Василий Евстратов – Ягор Дайч (страница 46)
— Без шума их снять сможете?
— Да они в нашу строну и не смотрят, — уже уверенней ответил Гриша. — Все внимание вглубь распадка, на перестрелку.
— Кончайте их…
Не успел скомандовать, как в наушнике прозвучали еле слышимые хлопки выстрелов из оружия парней. Видимо на прицеле секрет держали, вот и отработали быстро.
— Готово.
— Продолжаем движение! Конец связи.
Решив не рисковать зря, набросил на себя «покров» и только тогда дальше двинулся.
Когда я, изредка с парнями перекликаясь, чтобы понимать, где кто находится, добрался до нужного места, там стрельба уже стихла. Так что, чуть спустившись вниз, чтобы заросли не закрывали обзор, присел за большим валуном и в бинокль принялся рассматривать место недавнего боестолкновения.
Напали действительно на контрабандистов, ну и всякие сомнения, будем воевать или тихо, как и пришли, уйдем, отпали сами собой. Так как…
— А-а-а, — до меня донесся крик.
…эти твари немногочисленных выживших пытали. И пытали не для того, чтобы что-то там узнать, просто так, для удовольствия, ведь даже баулы на лошадках потрошить еще не начали, столпились вокруг выживших и что-то там радостно лопочут.
Судя по внешнему виду — действительно хунхузы, тут парни правильно нападавших определили, как и то, что они не из самых успешных. В такие лохмотья одеты, зиму они вряд ли бы пережили, вымерзли бы. Но теперь не вымерзнут — некоторые, самые хитрожопые, уже отвлеклись от наблюдения за пытками, начали трупы раздевать и сразу на себя ту одежду напяливать.
«А вот почему…», — задать этот вопрос себе не успел, ответ сам нарисовался.
— Движение по распадку, — парни тоже новых действующих лиц срисовали и тут же мне доложились.
— Вижу.
Еще четверо хунхузов, и эти своим внешним видом на подзаборных бродяг уже не походили, относительно нормально одеты. Или предводители этого сброда, или наниматели. Наниматель и три его охранника, скорее так. Вот они, не обращая внимания на развлечения остальных, сразу же к лошадям направились, грубо отогнав подошедших было к ним двоих бродяг.
Теперь понятно, почему остальные грузом не заинтересовались, им запретили к нему приближаться.
— Наблюдаю восемнадцать человек, — прошептал я в разговорник.
— Подтверждаю, восемнадцать, — тут же отозвался Гриша.
— Тоже восемнадцать насчитал, — следом и Андрюха доложился.
Убрав бинокль в футляр, взялся за Винчестер, уже в четырехкратный прицел осмотрел предстоящее поле боя.
— Гриша, — принялся я распоряжаться, — сдвинься чуть выше по распадку и там позицию займи. Если кто рванет в ту сторону, чтобы ты сумел его перехватить. Андрей, ты чуть назад вернись, с той же целью. Я по центру. Делаем треугольник, чтобы непростреливаемых участков не осталось. Займете позиции — доложитесь.
Выслушав подтверждение принятия команды, снова на себя скинутый было «покров» набросил и еще ниже спустился, к очередному валуну. Отсюда я практически всех хунхузов мог достать…
— На позиции, — первым Андрей доложился.
Еще через пару минут и Гриша…
— Позицию занял.
— Принял! Теперь, Гриша, работаем мы вдвоем с Андреем, ты за своим флангом наблюдаешь и изредка нас поддерживаешь.
— Думаешь там тоже секрет есть?
— Вряд ли, — ответил я уверенно… почти. — Ту сторону, скорее всего главные их пасли, но подстраховаться не помешает.
Все это время, переговариваясь с братьями, я ждал момента. И наконец дождался. Пленные кончились, и бродяги, увидев, что самые расторопные из них уже следующие тела раздевать начали, зло загалдели и тоже поспешили трофеями заняться. В это же время, четверка главных распотрошив и рассмотрев содержимое одного из вьюков, подступились к следующей лошади…
— Андрей, работаем по крайним, ты со своей стороны, я со своей. Стараемся первыми отстреливать тех, кто вне внимания остальных находятся.
— Принял!
— По готовности! Конец связи.
Первую цель я себе уже выбрал. Один их самых шустрых, пока другие на пытки отвлекались, раздев одно тело, торопливо взялся за второе. Но дораздеть второго мертвого он не успел, только обувь с него стащил и, получив по морде, отбежал в сторону. Утерев рукавом юшку под носом, он убедился, что на его добычу никто не претендует, отошел еще дальше в сторону и присел у дерева, принялся торопливо переобуваться.
Выдохнув, успокоив сердцебиение, я подвел перекрестье прицела к затылку цели и плавно нажал на спусковой крючок. Винчестер ткнулся прикладом в плечо, глушитель исправно отработал, звука практически не было слышно. Цель моя, как сидела, так и осталась сидеть, только голову грустно повесила. Но на него я внимания уже не обращал, качнув рычагом — перезарядил Винчестер и перевел прицел на следующую цель. Очередной хунхуз, так дернул за штаны, стаскивая их с трупа, что не удержался на ногах — упал плашмя, да так и остался лежать. Это дело увидел его сосед, попытался было рассмеяться, да только и успел воздух в себя втянуть, как, дернув головой, также плашмя рухнул.
Отлично! И этих двоих я достал, но, похоже, на этом наша незаметность подошла к концу. Сначала один хунхуз завопил, потом еще громче все остальные, когда на их глазах еще трое (Гриша, как первый вопить начал, присоединился к нашему веселью), где стояли, там же как подрубленные безжизненно рухнули.
Многозарядность, отсюда скорострельность, бесшумность и незаметность из-за отсутствия огненной вспышки и дымного следа — это просто супероружие по теперешним временам. Мы уже половину их отряда вынесли, а они еще толком и не поняли, что происходит. В панике заметались, не зная откуда опасность исходит, куда бежать. Несколько человек наобум выстрелили, только уж очень в сторону от моей и братьев позиций.
Кхтш — приглушил звук глушитель и один из четверки главарей упал под копыта пошедшей боком лошадки.
Кхтш — к нему присоединился еще один, повернувший голову на вопли бандитов и пытающийся понять, что происходит.
Третий было дернулся, но только шаг успел сделать, как и его подстрелили.
— Гриша, этого желательно живьем взять, — успел я сказать в разговорник, проводив взглядом последнего и самого главного из четверки «нанимателей», что в забег сорвался по распадку в Гришину сторону.
— Сейчас… Готово! Я его стреножил.
— Наблюдай за ним, мы тут сами с Андреем закончим.
— Понял.
Проблем с закончить никаких не случилось, хоть оставшиеся хунхузы и попытались залечь и спрятаться, но мы с Андрюхой их прекрасно видели, каждый со своей стороны. Так что никаких шансов никому не дали, только и успевай рычагом дергать, оружие перезаряжать, да прицел на цель наводить.
Последние, окончательно запаниковав, попытались было убежать, но…
— Кончились, вроде, — несколько неуверенно произнес Андрей.
И я его понимаю, сам слегка в шоке, насколько легко у нас все получилось. С прошлым нашим оружием такого результата мы бы в жизни не добились. Победить, может быть, и победили бы, но всех завалить не получилось бы, какое-то количество точно убежало бы. Ну или нам отступить бы пришлось, так как умереть хунхузы совсем не боятся, жизнь у них совсем не сахар, так что на смерть они легко идут. И сейчас, если бы они знали где мы спрятались, толпой на нас бы ломанулись, кто-то да успел бы добежать. Но они до последнего так и не поняли почему умирают и что вообще происходит. Не знают тут еще бесшумного и бездымного оружия.
— Гриша, что у тебя?
— Тихо! Беглец под упавшее дерево заполз и там замер, но я его прекрасно вижу. Других никого не наблюдаю.
— Перезаряжаем оружие и, вы посматривайте по сторонам, я же выхожу на контроль. Как поняли?
— Понял.
— Понял.
— Конец связи.
Собрав использованные и отлетевшие чуть вбок гильзы, убрал их в подсумок для последующего переснаряжения. Из другого подсумка вытащил коробок, принялся из него патроны доставать и Винчестер заряжать. Как закончил, еще раз по сторонам осмотрелся, уже не скрываясь поднялся на ноги, чуть постоял, но чужих взглядов на себе не ощутил, направился вниз.
— Да как так-то?
Гришин «стреноженный» не просто так затих под упавшим деревом, он там помер, так что остались мы без языка.
— Я же его в ногу с внешней стороны подстрелил, не должен он был умереть, — все не мог поверить в случившееся брат.
Ну да, сквозная рана в бедре с внешней стороны, крови подстреленный не столь и много потерял, кость тоже цела. Умереть не должен был, но умер.
— Это уже не важно, — в темпе обыскав труп и ничего интересного у него не обнаружив, выпрямился я. — Может быть сердце у него не выдержало, может еще что, бессмысленно гадать, пошли груз смотреть.
Пройдясь по месту боестолкновения, я не только «наши трупы» проконтролировал, вообще всех. А было их тут немало. Как и говорил уже, смерти хунхузы не боятся, или от отчаяния, или под наркотой были, но использовав не столь и многочисленные свои огнестрельные запасы, в рукопашную с караванщиками сошлись. Поэтому, наверное, пытками после и занялись, страх и злобу вымещали из-за больших потерь.
— Егор, — окликнул меня Андрюха, первый подошедший к уже распотрошенному хунхузами вьюку.
— О-хо-хо, — присел я рядом с ним, осмотрел содержимое, перевел взгляд на остальных лошадок. — Проверяем все.
В раскрытом вьюке оказалось оружие. И оружие хорошее, под унитарный патрон центрального боя. Обычно купцы таким хунхузов не снабжали, так как оно против них самих могло быть повернуто. Тот же Датзер до конца сомневался, продавать нам или нет Шарпсы с Винчестерами, хотя дед мой на хунхуза совсем не похож был. И только собрав информацию по нашему семейству, узнал, что мы точно не бандиты, а наоборот — бывает истребляем их, тогда уже решился исполнить наш заказ. А тут, караван из двенадцати лошадей и семь из них груженные практически одинаковыми по форме вьюками.