Василий Евстратов – Ведун (страница 11)

– Вот так хорошо будет. – Дед за какие-то десять минут полностью убрал шрам с ее тела, только легкое покраснение на коже и осталось. Осмотрел довольно проделанную работу и неожиданно для меня взял ее и пробудил, коснувшись головы.

Дарья сразу же и проснулась. Глазами хлоп-хлоп, пытается спросонок понять, что происходит и где она находится, ну и на возвышающегося над ней деда удивленно смотрит.

Что поразило: не испуганно, а именно удивленно.

Это и деду понравилось, вон как хмыкнул одобрительно. Даша тем временем, рассмотрев деда, по сторонам глазами повела, осматриваясь, ну и меня увидела. И, видимо, узнала, вон как глаза свои темно-серые распахнула.

Узнала и сразу же все вспомнила.

Так как на миг замерла, прислушиваясь к себе, но боли почти нет, лишь фантомная, быстро проходящая. От удивления она подскочила, села на столе и за бок схватилась. И снова замерла, только глаза ее стремительно, еще больше расширяться начали.

Мац-мац по боку, по животу – ничего не нащупала. Этим не удовлетворилась: схватилась за грудь, в сторону ее оттянула, а сама голову наклонила, принялась бок, а потом и живот уже не просто щупать, но и внимательно рассматривать.

Крови на теле хватает, но от раны и следа не осталось.

– Это… как?

– Вот так, – добродушно усмехнулся дед.

Да и я от улыбки не удержался, очень уж она потешно выглядела в этот момент.

– Саш, принеси общеукрепляющее и кроветворное.

Я тут же подорвался и выскочил в приемную, там в закрытом холодильном шкафу (вместе с операционным столом сюда переехал и также сделанный под заказ) уже готовые снадобья хранятся.

Открыл шкаф, потом стеклянную дверцу на верхней полке и быстренько достал оттуда нужные зелья.

– Принеси ей футболку и… что еще, сам там подбери, – забрав пробирки, дед меня тут же отправил за одеждой, после чего снова на Дашу взгляд перевел. – Пей, быстрее восстановишься. – Открыв пробки, дед протянул их ей. Та спорить не стала, хоть и с подозрением взглянула на пробирки: в одной бордового цвета жидкость, в другой – салатового, совсем на лекарство не похоже. Но все же, зажмурившись, выпила одну за другой залпом. – Молодец, душ там. – Забрав пробирки, дед пальцем указал ей направление. – Иди умывайся, после, как оденешься, тогда уже все объясню.

Даша, открыв глаза, – до нее, видимо, только теперь дошло, что она полуголая перед нами тут сидит, так как рефлекторно хлоп – накрыла ладонями свою грудь.

– Иди умывайся, девочка, – снова усмехнулся дед. – Никто ничего плохого тебе здесь не сделает.

Я тоже задерживаться не стал, первым из процедурной вышел. По пути осмотрел себя…

«Н-да, мне душ тоже совсем не помешает». – Пока ее донес, весь в крови изгваздался.

– Ну что? Как Дашка?

Во дворе людей прибавилось, еще три парня откуда-то взялись: два здоровяка и в противовес им – один худой, как щепка. На меня налетел «суетливый»… Присмотрелся к нему – брат! Точно, Дашин брат! Трудно в этом ошибиться, не просто похожи друг на друга, у них почти одно лицо. Теперь становится понятно, из-за чего он так суетился и сейчас продолжает это делать.

– Все прошло нормально, – не стал я отмалчиваться и поспешил его успокоить.

– Как она, ее можно увидеть? – подошли ко мне все остальные, но вопрос задал прилично так возвышающийся надо мной здоровяк.

– Как у нее самочувствие? Скорую вызывать надо или не надо? – практически одновременно с ним заговорил и второй здоровяк.

Перевел взгляд на него, потом обратно на первого – тоже, видимо, братья: не одно лицо, но очень похожи друг на друга.

– Что молчишь?

А я в этот момент не знал, что им и отвечать. Если честно, не ожидал, что дед решит ее полностью вылечить, рассчитывал на то, что просто зельями рану обработаем и зашьем ее. Ну а дед даже раздумывать не стал…

– С ней все в порядке, – повторил я ранее сказанное. – Самочувствие хорошее, так что скорую вызывать не надо. Она сейчас душ примет и выйдет к вам, сами в этом убедитесь. – Больше ничего объяснять не стал, пусть дед это делает, раз поторопился с ее пробуждением и не дал мне ему вопросы задать. – Извините, но мне тоже нужно себя в порядок привести, а также одежду ей подобрать. Вы ведь ничего не принесли? – Судя по тому, как здоровяки сначала удивленно на меня посмотрели, а потом озадаченно между собой переглянулись и на остальных глянули – о сменной одежде никто и не подумал. – Ждите! – поставил я точку в разговоре. – Она скоро выйдет.

– Ты же говорил, что ее сильно порезали? – удаляясь, услышал, как к кому-то «первый здоровяк» обратился.

– Реально сильно, – воскликнул белобрысый крепыш, видимо, он, пусть не до скорой, но позже, до друзей или кто они там, все же сумел дозвониться. – Там жуть, ребра видно было…

Сразу заскочил в душ, быстренько смыл с себя кровь и уже тогда за одежду принялся. Мудрить ничего не стал, что сам в шорты и футболку оделся, ну и Дарье то же самое подобрал. Футболку подлиннее, трусы-боксеры новые, лифчиков у меня нет, так что еще бриджи прихватил, надеюсь, они на нее налезут, все же в бедрах она более объемная, чем я, и направился обратно.

Не задерживаясь, проскочил мимо парней и одной девушки, что проводили меня встревоженными взглядами, заскочил в приемную и понял, что торопился зря. Даша еще в душе плескается, видимо, долго перед зеркалом крутилась, исчезнувшую рану искала.

– Вещи на полке! Белье новое, можешь смело надевать, надеюсь, подойдет тебе, – скороговоркой проговорил это и сразу же выскочил, чтобы ее не смущать.

Но она, похоже, и не смущалась, из-за мутного стекла душевой кабины донеслось в ответ вполне спокойное:

– Спасибо.

Вот так мы и познакомились.

Дед мудрить тогда не стал, вывел Дашу к ожидающим ее брату с друзьями, и когда они ее осмотрели-ощупали и, завалив вопросами о самочувствии, чуть успокоились и собрались уже на нас переключаться…

– Никаких вопросов и расспросов! – опередил их дед. – То, чему вы сейчас стали свидетелями, должно тут и остаться. Иначе… – обвел он всех взглядом, – вам все равно никто не поверит. Не поверит, – повторил он, – и вы лишитесь возможности, когда возникнет нужда, обратиться ко мне за помощью. Всем все понятно? Вопросы есть?

После небольшой паузы…

– Владимир Данилóвич, – представился «первый здоровяк». – Как к вам обращаться?

– Василий Андреевич Кокора, – представился в ответ дед и представил меня: – А это мой внук, Александр Мещерский.

– Очень приятно, – чуть склонил голову Владимир. – И спасибо большое за помощь, Василий Андреевич. Мы все друзья Даши и Дани, – кивнул он на продолжающих стоять в обнимку сестру и брата, который уже забрал у нее пакет с ее окровавленными вещами. – Вопросов задавать не будем, – даже деревья покачнулись, такой вздох сожаления у них у всех вырвался, очень уж им эти самые вопросы хотелось задать. – И от нас никто ничего не узнает, это я вам твердо обещаю.

Обещание они выполнили: никто ничего не узнал, и слухов по городу не пошло. Хотя, когда они притащили, хорошо не деньги – магарыч, отблагодарить деда, он их на меня спихнул, так как сам к спиртному равнодушно относился. Вот когда мы этот магарыч в беседке у бассейна распивали, они меня и попытали. Ничего конкретного не ответил, но намеки бросил: да, кое-что умеем, в том числе и я, но показывать не буду, так как пока только учусь. Ну и тогда же я и узнал, как Даша рану свою получила.

Встретились на тесной дорожке с недругами, разойтись не смогли, завязалась драка. И один из новых друзей Лехи Щура, сына главного инженера моторного завода, что к Дашке клинья подбивал, попытался ее брата ножом в спину пырнуть. Она это увидела и на руке у него повисла, ну а он, отмахнувшись, не брата, а ее порезал.

Вот такие дела.

На этом наше знакомство не закончилось, они надо мной шефство взяли, начали с городом знакомить, в местную жизнь посвящать. И, судя по тому, что дед вообще без вопросов меня с ними отпускал и разрешал им к нам приходить, на это он и рассчитывал, когда решил Дашу полностью вылечить. Внешне не показывал, но я-то его хорошо знаю, доволен он был, что у меня приятели появились.

– И-и-их, – с визгом, бомбочкой прыгнула Дашка в бассейн.

Познакомились мы с ними в августе, сейчас же на дворе уже октябрь, через четыре дня Блистательный максимально к Земле приблизится. Ну а завтра по стране объявят режим повышенной готовности и с трех часов дня запретят людям покидать дома. Все должны находиться по месту жительства и у круглосуточно работающего телевизора, где по местным каналам людей будут оповещать о положении в городе и общее – по Земле. Ну и если последует команда, продублированная сиреной, все должны будут проследовать в бомбоубежища. Это недавно уже все было отрепетировано несколько раз, так что все знают, что делать и куда бежать.

Так что сегодня еще веселимся, ну а завтра уже начнется трехдневный отсчет – жить нам или… но об «или» сейчас думать совсем не хотелось.

Глава 5

Выспался отлично, еще не открыв глаз, чуть потягиваться не начал, уже было руки раскинул… да так и замер. Я не помню, чтобы спать ложился. Зато прекрасно помню кое-что другое.

Резко открыл глаза и тут же подорвался на постели.

– Дед?

– Все нормально, Сашка, все нормально, – попытался он меня не очень удачно успокоить, прекрасно понимая, что именно меня так напугало.