Василий Евстратов – Шатун 2. S-T-I-K-S (страница 60)

— Уговорим. Ладно, ближе к вечеру подтянусь.

По пути в «Странника» нас Буслай перехватил.

— Шатун, на пару слов, — отозвал меня в сторону.

Отошли в сторону.

— Короче так, Шатун. Шериф к тебе претензий никаких не имеет, так что можешь не напрягаться и оставаться в стабе столько, сколько посчитаете нужным.

— Ты мне лучше скажи, что это вообще было?

— Не знаю, Шатун. Честно, понятия не имею, почему он так к тебе цепанулся. Но хоть и не любит он тебя, но по беспределу наезжать не будет.

Поговорили ещё пару минут и разбежались.

— Шериф претензий к нам не имеет, можем расслабиться и получать удовольствие, — озвучил то, что Буслай мне передал, на вопросительные взгляды, когда вернулся к своим.

— А те, вчерашние? — спросил Корнет.

— Группа Винстона спешно покинула стаб и отбыла в неизвестном направлении.

— Понятно, что ничего непонятно.

Продолжили путь в «Странника», осуждая то, что это вообще вчера такое было? И надеясь, что серьезных последствий вчерашний вечер иметь не будет.

ГЛАВА 22

Полностью все вещи забирать не стал, но основное все же перетащил. Поживу пока у Факира — есть нам, о чем с ним поболтать.

— Вот че вам на месте не сидит… Ик! — навалился грудью на стол Факир и водит в воздухе пальцем — пытаясь между приступами икоты продолжить мне выговаривать. — Ща! — вытянул руку ладонью вперёд и зажмурился, пытаясь с икотой справиться.

Переехал вечером к нему, как и обещал. Сначала он меня обследовал и не найдя никаких отклонений принялись стол собирать. Пока стол накрывали, Хельгу помянули: её смерть Факир тоже болезненно принял. А потом с его помощью притушил себе регенерацию и устроили себе нормальные посиделки: рассказывал ему, что интересного произошло после нашего с ним расставания в Береговом. За Шельму тоже разговор зашел, вот он и возмущается, что это вообще частая болезнь рейдеров — стремиться к смене жительства и ехать в неизведанные дали.

Короче посидели так, что накушались мы с ним до изумления: в голове туман плавает и такая нега во всём теле, состояние — всех люблю, идите обниму вас.

Это видать и Пират, которого я всё–таки от Лады оторвал — прочувствовал: прыгнул на стол к нам и принялся вкусное что вынюхивать, глядя на это дело и Курама — двойник Пирата, которого я подарил Факиру и которого он мультяшным именем обозвал — тоже к нам присоединился.

— Не наглей! — Подхватил Пирата на руки и принялся его гладить. — Вот ещё о чем хотел с тобой поговорить! Пират постоянно к потрохам упырей тянется, когда мы их разделываем. Может ему живчика уже мало и горохом пора кормить, только не в уксусе приготовленном, а то и жемчужину стоит дать?

— Интересно, — приоткрыл он один глаз и на Пирата уставился.

— Скажи, Факир, что будет если Пирату жемчужину скормить, он квазом не станет случайно?

Факир открыл второй глаз и сфокусировал взгляд на мне. Потом поднял глаза к потолку — переваривая вопрос.

— Геннета — кваз? — переспросил он и засмеялся противным смехом. — Это будет прикольно! Давай жемчуг!

— Да подожди ты, сразу жемчуг! Ты мне скажи: вот он же пьёт живчик…

— А горох давал ему?

— Горох не пьёт, — отрицательно покачал я головой. — Я проверял. Но ему может уксус на халяву не сладок, а в другом чём я не пробовал для него растворять.

У Факира, несмотря на то, что пьяный — фанатично заблестели глаза. Мне аж страшно стало, и я Пирата к себе прижал: «Не отдам!»

— Сейщас… Тьфу! Сейчас попробуем… Давй жемчуг! Это будет интересный опыт.

После этих слов мы с ним опять чуть не подрались.

— Да я, если что, сумею всё откатить, — убеждал он меня. — Это ж не то, что когда уже квазом стал, а на начальной стадии редко бывает, чтоб знахари не справились!

— На своем, Кураме, опыты ставь! — отнекивался я.

Уже сто раз пожалел, что вообще эту тему поднял.

— Курама у меня живчик не пьет, — развел он огорченно руками и подхватил этого самого Кураму, оторвав его от тарелки с мясом. — Боюсь пока его к нему приучать, вдруг обратится. В старости над ним такой опыт проведу. Так что только Пират у нас остается.

Долго мы ещё собачились иногда и громко, наши геннеты на это глядя — дружно смылись куда–то от греха подальше. Опрокинули мировую, и он меня все же уговорил — поклявшись, что с Пиратом ничего плохого не случится.

Поднялся в выделенную мне комнату и принес оттуда запас жемчужин, который с собой брал, чтоб за машину расплатиться.

— Вот, выбирай! Но чтоб ему идеально подходила! — погрозил ему кулаком.

Пирата долго ловить не пришлось, вернее он сам, как его позвали — прибежал. Принялся с интересом за размахивающим руками Факиром следить, иногда на этой самой руке и повисая, вцепившись в неё зубами.

Тот руками помахал вокруг него, поотрывал от руки Пирата, снова руками помахал и принялся жемчуг перебирать, пока три штуки в сторону не отложил. И снова принялся руками махать и из этих трёх самую подходящую выбирать.

— Вот! — Показал он выбранную. — Как специально для него тварь вынашивала.

Посверлив Факира взглядом, забрал у него жемчужину и Пирату под нос поднёс её — внимательно за ним наблюдая. Тот сначала понюхал: а что это вы мне даёте? А потом, не успели мы с Факиром и глазом моргнуть — проглотил её и жадным взглядом на нас уставился.

— Твою мать! — синхронно выругались мы с Факиром.

Посверлив нас глазами, они у Пирата вдруг озадаченные стали и он, наклонив голову вбок, к себе прислушался.

— Видать потеплело в животе, вот и прислушивается, — прошептал Факир.

— Ты давай того, проверяй его! — почему–то и я шепотом ответил ему в ответ.

— Пока ничего, — проверив Пирата, всё также шёпотом ответил мне Факир. — Давай, чтоб всё удачно прошло! — налил он ещё по одной рюмке.

Когда на утро протрезвели и вспомнили что мы вчера учудили — снова чуть не подрались с Факиром — ор стоял до небес, но быстро помирились, потом ещё раз: «За здоровье Пирата!» и потом до вечера вокруг него танцевали — Факир руками размахивал, а я за компанию рядом крутился — волновался очень, а вдруг и вправду квазом станет. Но не в этот день, ни в последующие, что мы в стабе находились — с Пиратом никаких изменений не произошло — вздохнули мы облегчённо.

— Я не удивлюсь, если у него дар какой в ближайшее время прорежется, — на прощание озадачил меня Факир. — У него изменения кое–какие происходят, но теперь можно уже смело говорить, что они ему на пользу пойдут. Так что не зря жемчужину потратили.

— Да боги с ней, жемчужиной! — махнул на это рукой. — Это не так страшно, как если бы действительно что с ним что случилось. Квазом точно не станет?

— Уже не станет, — успокоил он меня. — Что–то он приобретёт: может изменения в теле и будут, но внешне ничего не отобразится — разве что подрастет немного, да сильнее станет. А скорей всего и правда дар какой прорежется — очень на это похоже. Может задержитесь, я б его ещё понаблюдал?

— Да я бы с удовольствием, Факир, но времени как обычно нет. Нужно жемчуг добывать, чтоб за машину расплатиться.

— Понимаю. Но смотри…

— Через два месяца нам в любом случае тут нужно будет быть, так что увидимся.

Перебрался от него в «Странника», переночевал там и поутру мы покинули Клин, направились почти по прямой на юго–восток, к месту столкновения с мурами. А оттуда уже проверим, правильно ли Тихий маршрут высчитал к нужному нам кластеру.

— Тут не разгоняйся! — скомандовал Катрану.

Тот посмотрел на меня сначала недоуменно, но разгоняться не стал, держа небольшую скорость — быстро въехал, для чего я так командую.

Мы только что покинули кластер, где дорогу, даже направлением не назовёшь, сплошные колдобины. И вот при пересечении границы кластера, заметил, как крупная птица в лесополосу приземлилась.

Так как таится среди своих мне больше не нужно было, то мы теперь постоянно птиц при движении используем. Даже клетку складную с собой возим, чтоб на остановках их туда сажать, а не искать потом новых. А так и мы стоим отдыхаем и птице отдых — поим–кормим её в это время.

— Ещё медленней! — удобней умостился и прикрыв глаза раскочегарил свой дар на полную.

Проехали метров двадцать, когда я зацепил орла даром.

— Стоп! — прошептал.

Настройка благодаря приобретенному опыту всего минуту заняла. И вот орел воспарил в небо и я с ним — прицепился к птице, паразит такой. Но не успел я толком осмотреться, как всего прошибло холодным потом и связь с птицей чуть не потерял.

— Ты чего, Шатун? — обеспокоенно спросил меня Катран. Увидел, как меня в кресле подбросило.

— Скорость на максимум и не отвлекай меня! — Помимо воли дрожащие нотки в голосе прорезались.

— Понял! — Не задавая больше никаких вопросов — прибавил он газу.