Василий Евстратов – Нафаня (страница 31)
Ха, не попалили! Стоят–покачиваются на своей волне, наушников на голове им не хватает, меломаны чертовы. И, главное, я кажется понял, как мне спораны добывать: если бы не прокол с Пургеном, то и раньше бы дошло. Не чувствуют меня твари под хамелеоном, так что в ускорении я их десять раз выпотрошить успею, пока до них дойдет, что их кто–то убивает.
Нужны тренировки! И этот город мне их полной мерой обеспечит.
Уже обеспечивает, — просочился я мимо очередной группы зомбаков, что возле продуктового магазина, расположенного в соседней с моей девятиэтажкой пятиэтажке на первом этаже, уже прилично так какую–то бедолагу на запчасти разобрали.
Примерзкое же это зрелище. За всё время пребывания в этом мире я думал что ко всему уже привык, на трупы насмотрелся и уже не обращал на них внимания, но вот к такому зрелищу, когда людей жрут, наверное никогда не привыкну. Очень уж это противно.
Противно не противно, а продуктов от души набрал, благо не пришлось тренировку проводить, с продавщицей разбираться. Как бы не ее те твари снаружи жрут, магазин пустой оказался, так что и без меня разобрались. Ну а я, чтоб по сто раз не ходить сюда, нагрузился по полной. Тоже тренировка: как у меня получится с грузом мимо тварей пробраться? Если что, то лишнее недолго сбросить и, пятки смазав, в ускорение уйти.
Побегать не пришлось, вдоль пятиэтажки прокрался, зомбаки на меня, даже если и видели что странное, внимания не обратили. Да и было их тут всего три группы с этой стороны девятиэтажки, старательно отжирались, спешили споранами обзавестись. Так что никем не замеченный свернул в проезд между домами.
Моя Г-образная трех подъездная девятиэтажка на перекрестке располагалась, с проходным двором с одной улицы на другую. И хоть, когда я из нее выбрался, никого во дворе не было, сейчас не спешил сломя голову к нужному мне среднему подъезду. Сначала выглянул из–за угла и осмотрелся.
И не зря! Сначала удивился, но практически сразу же по лицу расползлась дебильная улыбка, а глаза в предвкушении загорелись.
Не знаю откуда она такая взялась, но на встречу через двор в моем направлении шла самая из самых обращенная. Зомбячкой ее язык не повернулся обозвать. Фигуристая блондинка в коротком обтягивающем как вторая кожа черном платье, что пятую точку ей еле прикрывало. И главное — чистенькая, будто из салона красоты только вышла, если бы не выражение лица, так и не скажешь, что не иммунная.
В жизни таких элитных, или «дорогих», красоток вот так на улице редко встретишь, они в основном на машинах передвигаются, и в тех местах, где простой народ тусуется, не появляются. А тут…
— А вот и компания мне, освобождение и спасение полноценно отпраздновать, — вспомнились сверкающие ягодицами обращенные в доме у Старта.
Представив на их месте эту красотку — мозги у меня окончательно отключило. Осмотрелся, кроме нас двоих во дворе больше никого не было, так что я смело сбросил хамелеона и…
— Блин, да она даже урчит сексуально, — хохотнул я предвкушающе.
Блонда действительно, только меня увидев — заурчала и без промедлений направилась в мою сторону. Я же направился в сторону нужного мне среднего подъезда, лихорадочно соображая, как эту подругу мимо других зомбаков провести.
Ради такой красотки и завалить их всех можно. И я даже уже собирался это сделать, но вовремя увидел кирпич, отодвинутый мной в сторону, когда в прошлый раз дверь при входе в подъезд за собой закрывал, чтоб зомбаки не разбежались.
Толстяк, всё также тусующийся возле своей квартиры на первом этаже, решил судьбу всех зомбаков в подъезде — благополучно вырубился, когда я его плоской стороной кирпича по затылку отоварил.
— Вот и отлично, — убедился, что он вырубился, а не подох, я метнулся к оставленным у входа пакету с продуктами и пятилитровои баклажке с водой.
Вовремя вернулся, блонда как раз доковыляла и снова радостно заурчала, при виде меня.
— Тут я, тут, — улыбнулся ей от души, чуть морда не треснула. Распахнул шире дверь и медленно отступая повел ее за собой. Дах — с грохотом захлопнулась за блондой дверь.
Уррл — донеслось с этажей.
Урр — заурчала блонда, не сводя с меня жадного взгляда.
Да я и сам чуть не заурчал, с таким же предвкушением наблюдая за ней.
Толстяка благополучно миновали, на него она даже не посмотрела, целеустремленно двигая за более молодым и привлекательным кавалером, который кирпичом укладывал к ее ногам конкурентов, также охочих до моего тела, повезло, что на лестничных маршах мужики тусовались, так что никаких угрызений совести, кирпич анестезию им исправно выписывал, под одобрительное урчание блондинки и…
— Отвали, не до тебя сейчас, — огрызнулся я на удар в закрытую дверь и раздавшееся урчание из квартиры, мимо которой проходили.
Так мы и двигались, пока не добрались до теперь уже моей квартиры и я не открыл в нее дверь, вот тогда слегка запаниковал — что и как делать дальше? благо быстро в себя пришел, вспомнил, что на балконе бельевая веревка натянута. Вот и рванул за ней, по пути забросив продукты на кухню, после чего метнулся на балкон, ножом отхватил нужной длины веревки и…
— Иди сюда, красота, — поманил я замершую на входе в квартиру блондинку. Урл…
Отступая вперед спиной в зал, прикидывал как подругу стреножить, ощущал при этом себя пауком, что подкатывает к паучихе с известными намерениями и которая желает его сожрать, не дожидаясь исполнения этих самых намерений.
Убедившись, что красотка не передумала и уверенно движется вслед за мной, заскочил в зал и из угла в центр кресло выдвинул, пропуская под ним веревки. Ну а дальше всё задуманное легко получилось, хоть блонда и сопротивлялась, зубами щелкала, руки ноги ей, задействуя ускорение, всё же связал. Напоследок кляп воткнул, а то голову так и не придумал как зафиксировать, чтоб не удушить ее.
— Охо-х, — выдохнул восхищенно, когда с нее одежду срезал. Хоть там той одежды… — Теперь водные процедуры.
Не зря баклажку с водой прихватил, пригодилась.
Водные процедуры еле вытерпел, горячая деваха, так извивалась в нетерпении, пока ее обмывал.
— Сейчас, я быстро, — выдохнул хриплым голосом.
Уррд, — невнятно из–за кляпа, но похоже, что уродом меня обозвала, видимо обиделась за связывание.
Подхватил ранее взятый в ванной пластиковый тазик и оттащил его обратно, в другом сам по–быстрому обмылся остатками воды из баклажки и в полной боеготовности вернулся обратно. На миг замер на пороге, любуясь открывшимся зрелищем.
«А вот интересно, зомби беременеют или нет?» — пришла несвоевременная мысль.
— Слышь, красотка, — задал ей вопрос, подступаясь, — а ты как, от меня залететь можешь или нет?
— Ур–р–д! — был мне ответ, но только уродом в этот раз она не ограничилась.
— Фу! Ну, блин, же ты! Блин! Блин! Блин! Сказала бы, что залететь боишься, я бы аккуратным был. Зачем же гадить под себя?
В расстроенных чувствах вылетел из зала, пошел на кухню. Там вытащил из рюкзака бутылку водки, свернул ей голову, взял в шкафу стакан и еле дотерпел, пока через дозатор он наполнится. Махнул его одним глотком, не закусывая.
— Фу–ух, — выдохнул. — Ну какая зараза, а! Весь кайф обломала.
Налил еще полстакана, но в этот раз, прежде чем выпить, залез в холодильник и колбасы кусок достал, закусить.
«Что ж меня так штырит, а? — выдохнул после очередной дозы. — Нет, и раньше на девчонок тянуло ого–го как, но чтоб мозги отключались и совершать такую откровенную дичь, такого не было».
Достал из хлебницы хлеб, а то одной колбасой не наешься, соорудил бутерброд и впился в него зубами.
«Может это жемчуг белый на меня так повлиял, что я такой озабоченный стал? — продолжал я размышлять. — Не жемчуг — наркота, — в очередной раз вспомнились мне слова Старта про квазов. — Мозги из–за той моей всей такой героической ломки совсем протухли, что ума хватило на зомбячку полезть».
— Зомбячку, но какую же красивую, эх, — опрокинул в себя очередные полстакана беленькой, действия которой так и не ощутил, и решительно поднялся.
Зашел в ванную, подобрал сброшенную там одежду и, выйдя в коридор, принялся одеваться. Штаны натянул, да замер, взгляд наткнулся на распахнутую входную дверь.
— Твою же мать!
Сколько раз бегал мимо, внимания не обращал, что дверь в квартиру не закрыл. Повезло, что зомбаки подъездные по голове стукнутые, на помощь своей… своей, короче, не подтянулись и меня за голый зад не прихватили. Так увлекся, что даже ножи, единственное свое оружие, в ванной бросил.
— Нужно с моей башкой что–то делать! — закрыв дверь, пробормотал я, продолжив одеваться. — А то, блин, недолго я тут побегаю.
Зашнуровал кроссовки, натянул на себя футболку, ремень в штаны вдел, на него ножи повесил, и только тогда к подруге своей направился. В зал войдя — скривился и поспешил окно открыть.
— Ну что ты, урод да урод, — при моем появлении блонда снова зашевелилась и заурчала. — Хороша ты Маша, но явно не наша! Понял я уже, что не получится у нас с тобой семейной жизни.
На миг задумался и принялся ее от веревки освобождать, так как убить такую красоту у меня рука не поднимется, но и оставлять ее вот так, привязанной, чтоб медленно тут умирала, та же жалость не даст. Так что сначала кляп вытащил, потом ноги от веревок освободил…
— Да подожди ты, — шлепнул ее по спине, а то вскочила сразу, глазами засверкала, видимо дошло, что расстаемся и теперь по–своему, по–зомбячему меня костерит. И драться бы кинулась, да веревка не дает.