Василий Донской – Помещик (страница 3)

– И что, вы только о самогоне говорили с первым секретарём обкома, он что, тоже хроник?

– Чур, чур меня нечистая! Да как вы могли об этом подумать, что – Сам! Подвержен такому пристрастию яко мы смертные…?!

– Извините-с, но вы сами завели меня в такие глухие дебри-с. Тогда о чём говорили – то, теряя терпение, перешла на просторечие жена. В чём фишка – то? Не о пьянице же, -Черноморе вы говорили на приёме первого секретаря?

– И о нём тоже, – наполняя вторую стопку, проговорил хозяин. Но, главное, первый предложил мне повышение, – да какое! Возглавить комитет природо – охраны в должности первого его заместителя. Звучит, а? Заместитель первого секретаря обкома партии Воронежской области. Архип Захарыч не стал церемониться со второй стопкой и выпил её залпом. Закусил и стал снова набивать потухшую уже трубку.

«Так, – подумала Анастасия Павловна, – пустили козла в огород».

– Ну и вы, конечно, дали согласие? Спросила жена.

– А как же-с?! – удивился рассказчик – от таких предложений, скажу я вам – не отказываются. Они делаются один раз в жизни. Он сам сказал, что природу я люблю и, как охотник люблю животных – мне и карты в руки. А главное борьба с браконьерством. Угодья по всей губернии – аж…, дух захватывает. Если как по поместью судить, то почитай душ не меньше тысячи, а то и двух. Егеря, инспекторы «Рыбнадзора», теперь это как управляющие поместьем будут. Ну и милиция само – собой. И заживём мы теперь с вами как у Христа за пазухой.

– Да, уж…. Будете теперь по всей губернии разъезжать и про меня, и про это поместье наше забудете. Будем видеться теперь раз в месяц по заказу.

– Не переживайте вы так, незабвенная моя Анастасия Павловна. Чтобы я забыл вас и наш уютный уголок, и усадьбу… Но я вам не всё ещё поведал об аудиенции в обкоме. После моего назначения первый вдруг спросил меня:

– А не врут ли люди о чудотворных свойствах «Черноморушки»? – Вы же лучше знаете своего соседа.

– Товарищ первый смею вас уверить, целительные свойства этого снадобья подагрой не ограничиваются.

– Вот как? – удивился первый. А что за человек этот целитель, кем работает? Хотя, я лично хочу с ним познакомиться. А то Нобелевскую премию ему присудят, а мы ничего не будем об этом знать. Что скажут наверху – проворонили? – С иронией проговорил первый? Так кем он работает?

– Скотником.

– Кем, кем? – удивился первый секретарь. Ну ладно. Это особого значения не имеет. У нас каждый труд в почёте. Ты можешь устроить встречу с ним инкогнито? Ты же понимаешь, как могут истолковать дружбу первого секретаря обкома и простого скотника?!

Архип Захарович замолчал, прицеливаясь к очередной стопке.

– Во, дела…. Так нам что, первого секретаря обкома партии принимать придется? – всплеснула руками Анастасия Павловна.

Вот теперь Архип Захарович пришел в прекрасное расположение духа. Поднявшись из-за стола, он спустился во двор, и медленно обходя усадьбу, удовлетворенно хмыкнул и стал бормотать под нос песенку из оперетты «Мистер Икс» Кальмана: «Да я шут, я циркач и что же…». Все было на месте и радовало взор хозяина. Выйдя через калитку в сад, он стал осматривать открывшуюся перед ним панораму: за садом и огородом живописную речку по правому берегу густо поросшую камышом, желтыми кувшинками и белыми лилиями на воде перед ним. Камыш рос не сплошной стеной, чуть правее он уступил место довольно широкому из желтого песка пляжу, а за ним огромному лугу, – ближе к реке покрытому клевером и подорожником, а далее он был уже покосным с высокой травой, на котором трудились колхозники: косари косили траву. Свежая трава лежала рядками, а уже сухая, превратившаяся в сено, убиралась женщинами и укладывалась в копны. Эта картина напоминала идиллию патриархальной Руси и очень была по душе хозяину и помещику, коим и представлял себя Архип Захарович. А почему нет? Никто не вправе ограничивать мечту и полет фантазии даже чиновнику средней руки, которая воодушевляла и вселяла умиротворение и спокойствие.

Глава 3. Тайный визит

После обхода усадьбы, получив эстетическое наслаждение и хозяйское удовлетворение «барин» неспешно вернулся во двор, оглядывая поместные постройки: дом, гараж, баню, летнюю кухню и стал было подниматься на веранду.

– Так-с посмотрим, какой у нас сегодня день…. О, пятница. Впереди выходные. Может, с Василичем рыбалку замутим, – произнёс он вслух как бы между прочим, но так, чтобы было слышно жене. Ответа не последовало.

Хозяин не успел усесться в свое любимое плетеное кресло, как в калитку не вбежал, а влетел почтальон. Телеграмма молния: «Встречай на повороте сег тчк. в 18.00 тчк. Первый». Ничего лишнего. Так работают только профессионалы. Секретность была соблюдена.

Внезапная новость о приезде первого секретаря обкома слегка «ошарашила» обладателя поместья. Внутренне он вроде бы был готов к приезду высокого гостя, тем не менее, сомневался, что сам «генерал-губернатор», как он называл первого секретаря в импровизированных постановках с Анастасией Павловной, соизволит снизойти и оказать честь местному представителю дворянства и крестьянскому люду. «Так, так, так смекал Архип Захарыч – надо срочно выходить из образа. Дворовый спектакль с поместьем здесь никак не к месту – скаламбурил он. Не дай Бог проговориться. Тогда не только позора не оберешься, а так и будут потом смеяться и уж „звание“ помещик как закрепится, то на всю жизнь. Черномору хоть бы что, он то – ведь скотник и к этому второму имени давно привык, а мне никак нельзя рассекречиваться. Для души, в своем имении – да, а на людях нет, – как – бы не оплошать…».

– Ну вот, мать, – едет к нам дорогой Иван Егорович Губанов, – первый секретарь Воронежского обкома партии. Миссия секретная, смотри не проговорись соседкам.

Не успел уйти почтальон, как во двор въехали «вороные».

– Ах, как стати, – воскликнул хозяин. Так, заносите всё в дом, а мы, – он кивнул Степану, – едем.

Чёрная волга весело побежала по деревне. Черномор был уже у калитки.

– Что случилось Захарыч? – озабоченно спросил он, – на тебе лица нет.

– Да нет, нет, – всё в порядке. Гость приезжает в шесть вечера, да никто – ни будь, а сам генерал губернатор. Успеешь приготовиться?

– Подготовиться к чему? – Удивленно спросил Семен Василич. – Он что, с проверкой едет?

– Да что, ты, Василич, кабы так, то он бы не один ехал, а со свитой. Познакомиться он хочет.

– С кем? – недоуменно переспросил Черномор.

– Да, с народом, с нашим поселком Заветным, и лично с тобой.

– Со мной? – А это чем же я заинтересовал – то такого знатного вельможу? – В тон Захарычу спросил Черномор.

– Ты прости, меня, Сеня, грешен я перед тобой. Намедни, на высоком приеме у нашего отца родного, проговорился я о тебе как о целителе и настойке твоей «Черноморушке». Уж как проведал о вас первый секретарь обкома, знать не знаю, только вопросы у него были конкретные. И что – ж мне оставалось, как не посвятить его в наши секреты.

– Ладно, Захарыч, не бери в голову. Я так понимаю, – знакомство не в правлении колхоза будет, а наверное, у тебя, в твоем доме. Хотя, можно и у меня.

«Нет, подумал Архип Захарович, и так и так будет неловко, а опростоволоситься после еще не утвержденного повышения никак нельзя. Опять же первый едет один, а значит неофициально и инкогнито. Ну и если кто увидит за одним столом первого секретаря и скотника, опалы не избежать».

– А давай-ка, Семен мы устроим пикник на нашем месте. Успеешь подготовиться часам к пяти вечера?

– Голому одеться, – только подпоясаться, – пошутил Василич. А что готовить то уху или шашлык?

– Что-нибудь. Твоя Черноморушка ко всему подойдёт.

– Да так – то оно так. Только что любит первый, – какие у него предпочтения?

– Честно сказать не знаю. А давай и то и другое.

– Ладно. А который сейчас час?

– Без двадцати одиннадцать.

– Так, племянника с Васькой на рыбалку пошлю, а с Сергеем – старшим, прямо сейчас барашка и зарежем.

– Ну, давай, не оплошайте. Может помочь чем?

– Не, не надо. – На тебе, Захарыч, официальный приём, а мы насчет фуршета позаботимся. Не волнуйся, всё будет в лучшем виде. В ресторане «Прага» такого не подадут.

Архип Захарыч вернулся в «поместье».

Напрасно беспокоилась Анастасия Павловна по поводу Черномора. Человек он был в высшей степени ответственный. В то, что приедет первый, и что мероприятие состоится, он верил свято, – даже если бы камни с неба стали падать. Такие люди слов на ветер не бросают, – их слово – закон! Поэтому к своим обязанностям приступил со всей тщательностью.

Архип Захарыч отпустил Степана до пяти вечера, а сам принялся подбирать амуницию себе и дорогому гостю. И хотя на дворе был конец июня, ночи были прохладные, тем более если полулежать на земле возле костра.

Так в заботах и хлопотах пролетел день. Благо погода была солнечная, почти жаркая. К пяти подъехал Степан. Машина была заправлена и сияла только что вымытыми бампером, фарами и боками.

– Ну, что, – Степаша, с Богом? – проговорил коммунист Архип Захарович, и чуть было не перекрестившись, покосился на водителя. Благо ехать недалеко до поворота на трассу, – всего три километра. Он и сам неплохо водил машину, но сегодняшний случай был особенный. И хоть встреча была не протокольной, но этикет и субординация обязывали проявить должное уважение лицу начальствующему. На месте они были в семнадцать тридцать. Из машины не выходили, чтобы не привлекать внимания. Ведь сказано, – инкогнито. В пятницу вечером машин много, все спешат в конце недели по домам или на дачи. Но «Чайку» никак не пропустишь, она одна такая только у первого секретаря обкома.