Василий Боярков – Участковая, плутовка и девушка-генерал (страница 9)
– Ты чего кричала – гадюку, что ли, опять увидела?
– Похоже… – ответила кареглазая собеседница, не решаясь поспешно покинуть занятую позицию, – правда, саму я её не видела, но у тебя, в подвластной машине, находится что-то странное и – ОНО! – пугающее, гадко шевелится. А ещё! Таинственная тварь просто исходит зловещей слюной, как хочет вцепиться мне в маленькую, так-таки хрупкую, ногу, – ей было стыдно за проявленную, отнюдь не полицейскую, слабость, но она ничего не могла с собою поделать (как уже говорилось, она панически, больше всего на свете, боялась ползучих гадин, неприятных, извилистых, чешуйчатых, скользких).
– Ох, и трусиха ты, Слава! – чуть отдышавшись, старший прапорщик осторожно, постоянно ожидая каверзного подвоха, просунул голову внутрь неприветливого салона, угрожавшего внезапной атакой, и стал напряжённо вглядываться. – Ну, да ладно, так уж и быть, сейчас мы посмотрим… где, ты говоришь, она притаилась?
– Мне показалось, под передней панелью, – наморщившись и почесав икорную (правую) область (в части порыва нейлоновой ткани), Шарагина попробовала крепиться и выглядеть хоть чуточку беззаботней. – Хотя-а… коварная гадюка могла давно уже выползти и сейчас либо свободно «шляется» – где-нибудь по внутреннему салону – либо – что нисколько не лучше –спряталась где-то внизу, предательски устроившись под обшивкой.
– Ладно, я осмотрюсь и хорошенечко всё проверю, – предполагая внезапное нападение и стараясь быть более острожным, усердный помощник нехотя поднял корявую палку и напряжённо пошарил по невместительному пространству; настороженное обследование сопровождалось и проницательным, и пристальным взглядом.
В первую очередь он изучающе глянул под собственное сидение – пустое дело. Потихоньку передвинул с места на место разнообразные предметы, сваленные в кучу и предназначенные для обслуживания служебной машины – результат идентичный. Пришлось внимательно обследовать кресло уже пассажирское – ноль полный. Перебраться с осмотром на задний диванчик – и там совсем ничего. Переключиться к панели приборов, где добросовестно изучились захла́мленный бардачок, а дальше все нижние части, установленные как справа, так же и слева. Не найдя хоть чего-нубудь мал-мала подозрительного, прагматичный прапорщик пристально вслушался. И тут! Как и несравненная спутница, услышал необычные, если не странные звуки: «"Вщить"! "Щи-и-и-ть"… Шик, шик, шик».
– Послушай, Слава, – прокомментировал Евгений добытые сведения, вылезая наружу и помогая взволнованной девчушке спуститься на землю (убедившись, что тревожные опасения оказались напрасными, она торопилась восстановить всю бойкую репутацию, ненадолго, в критическое мгновение, ею утраченную), – а ты случайно не эту водичку видела? – он указал на маленькое, еле заметное, пятнышко (оно образовалось на резиновом коврике, предусмотрительно положенном напротив пассажирского кресла) – А звуки?.. – поднимая указательный палец, требовательный мужчина заставил прислушаться. – Не их ты, сидя в одиночестве, слышала?
– Вроде того, – согласилась с ним Владислава, исполнив пожелание критичного прапорщика и оценив пугавшие шумы, доносившиеся из салонного помещения; не отваживаясь протиснуться внутрь, она остановилась у водительской две́ри, а пользуясь сплошной тишиной, сгустившейся над мрачным, непроглядно дремучим, лесом, отчётливо различала всё то же самое (шевеление не шевеление, шипение не шипение, но нечто, уж точно, ей непонятное), – а что, постесняюсь спросить, оно, плохое и скверное, может сейчас означать?
– Всё представляется и просто, и совсем незатейливо, – Алексеев не удержался от лёгкой усмешки, выглядевшей, скорее, всё-таки дружелюбной, чем, скажем, уничижительной, – если не слишком вникать в устройство автомобильной техники, то, рассуждая в общих чертах, причина твоего, Слава, необоснованного испуга кроется в обыкновенной халатности…
– Какой?
– Короче, уже как пару недель я стал замечать, что резиновый шланг, установленный возле отопительной печки и подающий разогретую жидкость, имеет частичное повреждение – вот, правда, заменить его пока не берусь!
– Но почему?! – непритворно изумилась педантичная сослуживица (она категорично относилась ко всяким проявлениям служебной расхлябанности), к наступившему моменту сумевшая восстановить душевное равновесие. – Ты же вроде всегда являлся – таки-и-им! – исполнительным?.. Тем более когда напрямую затрагивается качественное обслуживание служебной машины.
– Неприятность не выглядит сильно опасной, – удовлетворяя безмерное любопытство, старший прапорщик (как и всякий другой человек, если затрагивается больная тема) пустился в подробные разъяснения, – а повреждение несущественное. Короче, охлаждающая жидкость уходит в незаметных объемах, да и то лишь когда немного остынет – при отсутствии внутреннего давления. Работы, опять же, срочной, у нас всегда предостаточно – больше чем можно себе представить! – поэтому я набрался смелости с надлежащим ремонтом покуда повременить. Передвигаюсь на собственный страх и риск – надеюсь на личное везение да пресловутый «русский авось», по совести ни разу не подводивший.
Оправдываясь перед юной соратницей, в обычной жизни принципиальной и пунктуальной, немолодой мужчина в качестве повинного извинения много чего ещё хотел привести; но… тут раздался телефонный звонок, доносившийся из форменной куртки, свободно облегавшей красивое женское тело. Звонила следователь, прибывшая на страшное происшествие; то есть отвечать ей требовалось при любых обстоятельствах, поскольку она могла сообщить о какой-нибудь значимой информации.
– Шарагина. Слушаю, – не затягивая с установлением сотовой связи, деловая брюнетка достала корейский мобильник «Samsung» и моментально ответила, применив стандартное, обычное для служивого люда, высказывание.
– На выезд приехал начальник отдела – лично! – послышался мелодичный, но и распорядительный голос, – и срочно требует вас обоих к себе. Хватит, говорит, заниматься пустой ерундой – он в курсе, что вы отправились обследовать предположительный участок новой делянки – а пора переходить к покойному леснику, или непосредственной отработке и последних связей, и давних знакомых. По его неоспоримому мнению, «убойные ноги» растут из кого-то, кто зачастую занимается «промысловым лесом», – привела она сленговый термин, означавший «незаконную рубку». – Как понимаете, мистическая версия, подкреплённая необъяснимым нападением ополоумевших гадин, – она теперь никого не устраивает.
– Принято, – неглупая участковая подтвердила полное понимание, а следом отключила мобильную связь (раз их почтил главный начальник районной полиции, значит, нужно поторопиться и выдвигаться немедленно). – Поехали, Палыч, нам первоочередную задачу «нарезали», – обращалась она к стоявшему рядом унылому сослуживцу (он прекрасно расслышал поступившее предложение и превосходно его осознал), – сейчас «до потери пульса» будем пытаться выяснить: а, с кем, интересно, покойный лесничий «в ходе делёжки российского леса» сумел «рассобачиться»? Ха! Да настолько непримиримо, что на него натравили целое ядовитое полчище. Те несговорчивого стражника леса нещадно изжалили и довели до страшной, словами неописуемой, смерти.
Глава III. Две похожие девушки
Тёмная, практически непроглядная, майская ночь. По одному из продолжительных коридоров Московского суворовского училища уверенной походкой следует суровая молодая особа; она облачена в форменное обмундирование генерал-лейтенанта спецслужб ФСБ. Дивное дело! На вид ей двадцать пять лет, хотя на самом деле недавно исполнилось тридцать один. Сопровождаемая молодцеватой сержантом-девушкой, военная направляется в расположение несовершеннолетних воспитанниц, после тяжёлого служебного дня спокойно почивающих на двухъярусных железных кроватях.
Возникает справедливый вопрос: что это за юная командир и как (в несоразмерные чину годы) она сумела достигнуть высокого звания? На описании её неоценимых заслуг необходимо остановиться немного подробнее…
В далёкие времена, когда ей готовилось исполниться двадцать шесть лет, капитан Московского уголовного розыска Оксана Беро́ева в течении некалендарного года сумела свершить целых три подвига: во-первых, выявить и обезвредить тайный заговор американского ЦРУ; во-вторых, возвратить в потустороннюю преисподнюю восставшую из ада призрачную покойницу; в-третьих, находясь в составе сборной штатовской группы, организованной на Аляске, вступить в неравное противоборство со зловещим инопланетным вторжением. После удачного завершения она удостоилась высокого генеральского звания, а специально для неё, для борьбы со всяческими необъяснимыми поползновениями и страшными сущностями, принялось волевое решение «организовать седьмой секретный отдел» – всем немногочисленным составом он поступил под полное её попечение. Далее, находясь уже в новой должности, высокопоставленная сотрудница напрямую участвовала в истреблении жестокого хана Джемуги, подмявшего под себя целый региональный город; он умудрился создать в нём современное «монгольское иго». За тот знаменательный подвиг на золотистых погонах добивалось по одной золочённой звездочке, заслуженно «упавшей» на каждый из них. Невероятных успехов отважная красавица добивалась, невзирая на невысокий рост, несильное, внешне не крепкое, телосложение; зато она выделялась непревзойдённой, просто великолепной, фигурой, подчёркнутой несравненными формами, словно бы списанными с древнегреческой или же с древнеримской богини. Ещё стоит выделить уверенную профессиональную хватку, простодушную, искренне прямую, натуру и вовсе неустрашимую смелость; заодно обратить внимание на острый, аналитически развитый, ум, мгновенную сообразительность и устойчивую моральную подготовку.