Василий Блюм – Возвращение в гильдию (СИ) (страница 79)

— Да что вы в самом деле, — сдавленно пробормотал маг, — я же не думал, что эти жуткие твари встречаются на каждом шагу!

— Должен был подумать, — настойчиво повторил Дерн. — Кто, как не ты, на каждом привале с восторгом рассказывал нам о замечательных чудовищах описанных в книге?

Покачав головой, Шестерня произнес:

— Но ведь какова подлость! Я проснулся посреди ночи от жалобного крика, рванулся сломя голову, даже не взяв оружие.

Вспомнив ночной зов, Мычка с улыбкой поинтересовался:

— И что же ты услышал?

Пещерник помялся, сказал нехотя:

— Мне почудилось, что на помощь зовет прекрасная девушка.

— Прямо уж так и прекрасная? — Мычка уже откровенно скалил зубы. — Не иначе, это была великолепная пещерница с фантастическими формами. И она, наверняка, подсвечивала тебе факелом, иначе, откуда было догадаться?

Шестерня сердито засопел. Успокаивающе похлопав его по плечу, Дерн сказал:

— Действительно, все примерно так и было. К своему стыду, должен признаться, что попался на иллюзию не хуже Шестерни, и точно так же бросился на помощь.

— Думаю, это обычная тактика существа, — насмешливо произнес Зола. Судя по всему, чувство вины у мага уже начисто испарилось, его лицо раскраснелось, а в глазах зажегся интерес. — Крестообразные зрачки животного говорят сами за себя, оно, как и прочие, может подавлять волю.

Шестерня спросил недоверчиво:

— Тогда зачем все эти изыски с зовом? Заставил бы нас не проснуться, или, того проще, самим подойти к месту ужина.

— Так он и заставил, — хмыкнул Дерн, — только весьма своеобразно.

Пещерник потупился, а Себия неуверенно произнесла:

— Возможно все дело в размерах? Предыдущее чудовище было очень большим, а это… довольно скромное.

— Естественно, — поддержал девушку Зола. — Видимо способность к подавлению воли тем сильнее, чем существо больше. Потому тварь в лабиринте просто приказала нам приблизиться, а эта "собачка" вынуждена была прибегнуть к изощренной хитрости.

Словно что-то припоминая, Мычка замедленно произнес:

— По крайней мере, теперь понятно, почему заказчик говорил о сходящих с ума овцах. Животное привлекало их зовом.

Себия взволнованно добавила, глядя на вершинника:

— И Беркут… Ты помнишь, ведь он даже не обнажил оружия!

Посидев еще некоторое время, засобирались в дорогу. Загасив остатки огня, Шестерня поинтересовался, глядя на труп зверя:

— А что делать с этим, бросим здесь, или?..

— Еще чего! — возмутился Зола. — Редчайшая возможность для изучения. Мы просто обязаны взять его с собой.

— В таком случае, я знаю кто его понесет, — глядя на мага, хмуро произнес Дерн.

Мычка приблизился к чудовищу, несколькими движениями отделил голову от тела, и, тщательно стряхнув кровь, спрятал в заплечный мешок, после чего, не оглядываясь, двинулся в сторону города. Остальные потянулись следом, лишь Зола еще некоторое время стоял, с досадой глядя на останки животного, над которым уже начали роиться мухи. Но существо было слишком велико, а до города оставалось слишком долго, чтобы можно было даже помыслить дотащить тушу до лаборатории при гильдии магов, так что Золе не оставалось ничего иного, как двинулся за товарищами.

Город неспешно приближался. Сперва в колеблющемся раскаленном мареве протаяли роскошные дворцы квартала знати, затем проявились дома зажиточных горожан, и лишь после, когда путешественники подошли совсем близко, в сером месиве трущоб стали различимы отдельные лачуги бедняков.

В то время, как наемники поглядывали по сторонам, подземница в восхищении разглядывала нависающую над городом каменную громаду. Покачав головой, девушка произнесла с восторгом:

— Огромный город под защитой скалы. Невероятно.

Шестерня хохотнул:

— С этой скалы и началось наше путешествие, причем самым невероятным образом, — он покосился на Золу, деловито вышагивающего поодаль.

Услышав последние слова, маг поджал губы, сказал с раздражением:

— Чем ворошить прошлое, ты бы лучше подумал о будущем домике на отшибе.

Пещерник пожал плечами, сказал насмешливо:

— Так я о нем постоянно думаю, чего там. А насчет прошлого, ты не прав, не прав… — он весело подмигнул подземнице, давая понять, что при первом же удобном случае не преминет разъяснить все интригующие моменты.

Миновали центральные врата. Скучающие стражники встретили алчными взорами, но, взглянув на суровые лица наемников, разговор о пошлине завести не решились. Свернув с основной улицы, ведущей в богатый квартал, двинулись вокружную. Пройдя запутанными переулками, вышли к небольшому рынку. При виде до боли знакомых обшарпанных палаток, где, расхваливая товар, во всю горланили бойкие продавцы, у Шестерни чаще забилось сердце, а Мычка, сам того не замечая, настолько ускорил шаг, что остальные поспевали с трудом.

Миновав базар, вновь погрузились в лабиринт улочек, пока не вышли к высокому забору из толстых бревен. Похлопав по растрескавшейся на солнце древесине, Мычка поинтересовался, косясь на Дерна:

— Пойдем кратчайшим путем, или воспользуемся вратами?

Болотник скупо улыбнулся, произнес с сомнением:

— Если Шейла успела набрать новых наемников, боюсь, они не придут в восторг, когда через забор ввалится вооруженная толпа.

Шестерня помотал головой, сказал недовольно:

— Никаких новых наемников. Мы лучшие в этом городе!

— И это говорит пещерник, что только и жаждет, что приобрести уютный домик, да побыстрее отойти от дел? — едко поинтересовался Зола

Не удостоив мага взглядом, Шестерня поспешил ко входу, остальные, сдерживая нетерпение, устремились следом. Таверна встретила их непривычной тишиной, многочисленные столы пустовали, под сводом не курился проникающий из кухни дымок, и даже запах пищи, насквозь пропитавший толстые бревна стен, казалось, стал слабее.

Наемники озадаченно замерли посреди зала, не понимая, в чем причина столь разительной перемены, только Себия, не посвященная во внутренние дела гильдии, с интересом разглядывала закопченные стены.

Скрипнула дверь, по деревянным ступеням застучали легкие шаги. Все одновременно подняли головы. По лестнице, сосредоточенно глядя под ноги, спускалась женщина. У Шестерни отвисла челюсть, Мычка негромко присвистнул, а Зола вопросительно поднял бровь, когда в приближающейся подземнице они узнали хозяйку гильдии, копна пышных черных волос, обычно уложенных в сложную прическу, стянута на затылке в тугой узел, от всегдашней любезности не осталось и следа, лицо сосредоточено, брови сошлись на переносице, а вместо пышного, украшенного блестками платья, идеально подогнанный по фигуре кожаный доспех странного покроя, тонкую талию стягивает широкий кожаный пояс, из которого выглядывают украшенные витиеватой резьбой рукояти двух кинжалов.

Шейла соступила с последней ступеньки, замедленно подняла глаза, обведя взором застывших согильдийцев, произнесла задумчиво:

— Что ж, вот и вы.

ГЛАВА 18

Наемники молча переминались, ошеломленные увиденным. Первым пришел в себя Зола, прервав неловкое молчание, он произнес с подъемом:

— Мы рады вновь ступить под эти стены и вдвойне рады видеть тебя, но… что случилось, где посетители, и почему ты в таком виде?

Хозяйка гильдии тряхнула головой, сбрасывая со лба случайно выбившуюся прядь волос, произнесла ровно:

— Я ухожу, и у меня немного времени, поэтому, если вам есть, что сказать на прощание, поторопитесь.

— Но как же таверна, как же мы, что будет с гильдией?! — воскликнул Мычка.

Шейла перевела взгляд на вершинника, сказал холодно:

— Таверна закрыта, гильдия распущена, а у вас есть великолепная возможность сменить образ жизни.

Дерн покачал головой, промолвил с горечью:

— Ты не представляешь, сколько мы пережили, где были и с кем сражались. И лишь одна мысль согревала наши сердца все это время. Мы всеми силами жаждали вернуться. Вернуться туда, где нас ждут, в то место, что за последние годы стало нашим домом, в родную гильдию…

— А каких чудовищ мы встретили! — всплеснул руками Шестерня. — Ты не поверишь.

— Существа не из нашего мира, способные подавлять волю, и отличные от всех прочих удивительным строением глаз, — гордо добавил Зола.

Шейла улыбнулась одними губами, произнесла насмешливо:

— Не иначе, наткнулись на крестоглазых? Удивительно, как вы остались живы.

У Золы остановился взгляд, он прошептал еле слышно:

— Так ты знала о существовании…