Василий Блюм – Возвращение в гильдию (СИ) (страница 25)

Ахнув, вершинник вскинул оружие, почти мгновенно выпустив стрелу, но слишком поздно, мелькнула хищная тень, наездник закрыл хрупкую фигурку, а вслед за этим… Ярчайшая вспышка ударила по глазам. Смотревшие во все глаза Дерн и Мычка вскрикнули от боли, хватаясь за лица. Когда зрение вернулось, вершинник с непередаваемым изумлением воззрился на Себию, что под руководством болотника накладывала Шестерне на руку повязку.

Собравшись с мыслями, Мычка с трудом произнес:

— А ты разве?..

Подземница покачала головой, отчего грива иссиня-черных волос красиво колыхнулась, промолвила с улыбкой:

— Как видишь нет.

— А почему тогда…

— Отказалась от помощи? — девушка нахмурилась, на ее лицо легла тень, но тут же исчезла. Она произнесла примирительно: — У меня с ночными наездниками давние счеты, не спрашивай какие, но… я должна была справиться сама.

К ним приблизился Зола, услышав последние слова, сказал скрипуче:

— Что ж, магическая защита вашего городка впечатляет, но, на твоем месте, я бы не стал так рисковать, могла и не успеть.

Подземница хотела сказать что-то резкое, но сдержалась, лишь нахмурилась.

Не остыв от боя, Шестерня, едва не подпрыгивал от возбуждения, чем упорно мешал Себии, так что Дерн наконец не выдержал, сказал со сдерживаемым раздражением:

— Шестерня, если ты сейчас же не успокоишься, пойдешь без повязки.

Пещерник воскликнул восторженно:

— Во мне до сих пор бродит ярость. Какой бой! Нет, какой бой, а! Как мы с Золой на пару того, что ящер уволок. Я и не думал, что справимся. Он меня копьем саданул — уж не чаял встать. А как ты тому ящеру шею свернул! Я б тоже попробовал, только не додумался.

Насилу дождавшись окончания перевязки, Шестерня горячо поблагодарил Себию, тут же вскочил, и возбужденно забегал вокруг, активно жестикулируя и с интересом всматриваясь в оставшиеся на поле боя следы, а девушка принялась с трудом стаскивать с болотника доспех. Кольчуга покраснела от крови, один рукав болтается разрезанный надвое, словно обычная ткань, тело под рубахой попятнано грязью, а на левом плече расплывается огромный кровоподтек. Понаблюдав, как пещерник обшаривает единственный оставшийся труп, Мычка перевел взгляд на подземницу, осторожно поинтересовался:

— И часто у вас такое?

— Ты о рейдерах? — руки девушки осторожно касались ссадин, надавливали, где Дерн указывал, накладывали на кожу зеленоватую пасту с терпким запахом. Не отрываясь от работы, Себия пожала плечами, сказала отстраненно: — Всегда так было. Мы же не одни здесь живем. Есть и другие поселения, и даже города, а уж сколько по подземельям раскидано племен — ни кто не знает.

Дерн пристрастно осмотрел наложенные повязки, кое-где поправил, но в целом остался доволен, спросил коротко:

— Молодец. Где научилась?

Польщенная похвалой, Себия смущенно потупилась, сказала кротко:

— Брала уроки у городского лекаря. Хотя, мои основные навыки немного из другой области.

— Уже заметил, — уголки губ болотника чуть заметно дрогнули, — двигаешься ты действительно быстро, но Зола прав, понапрасну рисковать не стоит. С тяжело раненым отряд далеко не уйдет; он зашуршал котомкой, осторожно укладывая на место разложенные по земле баночки, и время от времени, искоса поглядывая на подземницу, что, вздернув носик, поспешила отойти к мародерствующему Шестерне.

Пещерник закончил обшаривать труп, и теперь с интересом рассматривал тяжелые, вооруженные длинными зубами-кинжалами челюсти. Подняв глаза на Себию, он покачал головой, сказал серьезно:

— Наверное, это очень сложно, выстоять, когда на тебя несется сотня таких воинов?

Девушка пожала плечами, сказала без интереса:

— Не знаю, они никогда не собираются такими отрядами. Обычно ездят по двое-трое, как правило, один из них маг. Нам крупно повезло, что все трое оказались воинами. Конечно, один из вас тоже маг, но… — она понизила голос, оглянувшись, чтобы не услышал Зола, добавила, — но их маги гораздо сильнее.

Шестерня вдруг ухмыльнулся, дружески хлопнул девушку по плечу, так что Себия от неожиданности ойкнула, хохотнул:

— А ты молодец, не испугалась. Подвела ящера под стену, что любо-дорого. Это же от них такая защита?

Подземница поморщилась, потирая ушибленное место, ответила уклончиво:

— От многого. Здесь живут не одни наездники.

Шестерня всплеснул руками, воскликнул испуганно:

— Так чего же мы ждем? Пора уходить. — Парой точных ударов секиры он вырубил из оскаленной пасти дракона самый большой зуб, тщательно спрятал трофей в заплечный мешок, оглянувшись, добавил недовольно: — Да не стой столбом, или ждешь пока сюда сползутся все чудовища подземелий?

Ошарашенная подобным обращением, Себия сразу не нашлась что сказать, а когда острое словцо уже вертелось на языке, Шестерня успел отойти на приличную дистанцию. Раздраженно фыркнув, подземница устремилась следом.

ГЛАВА 19

Себия уверенно вела отряд через однообразную местность, переходя вброд мелкие лужицы и обходя по широкой дуге небольшие озерца и холмы с торчащими столбами. Зола сперва недоверчиво поглядывал на подземницу, но вскоре задумался, перестал следить, и дальше шел глядя лишь себе под ноги. Двигаясь позади отряда, Мычка сперва настороженно косился по сторонам, каждое мгновение ожидая атаки, рука то и дело дергалась к висящему за плечом луку, но постепенно расслабился. А в одном месте, воспользовавшись тем, что Шестерня соступил в озерцо, отмывая налипшую на сапоги грязь, а Дерн замешкался, поправляя повязку, проскользнул вперед, и пристроившись рядом с девушкой, словно бы невзначай поинтересовался:

— Ты говорила, что за нами могут выслать погоню…

Не поворачивая головы, подземница ответила:

— Не могут, а обязательно вышлют, если уже не послали.

Брови вершинника вопросительно взлетели, он спросил с глубоким недоумением:

— Позволь спросить почему? Или… у вас так встречают всех путешественников?

Девушка чуть нахмурилась, сказала сдержано:

— Нет, не всех. Но тех, кто хоть словом упоминает поверхность земли, всегда! — Взглянув в недоуменное лицо спутника, сказала немного мягче: — На поверхности идет страшный черный снег, от которого умирает все живое, и живут ужасные чудовища, так что… сам понимаешь.

Мычка усмехнулся, произнес с улыбкой:

— И что же, мы, по — твоему, похожи на жутких чудовищ?

К его удивлению, собеседница ответила не задумываясь:

— Нет. И я удивляюсь, к чему вам потребовалась эта ложь.

Ища поддержки, Мычка обернулся к товарищам, но наткнулся лишь на колючий взгляд Золы. Подумав, вершинник использовал последний довод:

— Но даже если допустить, что когда-то было именно так, то времена меняются. Разве не может быть, что на поверхности сейчас — все совсем по — другому, чудовищ не стало, и живут обычные люди?

Себия покосилась на спутника, сказала неуверенно:

— Может быть ты и прав, хотя я не думаю, что кто-то мог истребить этих чудовищ, настолько могучими они были, но дело не в этом. Пока хоть кто-то из нашего народа сам не поднимется наверх, и не убедится, что что-то изменилось к лучшему, тема поверхности будет под запретом, а чужаки под подозрением.

Сзади послышался насмешливый голос мага:

— Уж не ты ли собралась взвалить эту непосильную ношу на свои хрупки плечи?

Подземница мгновенно подобралась, зыркнула на Золу столь яростно, что Мычка на мгновение увидел перед собой не милую девушку с великолепной фигурой и замашками аристократки, а опасную хищницу, выжидающую удобный момент, чтобы вонзить клыки в горло зазевавшейся жертве, сказала сдержано:

— Возможно и так, но я не намерена это обсуждать.

Мычка неодобрительно взглянул на Золу, но тот отвернулся в сторону, словно увидел что-то необычайно интересное.

Стало темнее. Водоемы со светящейся водой появлялись все реже, крупные озера исчезли уже давно, а встреченные по пути становились мельче, а вода в них светилась не так ярко. Округлые холмы со столбами тоже исчезли, вместо них громоздились каменные завалы, которые обходили с осторожностью. Дорогу часто пересекали цепочки глубоких следов, ведущих напрямую к каменным глыбам, при виде которых проводница заметно хмурилась, и резко меняла направление, так что группа то и дело петляла, выписывая головоломные зигзаги.

Каменная стена возникла неожиданно. Казалось, еще мгновение назад вокруг расстилалась привычная бескрайная долина, но вот уже совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки, вверх устремляются непрерывный каменный массив, испещренный редкими норами. При взгляде на черные зев ближайшего прохода, Мычка застонал, схватился за голову, зато Шестерня приободрился, сказал довольно:

— Ну наконец-то, родные пещеры! Признаться честно, эта бесконечная равнина последнее время нагоняет на меня уныние: ни тебе надежных стен, на которые так удобно опереться, ни крепкого свода над головой, да и под ногами не привычный камень, а непонятно что из грязи и чахлой травы.

Поправив повязку, Дерн произнес ворчливо:

— Надеюсь на этот раз вы позаботились об освещении. Меня не радует перспектива вновь таскаться по узким коридорам с набитой слизнями кольчугой.

Зола пожевал губами, сказал, покосившись на Себию:

— Я как раз собирался заняться этим вопросом, когда кое-кто, совершенно некстати, сорвал нас в непредвиденное путешествие.

Глядя, как недобро загорелись глаза подземницы, Шестерня произнес примиряюще: