Василий Арсеньев – Законы истории и особенности мировых цивилизаций (страница 38)

***

Покорение Греции сопровождалось разграблением сокровищ эллинов и вывозом их самих в качестве рабов. В результате Рим превратился в музей под открытым небом, наводненный шедеврами греческой скульптуры; в городе возводятся постройки в греческом стиле, а рабы-эллины становятся учителями (педагогами) детей римских патрициев. Греческий язык получает широкое распространение в римской Республике, как язык обучения, а в ее восточных провинциях объявляется вторым государственным языком.

В жизнь римлян входит мода на всё греческое. Римляне заимствуют и греческую мифологию, отождествляя своих богов с олимпийцами: Юпитер – Зевс, Юнона – Гера, Минерва – Афина294.

В целом, начиная со II века до н.э., римское общество переживает ментальный переворот, в результате которого религиозность, искони присущая этому народу, постепенно сменяется рациональностью прагматического характера. Этот процесс занял не одну сотню лет и увлечение греческой культурой – лишь одно из многих его проявлений, которые стали обнажаться в виде упадка нравов, о чем нередко сетуют авторы эпохи поздней Республики и ранней Империи. В связи с этим достойно примечания, что единственным самобытным жанром римской литературы, который не был заимствован у греков, является сатира (лат. satura – смесь). Представители этого жанра, начиная с Луцилия (180—102 гг. до н.э.), обличали пороки своего времени, ратуя за возврат к простоте нравов и поклонению богам.

В это время религия теряет роль мировоззрения, вырождаясь в культ – простое соблюдение ритуалов, а римский народ обретает черты толпы, которая позднее провозгласит девизом своей жизни требование: «Хлеба и зрелищ!»

На закате Республики неимущие низы общества – пролетарии295, с одной стороны, получают доступ к службе в армии, а, с другой, становятся силой, на которую делают ставку римские политики, – в своем стремлении к власти.

***

По-видимому, первыми, кто активно использовал бедноту в своих интересах, были братья Гракхи из знатного плебейского рода Семпрониев. И хотя поздние авторы (Плутарх, Аппиан) пытались представить Гракхов борцами, действующими во имя блага народа, их аграрные и прочие инициативы, конечно, были продиктованы соображениями иного рода. Уже Тиберий Гракх в 133 году до н.э. начал рушить политический уклад в Риме, проведя свой аграрный закон через народное собрание, – вопреки традиции, без одобрения сената и в нарушение права вета, наложенного его коллегой – народным трибуном.

Аграрная реформа Тиберия Гракха предполагала перераспределение общественных земель (ager publicus) в пользу бедного крестьянства. Его брат Гай Гракх, став народным трибуном в 122 году, стремился заручиться поддержкой бедняков, уменьшив цену хлеба; он пытался привлечь на свою сторону всадников, инициировав в их интересах судебную реформу; кроме того, он начал вывод римских колоний за пределы Италии (Юнония – на месте разрушенного Карфагена). Оба Гракха погибли в борьбе со своими противниками, которые постарались свести на нет эти преобразования.

Убийство Тиберия явилось первым эпизодом борьбы за лидерство, которая разгорелась в полную силу уже в следующем столетии – в виде череды гражданских войн. И первая такая смута связана с именем Гая Мария – военачальника, который выдвинулся во время войны с нумидийским царем Югуртой и впервые стал консулом в 107 году до н.э.

В это время произошло первое столкновение римлян с германцами. Племена кимвров и тевтонов, ранее покинувшие Ютландию, вторглись в Галлию, а в 105 году до н.э. нанесли римлянам сокрушительное поражение в битве при Араузионе296. На следующий год прославленный полководец Гай Марий снова стал консулом – он реформировал римскую армию, которая все еще оставалась ополчением.

В ходе военной реформы Мария был отменен имущественный ценз при воинском наборе, что позволило значительно увеличить численность легионов, основной структурной единицей которых стала когорта (480—600 воинов), делившаяся на шесть центурий (80—100 чел.). Легионеры теперь получали регулярное жалованье, а неимущие снабжались экипировкой за казенный счет. Кроме того, Марию приписывают введение единого символа легиона – орла, как и отказ от больших обозов, что позволил повысить мобильность римской армии.

В результате в распоряжении полководца оказалась профессиональная и преданная только ему воинская сила. С этой силой Гай Марий разгромил сначала тевтонов, а потом и кимвров (102—101 гг.).

На протяжении пяти лет Мария избирали консулом, что создало новый политический прецедент – ранее занятие одной должности даже два срока подряд не представлялось возможным. Однако в последующее время прославленный полководец, «спаситель Рима», оказался не у дел. И вернулся на военную службу только после начала Союзнической войны (91—89 гг.).

Восстание италиков (главным образом, самнитов и марсов) обычно связывают с их стремлением получить все права римского гражданства, что было одной из инициатив очередного деятельного народного трибуна Марка Ливия Друза, который, правда, в отличие от Гракхов, выступал в основном в интересах сената. В 91 году Друз был убит, а вскоре началось восстание; италики создали собственный союз, сделав его столицами города Корфиний и Бовиан. Во главе союза был поставлен Совет пятисот. Восставшие чеканили серебряную монету с изображением быка, попирающего римскую волчицу, и смогли сформировать армию, численность которой достигла 200 тыс. человек.

По-видимому, союзники Рима поставили перед метрополией вопрос ребром: либо мы отделяемся от вас, либо вы предоставляете нам равные с вами права. Римляне потерпели ряд поражений и пошли на уступки, предоставив гражданство сначала только тем племенам, которые не участвовали в боях (этруски, умбры), а в дальнейшем также и всем италикам, что согласились сложить оружие. Известие об этом внесло разлад в ряды противников Рима, в результате восстание было подавлено.

Союзническая война, по сути, привела к ликвидации римского квазигосударства (союза типа конфедерации). Города италиков, сложивших оружие, получили статус муниципий, а бывшие союзники стали гражданами единой страны под названием «Рим».

Эта война стала звездным часом для ряда военачальников, среди которых был Луций Корнелий Сулла, чьи отряды заняли столицу повстанцев Бовиан. Некогда он служил под началом Гая Мария, но в дальнейшем сделался его злейшим врагом. По окончании войны Сулла был избран консулом и получил армию для войны с царем Понта Митридатом (ранее тот, воспользовавшись восстанием италиков, захватил ряд римских территорий в Азии и на Балканах). Он уже отбыл к войскам, когда узнал, что сторонники Мария в Риме провели закон о назначении его главнокомандующим этой войны.

И тогда Сулла повернул свои легионы для похода на Рим, чтобы, по его словам, «освободить Родину от тиранов». Его воины вошли в город, где завязались уличные бои со сторонниками Мария. Однако тот не смог заручиться поддержкой горожан и вскоре бежал из Рима.

Так, впервые в римской истории «вечный город» был взят войсками гражданина Рима.

Сулла вскоре направился на Восток, где одержал ряд побед над войсками Митридата. Его отсутствием воспользовался Гай Марий, который вернулся в Рим со своей армией и учинил расправу над своими противниками. Однако в январе 86 года он умер. А Сулла в 83 году высадился в Брундизии и, подчинив южную Италию, двинулся к Риму. В Лациуме он осадил город Пренесте, где укрылся Гай Марий младший, продолживший дело отца, но проигравший в борьбе с более удачливым противником.

Решающее сражение второй гражданской войны развернулось у стен Рима – у Коллинских ворот. Под натиском воинов союзника Суллы – Марка Красса марианцы потерпели полное поражение.

Сулла во второй раз занял Рим, где вскоре установил режим личной пожизненной диктатуры и начал истреблять своих врагов. На форуме были вывешены таблички со списками лиц, объявленных вне закона (проскрипции). Сначала таковых было 80, потом к ним добавилось 220 человек, а на следующий день еще столько же фамилий было внесено в списки на уничтожение. За головы этих людей назначалась большая награда (40 талантов серебром), а их имущество подлежало конфискации. Соратники Суллы стали использовать проскрипции для личного обогащения, захватывая собственность убитых.

В список был внесен и свойственник Гая Мария – Гай Юлий Цезарь, которому удалось бежать, а потом влиятельные родственники добились для него амнистии. По слухам, Сулла весьма неохотно помиловал юного Цезаря (ему было около 18 лет тогда) и будто бы пророчески сказал, что в этом Цезаре таится «много Мариев».

Диктатура Суллы, который провел ряд реформ в интересах сената, в том числе ограничил полномочия народных трибунов, продлилась до 79 года, когда он по неизвестной причине, возможно, из-за болезни ушел в отставку, а на следующий год умер.

***

К числу гражданских войн условно можно отнести восстание Спартака (73—71 гг.) – предводителя гладиаторов, которые сбежали из школы Лентула Батиата в Капуе, укрывшись на Везувии. Отряд, посланный против повстанцев, окружил их. Однако они, сплетя веревки из лоз винограда, спустились с кратера потухшего вулкана и разбили римлян.