Василий Арсеньев – Путь к Свету. Новый мир. Книга первая. Чистилище (страница 3)

– Давай не будем о политике, – брезгливо скривил губы Роман Геннадьевич. – Ты лучше расскажи, как жена твоя поживает?

– Она умерла несколько лет назад, – грустно улыбнулся я.

– Прости, я не знал, – помрачнел он. – От чего?

– Не знаю, помнишь ли ты, не так давно под Самарой разбился самолёт… На том борту была и Ольга, моя жена. Она летела к матери своей. Накануне мы снова поссорились (в последнее время мы перестали понимать друг друга). Ольга… С ней меня познакомила сестра. Она была журналисткой. Я повстречал её не в самый лучший период своей жизни. Меня нигде не печатали. Юридическая практика до чёрта надоела! Я даже подумывал об уходе из мира сего… в монастырь.

Услышав это, мой школьный приятель рассмеялся:

– Представляю тебя в чёрной рясе с чётками в руке!

– Тебе смешно, а мне тогда было не до смеха. Ольга ворвалась в мою жизнь и изменила её. Я не заметил, как влюбился в неё. Хотя теперь я понимаю, что настоящей любви не было. Временами я испытывал к ней ненависть… Она была красива и моложе меня, любила пофлиртовать с мужчинами, и поначалу я жутко ревновал её. После свадьбы, казалось, она успокоилась, но чувство тревоги долго меня не покидало. С годами я научился контролировать свои эмоции, кстати, не без помощи восточных духовных практик, и даже заслужил от неё нелестный эпитет «равнодушный». Мы прожили вместе больше десяти лет, и я не помню дня, который мог бы смело назвать счастливым, но, тем не менее, я благодарен ей…

В тот вечер мы в очередной раз поругались, и она улетела в Самару, и уже не вернулась… Никогда не забуду тот день, когда я пришёл на опознание. Я видел её обезображенный обгоревший труп, – страшное это было зрелище! Не приведи Господь, кому испытать то же самое!

Я сделал глоток из стакана с кофе и огляделся по сторонам.

– Прости, что напомнил тебе об этом, – виновато проговорил Роман Геннадьевич, – ты никак ждёшь кого-то?

– Да, у меня тут назначена встреча с одним американцем, но он отчего-то опаздывает.

– С американцем? – удивился мой собеседник. – В таком месте?

– А что тебя смущает? Кстати говоря, эти забегаловки и торговые центры пришли к нам из Штатов. А я здесь был в последний раз, кажется, года два назад. Американец этот позвонил мне и назвался представителем некоего издательства «Нью Тайм», – он сказал, что у него ко мне деловое предложение. Проверил – действительно, есть такое издательство в США, штаб-квартира в Вашингтоне…

– Простите… – звонкий женский голос сбил меня с мысли. Я обернулся и увидел сидящую за соседним столиком девушку, которая глядела на меня с нескрываемым любопытством.

– Я вас знаю, – проговорила она, улыбаясь, – вы – писатель…

– Вы в этом уверены? – спросил я, пряча улыбку.

– Да-да, это вы! Меня зовут Ирина Петренко, я большая поклонница вашего творчества, – я прочла почти все ваши книги. Разрешите мне…

Она села подле меня и продолжала, не сводя с меня глаз:

– Мне очень понравилась ваша последняя книга – «Сердце дьявола». Скажите, вы, правда, считаете, что у дьявола есть сердце?

Я слабо улыбнулся:

– Ирина, сатана не человек, он дух и не облечён в материальное тело, хотя и принимает человеческий облик. Название книги есть аллегория, призванная разрушить многовековые стереотипы христианского мира о сатане как о единственном источнике зла. Да, он ненавидит людей, да, он отец лжи, но он предан Богу и называет Его своим владыкой. Он выполняет то, что было предопределено Всевышним ещё до сотворения мира. Нечто подобное есть в Коране у мусульман. Иблис1 проклят и изгнан из рая за то, что отказался поклониться человеку, созданному из глины, праха земного… В Библии сатана, будучи изгнанным, посещает небеса и спрашивает дозволение у Бога на совершение зла на земле2. По мере изучения всех источников, связанных с образом сатаны, у меня сложилось ощущение, будто он не только «убийца людей от начала», но и сам является жертвой. Впрочем…

Я поглядел на неё и понял, что она только разглядывает меня, но не слушает.

– Ирина, я могу вам дать свой автограф.

Она встрепенулась и виновато проговорила:

– У меня нет с собой ручки.

– Ручка есть у меня, но на чём же поставить подпись? – спросил я, вынимая шариковую ручку из кармана.

– А хотя бы на моей ладони, – она протянула мне свою правую руку. Я удивлённо поглядел на неё и заметил:

– Чернила сотрутся.

– Да, но я успею показать это друзьям! – возразила она.

Я усмехнулся:

– С этим не поспоришь!

И тогда я вывел на её ладони свой автограф; на мгновение мой взгляд задержался на линиях ее руки: я заметил, что линия жизни очень коротка. В этот миг у нее на ладони появились три чёрные вертикальные полосы, – я похолодел от ужаса, но тотчас всё пропало…

– Можно я сделаю ответный жест и оставлю свой автограф вам? – спросила она, лукаво взглянув на меня.

– А вы тоже сочиняете? – пошутил я.

– Иногда, – ответила она и что-то написала на моей руке. Я взглянул – это был номер телефона. Она встала и улыбнулась мне на прощание.

– Ты позвонишь ей? – спросил мой школьный товарищ, о котором я едва не забыл.

– Ты издеваешься надо мной? – молвил я, стирая надпись на своей руке. – На чём же мы остановились?

Но в этот миг мысли мои были всецело поглощены странным видением, и я не мог вспомнить.

– Да, день явно удался! – я скривил губы в усмешке. – Даже если американец так и не придёт на встречу. Странный сон приснился мне, теперь это… Рома, у тебя бывало такое, будто, кажется, что ты живёшь не своей жизнью?

– В смысле? – он уставился на меня с недоумением.

– Мне сегодня сон приснился. В том сне была женщина, которую я никогда раньше не встречал, но отчего-то мне кажется, что я хорошо её знаю, – мне даже известен адрес, где она живёт…

Он выслушал меня и сказал:

– А ты попробуй съездить по этому адресу.

– Ты что, шутишь? – усмехнулся я.

– Ничуть, – отвечал он, – а что ты теряешь? Мне потом перезвони, я хочу знать, чем закончится эта мистическая история… Ладно, заговорился я с тобой. Я пришёл в центр, – купить подарок для жены, – она ждёт меня.

Он оставил мне свой новый номер телефона, и мы распрощались по-дружески…

После этого через несколько минут все-таки явился американец. Он узнал меня, поздоровался за руку и сел напротив.

– Итак, Майкл, чем обязан вам? По телефону вы говорили о некоем деловом предложении. Я вас слушаю…

– Сразу к делу, – одобрительно кивнул американец. – Мне нравится ваш подход! Наше издательство предлагает вам партнёрство. По нашему заказу и на наших условиях вы пишите книгу, которую мы оплачиваем…

Американец превосходно знал русский язык и оставлял самое приятное впечатление. Он говорил со знанием дела, уверенно и неспешно, словно заранее заученную речь. Его приветливый взгляд, его опрятность, его не в меру добрая улыбка располагали к нему, но отдавали едва заметной наигранностью. Тому, кто повидал людей, нетрудно определить, когда человек фальшивит, а когда говорит искренне. Так вот, в нём всё: от парадного костюма до вкрадчивого голоса, – вопило о присущем ему лицемерии, кричало: «Этому человеку нельзя верить, с ним лучше не связывайтесь!».

– Каковы же условия договора? – спросил я, глядя на него, как ни в чём не бывало. Он вынул из кармана блокнот, написал что-то, вырвал листок и придвинул мне. Я взглянул и принялся считать нули, – сумма меня весьма удивила.

– Пятьдесят процентов – аванс, остальное – после окончания работы, – продолжал он, – но есть два непременных условия: эта книга должна быть об Америке и вы должны написать её от начала до конца в Штатах…

– Это ещё почему? – я еще больше удивился. – Неужели для того, чтобы написать книгу о какой-то стране обязательно нужно жить там? Я бывал в Соединённых штатах и…

– Мистер Арсеньев, – возразил он, – вы, как писатель, должны понимать, что за кратковременную поездку невозможно изучить страну, её народ и культуру, а значит, и написать достойную книгу о ней. Я читал ваши сочинения, и об американцах вы, кажется, не самого высокого мнения, – полагаю, вы сможете изменить свое мнение о нас в лучшую сторону, если некоторое время поживёте в нашей стране.

– Но, тем не менее, я не буду ограничен в свободе творчества?

– Если вы опасаетесь за свой гонорар, – заулыбался американец, – смею вас заверить, вы получите всё сполна независимо от того, какого содержания будет ваша книга…

Я немного помолчал.

– Да, меня трудно удивить, и вам это удалось, – нехотя признал я, – но… мне надо подумать…

– Да, конечно, – согласился он, – я не тороплю вас с ответом. Я пробуду в Москве ещё три дня, улетаю в Вашингтон в четверг вечером, а утром в десять часов буду ждать вас здесь в этом же месте… До свиданья, мистер Арсеньев, всего доброго!

Я растерянно пожал ему руку и проводил его взглядом, а потом и сам поднялся с места. По пути к машине я вспомнил пословицу, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке…

Тем временем, Майкл на ходу с кем-то говорил по телефону на английском языке:

– Наше предложение его явно заинтересовало. Не сомневаюсь в успехе предприятия.

– Не стоит недооценивать этого человека, – строго предостерёг его собеседник. – Сейчас он наверняка будет колебаться. От тебя зависит, какая чаша весов его души перетянет. Проведение акции подтверждаю… Но помни – он мне нужен живой!

– Я всё понял, – сказал Майкл. Он снова позвонил и заговорил на этот раз по-арабски: «Умар, ассалам алейкум. Встреча состоится в четверг в 10 утра в торговом центре «На заре».