Василий Арсеньев – Противостояние (страница 19)
Она опустилась и расстегнула молнию его брюк, лаская промежность.
– Я хочу тебе, – сказал он.
– Так, я бачу, – отозвалась она. – Але цього не можна. (Но этого нельзя…)
– А що можна? Припини! (А что можно? Прекрати!) – потребовал он и застегнул брюки.
– Я хотіла, як краще. (Я хотела, как лучше), – мрачно отозвалась Снежана, открывая дверь.
Михайло молча проводил свою девушку до дома. Она, заглянув в его глаза виноватым взором, прошептала:
– Ти не образився на мене? (Ты не обиделся на меня?)
– Ну що ти? Я люблю тебе, Снежана.
Она улыбнулась, поцеловала его в щёку и помахала ручкой на прощанье.
***
В ту ночь Михайло долго не мог уснуть, думая о Снежане, а утром не услышал, как звонит будильник, и опоздал на первую пару. В актовом зале шла вводная лекция по курсу «История Украины с древнейших времён до наших дней». Он прокрался в открытую дверь и нырнул в зал, норовя пробраться на своё место, но был остановлен суровым преподавателем. Грозный глас прогремел под сводами здания XIX века7:
– Головко! Вы опоздали. А я предупреждал, что всем опоздавшим лучше мне на глаза не показываться. Сейчас я вынужден прервать свою лекцию. Как вы думаете, это повлияет на вашу успеваемость по моему предмету?
Все студенты тотчас обернулись и уставились на своего нашкодившего товарища.
– У меня есть уважительная причина, – смело заявил Михайло.
– Да? И какая? Хотелось бы услышать…
– Вчера я принимал участие в Марше славы, а затем в реконструкции боя воинов УПА с немцами. Мероприятия, связанные с чествованием наших ветеранов, закончились поздно вечером, а дома я оказался во втором часу ночи, поэтому и проспал…
Преподаватель изменился в лице и сразу смягчил резкость своего тона:
– Похвально, что вы заняты в общественной работе, но это не оправдывает вашего опоздания. Садитесь на своё место, – сказал он и продолжил диктовать свою лекцию. – Итак, мы остановились на «Истории Украины-Руси» Михаила Грушевского. Я повторяю – современная Украина является единственной наследницей древнерусского государства, известного как Киевская Русь. Когда Владимир Великий крестил русские земли, на месте Москвы бродили медведи и жили финно-угорские племена, которые впоследствии подверглись ассимиляции со стороны монголов и стали называться русскими… не по праву. Так что украинцы с москалями не имеют никакого родства. Великий князь Даниил Галицкий разбил монголов и принял от Папы Римского королевскую корону. С тех пор Украина неуклонно движется в сторону Европы, отдаляясь от варварской азиатской Московщины. Великое княжество Литовское было преимущественно русским (то есть украинским государством), но, будучи захваченным Речью Посполитой, подверглось полонизации и попытке польской ассимиляции.
После Брестской унии население Украины (то есть окраинной части Польши) оказалось расколотым пополам. Одни казаки поступили на службу к польскому королю (реестровое казачество), а иные сохранили волю и основали первую Сечь за порогами реки Днепр (так, появились запорожцы, запорожские казаки). Гетман Богдан Хмельницкий начал борьбу за свободу Украины, но допустил роковую ошибку, обратившись за помощью к русскому царю. В конце концов, москали обманули гетмана и попрали условия переяславских договорённостей. Запорожская Сечь была сожжена войсками царя Петра, а позже Екатерина Вторая ликвидировала гетманщину. В конце XVIII века вся Украина оказалась под пятою Московщины, которая украинских крестьян превратила в рабов. Как образно выразился наш бессмертный классик Тарас Шевченко:
Лишь в начале XX века Украина вновь обрела свободу. Правда, ненадолго. Была образована Украинская народная республика с Центральной радой (председатель – Михайло Грушевский), а на украинских землях, ранее принадлежавших Австро-Венгрии, – Западно-Украинская республика, которые объединились 22 января 1919 года (День соборности Украины). В 1918-20-х годах в Киеве правили разные силы: гетман Скоропадский, директория и Петлюра, красные, белые, поляки. Большевики выбили панов из Киева, но потерпели поражение под Варшавой, и по итогам войны Украина снова была разделена, на сей раз между Польшей и так называемой Украинской ССР. С тех пор и вплоть до 1991 года наша страна находилась под московско-большевистской оккупацией. Лидер организации украинских националистов Степан Бандера, который учился в нашем вузе, свою жизнь положил на алтарь борьбы за свободу и независимость Украины. 14 октября 1942 года была создана УПА – Украинская повстанческая армия…
– Бандера, Шухевич – герои Украины! – выкрикнул кто-то из студентов, зал хором подхватил этот лозунг и взорвался бурей возгласов. – Бандера, Шухевич – герои Украины… Слава Украине! Героям слава! Слава нации – смерть ворогам!
– Тише, – постучал по микрофону преподаватель. – Не надо лекцию превращать в уличный митинг. Мы всё-таки цивилизованные люди, и на нас смотрит вся Европа.
В перерыве между парами Михайло обступили его товарищи по группе, засыпая вопросами, на которые тот не успевал отвечать.
– Оружие было настоящее?
– Да, только патроны холостые.
– А откуда форма?
– Что-то из музея, что-то сами сшили.
– Ты умеешь шить?
– Я много чего умею…
– Михайло, почему ты не рассказывал о военной реконструкции? – спросил Дмитро Чумаченко.
– А ты не спрашивал, – сухо отозвался Михайло.
– Да он просто скромничает, – сказала Маруся Старостюк и, сгорая от любопытства, спросила. – А кто та девушка, которую вчера видели рядом с тобой?
– Как говорят политики – без комментариев… – улыбнулся Михайло.
– А можно записаться в военно-исторический клуб?
– Думаю, тебе лучше обратиться к Славе Куценко.
– Здорово ты препода поставил на место: «у меня есть уважительная причина», – восхищённо проговорил Микола Луговый.
– А сегодня не будет ещё одного Марша славы?
– Нет, но празднования продолжатся.
– Говорят, москали возмущены вчерашним парадом, – сказал Дмитро Чумаченко, сверкая глазами.
– И что же? Они всегда чем-нибудь возмущены!
– Было бы неплохо поучить их уму-разуму, чтобы они поняли, кто в городе хозяин.
Михайло погрозил пальчиком и, скрывая улыбку, проговорил:
– Дмитро, на нас смотрит цивилизованная Европа.
Он не выдержал и покатился хохотом, подавая пример остальным. Молодые люди вволю посмеялись и пошли в спортзал на следующую пару…
Господин Потоцкий, физрук Львовской политехники, был человеком незаурядным, состоял в местной ячейке партии «Свобода», возглавлял её молодёжное крыло «Сокол» и летом 2013 года выступил организатором спортивного лагеря, где юноши проходили идеологическую и физическую подготовку для предстоящей борьбы за «дело Степана Бандеры». Они стреляли из бутафорского оружия, ходили строем, а вечерами сидели вокруг костра и слушали лекции в духе националиста Дмитрия Донцова о двух мирах: цивилизованном «Латино-германском» и варварском «Московско-азиатском». Там же впервые прозвучал лозунг:
После окончания занятия физрук Потоцкий отпустил всех студентов, кроме троих: Михайла Головко, Дмитра Чумаченко и Миколы Лугового.
– Парни, – сказал он, обводя взглядом своих студентов. – Я помню вас по летнему лагерю, где вам преподали ряд уроков. Пришло время проверить, сколь хорошо вы их усвоили. Я верю, что вы способны выполнить самое ответственное поручение.
– Я за вас пойду в огонь и воду! – выкрикнул Дмитро Чумаченко, вытягиваясь по струнке. Михайло покосился на него, испытав чувство, родственное тому, которое называется «дежавю», то есть уже виденное где-то.
– Какое поручение? – спросил он.
– На улице Короленко есть здание, которое наши власти задарма сдают в аренду москалям.
– «Русский дом»?
– Именно. Это логово оккупантов, которые занимаются на украинской земле пропагандой и агитацией своих имперских идей. Мы должны положить этому конец. Пускай убираются в свою Россию. Чемодан – вокзал – Москва… Сегодня ночью настоящие патриоты нанесут удар по логову врага, и я верю, что это будете вы, парни.
– Я долго ждал этих слов, – с жаром подхватил Дмитро Чумаченко. – Пора выгнать всех москалей из нашего города.
– Что мы должны делать? – спросил Михайло.
– Под покровом темноты устроить небольшой погром. Вооружайтесь, чем можете – битами, бутылками, булыжниками. Я хочу, чтобы земля горела под ногами москалей, и они бежали из нашего светлого города.
– У меня руки чешутся разобраться со знакомыми москалями и жидами. Загнать бы всех оккупантов в сарай и сжечь там!
– Ещё не пришло время, Дмитро, – перебил запальчивого юношу Потоцкий. – Для начала сбросим с трона
Физрук остановился, осознав, что сболтнул лишнее, и продолжал:
– Ну, так что, парни, я могу на вас положиться?
– Мы всё сделаем, – отвечал Дмитро Чумаченко. – Не так ли, парни?
– Да, – единодушно отвечали Михайло и Микола.