Василий Аксёнов – Пламя, или Посещение одиннадцатое (страница 55)
– Ты ничего не путаешь?
– Я?!
– Ты!
– Да вроде нет, – говорит Пашка. – Истома как Истома… Немного выпили – заметно.
– Чё, и по мне?!
– И по тебе.
– Не может быть… Это – иллюзия, – говорит Маузер. – Искажение пространства.
– И времени, – говорю.
Быстро управились. За разговором.
Паша куда-то удалился. Туда, где кто-то его ждёт. Кто – не сознался. Да мы и не пытали его сильно, так, для приличия, спросили. Я, взяв за грудки и глядя в ускользающие в сторону от моего прямого взгляда глаза, пристал к Маузеру:
– Маузер, – говорю.
– Ну, Маузер, – говорит.
– Витька, – говорю.
– Ну, Витька, – отвечает.
– В глаза смотри.
– Смотрю.
– Не смотришь.
– А сейчас?
– Веки-то подними!
– Поднял. И чё?
– Отвези, – говорю.
– Нет, – говорит Маузер. – Не за чем и не на чем.
– А твой «Урал»?.. Ты покупал же.
– «Урал» продали.
– А мой «иж», – говорю, – Колян сломал. Коробка полетела… И что мне делать?
– Пойдём, – говорит Маузер, – ко мне в баню.
– Ты что, с ума сошёл?!
– Да нет, не париться. Не бойся. Выстыла…
– Я не боюсь, а не люблю. Запомни.
– Да, ты не любишь, как и Рыжий… Мы посидим там, чтобы маме в доме не мешать, и выпьем спирту… Медицинский… Запомни! Память у меня плохая.
– Да хоть технический… Так я тогда пешком пойду.
– Друг, не безумствуй, – говорит Маузер. – И отпусти меня, не дёргай. Глаза просверлишь…
– Нет, я пойду.
– И я с тобой.
– А ты-то мне зачем там нужен?
– На всякий случай… А вдруг медведь… этот, Андрюхин. Где-то же бродит. А в темноту выходит на дорогу…
– И ты ему ногтями, как Наташка Андрюхе, морду расцарапаешь?
– Я укушу его… За лапу.
– Он тебя за ухо…
– Ну, пусть.
– А я мальчишек попрошу… бензин зря жгут, катаются кругами. Им прошвырнуться, что мне плюнуть…
– Нет, – говорит, – Маузер. – Пойдём к Андрюхе. Согласится. Он безотказный, когда пьяный.
– А если спит?
– А мы разбудим.
– Разбудим… Выстрелом из пушки?.. Кстати, ты, Маузер, зачем в Черкассы рвёшься?
– Я разве рвусь?.. И чё я там забыл?
– И я об этом.
– Есть с чем, и тут бы посидели. Спирт медицинский, огурцы… икры навалом. Даже баклажанной.
– Ты вот сегодня точно странный.
– Странный я, странный, я – нормальный, я по ночам по барышням – чужим, заметь! – в такую даль не шастаю… Днём бы ещё!.. По-человечески.
– Ты за меня не беспокойся.
– Да и один…
– Ты ерунды не городи! Она мне, Таня, не чужая.
– Была когда-то, – говорит Маузер.
– Что значит «была»? – говорю. – Была, есть и будет.
– Ну, хорошо, была и будет… Пойдём к Андрюхе.
– Мы идём.
– Идём? А я и не заметил.
– И прилетели почему-то вместе…
– Случайно встретились.
– Случайно разошлись.
Идём. Под ручку. Уже как будто лучше получается, шатает меньше, наловчились.
Телёнок среди улицы. Другой или тот же, не стали разбираться. Сказали ему:
– Засранец.
Он нам: