Василиса Мельницкая – Дочь врага Российской империи. Гимназистка (страница 12)
- Яромила, - ответила я, аккуратно отвечая на рукопожатие.
- Так тебя отнести? – Теперь вопрос прозвучал вполне дружелюбно.
- Нет, спасибо, - отказалась я. – Сама дойду, если не бегом.
В столовой Степан предложил мне выбрать все, что пожелаю. И в любых количествах. Я окинула взглядом раздачу и переложила ответственность на Степана, сказав, что съем все, что он принесет.
Знал бы он, чего мне это стоило! В нос ударили одуряющие запахи выпечки и прочих блюд, и запахи эти отличались от ароматов приютской кухни. Там вечно пахло вареной капустой. Мне хотелось мяса и пирогов. А еще кофе – настоящего, крепкого. Но на кофе надежды не было, детей не угощают эспрессо. А в остальном… Я не желала выглядеть жадной или жалкой.
Неужто кровь боярышни Яромилы проснулась?
Степан выбрал то, что, по его мнению, можно есть детям: картофельное пюре с котлетой. И булочки притащил – плюшки с сахаром. И чай с молоком.
Есть медленно я не смогла, как ни старалась. И Степан молча принес добавку. А булок и пирогов набрал побольше, с запасом.
В столовой, кроме нас, никого не было. Разве что кто из низших чинов прибегал за выпечкой для начальства. Я так решила, наблюдая за тем, как юноши, вроде Степана, уносят из столовой пакеты с пирогами и булками. Ну, и узор на погонах сравнила. Такой же, как у Степана. А еще поглядывала туда, где стояла большая кофемашина, этакий монстр в стальном кожухе.
- Так ты расскажешь? – спросила я, утолив первый голод. – Об эсперах? И что такое Испод?
Степан взглянул на меня как-то странно. Вроде и без злости, и без снисходительного отношения старшего к глупенькой маленькой девочке. Но от его взгляда я покрылась мурашками. А Степан поднялся и отправился к кофемашине. Я наблюдала за ним с завистью. Плюнуть на здравый смысл и попросить кофе? Может, боярышни с раннего детства пьет кофе! Пусть и с молоком…
Чашку с черным кофе Степан поставил передо мной. И сказал в ответ на мой удивленный взгляд:
- Пей. Ты же хотела.
А когда у меня отвисла челюсть, добавил:
- Я не читаю мысли, но чувствую эмоции. Это одна их способностей эсперов. Или вот…
Он едва шевельнул пальцами, и тарелка с пирожками проехала по столу.
- Эмпатия, телекинез, телепатия, ясновидение, яснослышание… - перечислял Степан. – А Испод – это изнанка мира. Через нее можно ходить короткими путями.
Что ж, мои догадки верны.
- А подробнее можно? – попросила я.
И, наконец, отпила кофе.
Глава 12
Степан подробно объяснил, что такое эмпатия, телекинез и прочие способности эсперов. Заодно, войдя во вкус, рассказал и о магии. Кое-что я от Матвея слышала, например, об уровнях или степенях магической силы. Но, оказалось, это далеко не всё.
Местная магия, в принципе, разная: стихийная, системная, кровная, природная. Эсперы, и вовсе, привилегированная каста. Как я поняла, исключительно из-за того, что дар этот редкий. И… мужской.
К слову, среди сотрудников этого заведения я не видела ни одной женщины. Разве что тут, в столовой, на раздаче.
- Женщина не может быть эспером? – спросила я. – Ни одной не было?
- Если и были, я о них не знаю, - ответил Степан. – Тут палка о двух концах. С одной стороны, женщине трудно быть эспером. Испод – место опасное, там такие твари водятся, что одной магией не одолеешь. Нужны сила, выносливость, ловкость.
Что-то я там ни одной твари не заметила. Наверное, Александр Иванович ошибся. Хотя… понимал же он, что я не мужчина…
- С другой, - продолжал Степан, - этот дар не наследуется по мужской линии.
- Э-э…
- Ты совсем еще ребенок, - вздохнул он. – Вот ты… похожа на папу и на маму, так?
Мне не нужна была лекция по основам генетики, но я согласно кивнула.
- На кого-то больше, но суть в том, что ты унаследовала черты обоих родителей. С магией иначе. Дар наследуется целиком от одного из родителей, часть – по мужской линии, часть – по женской. Ты понимаешь, о чем я говорю?
- Ага, - кивнула я. – То есть, у эсперов-мужчин дети-эсперы не получаются.
- Именно, - обрадовался Степан. – Но и женщины под вопросом.
- Потому что женщин-эсперов нет, - добавила я.
- Не было, - возразил он. – Однако Александр Иванович утверждает, что ты что-то видишь в Исподе.
- Вижу, - подтвердила я. – Кроваво-красные облака, например.
- Может, ты о них где-то слышала? – прищурился Степан.
- Может. – Я не стала возражать. – Я память потеряла после пожара. Так что, может, мне показалось.
Вот что-то нет никакого желания ломать систему. Ведьма я, и точка. Мало мне клейма на всю биографию?! Первая женщина-эспер точно станет подопытным кроликом. А если… размножаться заставят?!
От такой перспективы у меня аппетит пропал. Или я наелась. Но на тарелку с оставшимися на ней пирожками я уже не облизывалась.
- Не расстраивайся, память вернется, - утешил меня Степан.
Он, и правда, не мог слышать мои мысли, иначе понял бы, из-за чего у меня испортилось настроение.
- Ошибся Александр Иванович или нет, будет понятно лет через десять, - продолжил Степан. – Способности эспера раскрываются после восемнадцати лет.
Обрадовал! Это лет десять за мной будут наблюдать? Хотя… Все одно, будут. Ведьмовской дар ни с того, ни с сего расти начал. Оставят они меня без присмотра, как же!
- А мы сейчас… где? – спросила я, поколебавшись.
Все же в столь юном возрасте есть свои преимущества. Мне позволительного многого не знать.
- Управление Государственной службы безопасности Российской империи, - отчеканил Степан. И улыбнулся. – Где ж еще, малышка?
Ага, глупость спросила. Тут, наверное, все дети знают, где служат эсперы. Ой, и правда…
- То есть, эсперы всегда… на службе госбезопасности? – Я уставилась на Степана, старательно тараща глаза.
- В основном, да. Есть еще отделы, а где, тебе знать необязательно.
- Секрет?
- Секрет, - согласился Степан. – Ты наелась? Любопытство твое я удовлетворил? Тогда шагом марш в обратном направлении.
Как минимум, один отдел должен быть при императоре. Это ж невозможно, чтобы император – и без эспера. И какие-нибудь секретные объекты, вроде того, где работал мой отец.
Никто не будет копаться в голове маленькой девочки без особой причины. Только мерещилось мне, что девочка-эспер, пусть и под вопросом, причина веская. Сейчас я во всем видела подвох. И возвращаться в кабинет Александра Ивановича как-то не хотелось.
- Я наелась, но есть еще вопросы.
Степан закатил глаза, однако терпеливо ответил:
- Задавай.
- А вот… пилоты разума… тоже эсперы?
- Нет, это другой дар. Это способность становиться единым целым с механизмом. Как бы тебе объяснить…
- Не надо, - смилостивилась я. – Сама разберусь.
- В школе узнаешь, на занятиях по теормагии, - пообещал Степан. – Ты в каком классе? В первом?
- Не помню, - ответила я. – Но читать и писать умею.
- Еще вопросы?